Невинная для киллера (СИ) - Мишина Анна - Страница 13

Я наблюдаю за девушкой и удивляюсь ее ловкости с ее-то проблемами со зрением.

— Сегодня буду решать вопросы со школой, — выдаю свои мысли вслух. — Хочу доехать до вашей тетки. Есть к ней пара вопросов. Поедете со мной?

— Я могу, — подает голос парень, но Яна молчит, опустив голову. — Если Яна не против, — сбрасывает обороты мальчишка.

— Может не надо…

— Что не так? — поворачиваю голову в ее сторону. Вижу, как нервничает, теребя край футболки. Ей определенно нужно что-то новое купить. Не знаю, что там девочки обычно любят?

— Мы словно уселись вам на шею и…

— Хватит, — рычу в ее сторону. — Хватит говорить ерунду. Нам нужно решить вопрос с учебой Яра. Потом займемся твоей. Я так понял ты на дистанционке?

— Ее отправили пока в академ отпуск, — жуя, за сестру отвечает он.

— Ярик, — шипит в сторону брата.

— А что Ярик? — насупился парень и молча, продолжил жевать завтрак.

— То есть ты не учишься? — смотрю на девушку.

— Пока нет, — снова никакой конкретики. — Но я прослушиваю лекции, чтобы не забыть пройденное.

— За неуплату хотели отчислить, но за нее вступился ее препод, он так каким-то другом был нашему отцу. Вот и попросил пока не отчислять, а отправить, так сказать, в отпуск, деньжат подсобирать, — выдал все за нее мальчишка.

— Я все понял. Решим и этот вопрос. Значит, если тебя отпускает сестра, доедай и поедем. У меня еще дела помимо вас, — подхватываю пустую тарелку. — Спасибо за завтрак. Все было вкусно, — и ополаскиваю ее под струей воды в раковине, оставляя затем в сушилке.

— Почему у Яны проблемы со зрением, — нарушаю тишину, повисшую в машине, когда выехали за город.

— Так вроде говорят последствия после аварии, — пожимает плечами мальчишка. — Хотя все началось чуть позже после нее.

— А врачи? Что говорят врачи?

— А это вы уже с Яной разговаривайте. Я этих тонкостей не знаю. А еще лучше у тетки спросите, чтобы сестру не беспокоить. Она не любит об этом говорить, — отмахивается он, заставляя меня замолчать и продолжить свои размышления уже мысленно.

В город, где жили ребята, въехали в двенадцатом часу дня. Припарковав машину уже в знакомом месте, отправились с парнем к дому.

— Ее может не быть дома, — бубнит он, поднимаясь по лестнице.

— Справимся без нее.

В квартире действительно стояла тишина, хоть и была не заперта зверь.

— Она могла уйти к соседке, они вместе часто отдыхают, — уточняет Яр.

— Так, первым делом дособирай вещи, о которых говорила Яна. А я поищу ваши документы. Где они могут быть, не знаешь?

— В ящике надо посмотреть, — ныряет вперед меня в еще одну комнату. — Здесь раньше хранила. Сейчас тут пусто. А вот, — вытягивает из-под старого серванта сумку-саквояж. — Вот и паспорт Янкин и документы по ее лечению. Она же первое время хлопотала, а потом поняла, что от инвалидности можно деньги получать и забросила все. А Яна перестала бороться, — грустно улыбается мальчишка и передает мне упаковку с документами и различными бумагами.

Надо признать должное, что эта тетка провела немалую работу. Но взять и все бросить?

— А вы чего тут забыли? — мы одновременно оборачиваемся. — Пошли вон, ворюги, — та самая тетка хватает веник, что стоит у двери, и замахивается в нашу сторону.

— Теть Лид, да какие же мы ворюги? — усмехается мальчишка.

— Украл моих детей? — налетает на меня и хватает за руку, цепляясь ногтями в куртку. — Верни, а то в ментовку подам заяву, — орет на меня, словно я глухой. А я могу им стать, потому что закладывает уже уши от ее визга вперемешку с матом, что сыпется из нее как из сапожника.

— Успокойся, пока не прихлопнул, — рыкнул на нее, и женщина тут же закрыла рот, хлопая от удивления широко раскрытыми глазами. — Пиши отказную, — заявляю ей.

— Какую отказную? — тут же приходит в себя.

— От них. От опекунства, — отвечаю.

— Ага, разбежалась, — скалится женщина. — Они мой доход. Никаких отказных. Пусть возвращаются домой. Нечего по мужикам шляться, — не угомонится она. — А на тебя я напишу заявление.

— Ручку небось забыла как держать, — усмехаюсь я.

— Смейся, — зло лыбится баба. — Я тебе проблемы устрою.

Вот теперь пришла очередь моя смеяться. Да от души так.

— Ты хочешь проверку? Так я организую. В каких условиях проживают у тебя дети?

— Так их в интернат тогда сгребут. Одну к инвалидам, а этого гаденыша в детский.

— Значит, не будешь отказываться от них? — наступаю на нее, так как мне этот цирк уже порядком надоел. Она упирается в стену и, задрав голову, смотрит в глаза без страха. Оно и понятно, пьяному и море по колено.

— Не буду и ты хрен что сделаешь, — сплевывает мне под ноги, что выбешивает за секунду.

Хватаю ее за шкварник и встряхиваю.

— Не хорошо ты поступаешь со своими племянниками. Ну да ладно. Найду способы лишить тебя этого гребаного опекунства, — отпускаю ее. Самому противно даже находится с такой бабой в одном помещении.

— Денег дашь? — глаза сверкают алчностью, а я ждал этого вопроса. И не ошибся.

— Хочешь продать их, да? — смотрю на Ярика, что внимательно наблюдал за нами, вжавшись в угол комнаты.

— А даже если и продать. Янка девка видная, — при упоминании имени девушки, сжал кулаки до хруста. Эта мразь еще собиралась торгануть детьми. — Ну да, слепая, но от этого только лучше, тебе вот. Не увидит противной рожи такой, — продолжает нести чушь. — А не ты, так найду покупателей. Мне терять нечего, сам видишь. А пожить, как нормальный человек, хочется, — и не сказать что пьяный бред. Она это говорит, глубоко понимая свои слова. А это гораздо страшнее пьяной ахинеи.

— Я тебя на корм собакам сдам, — рыкнул я, снова хватая за шкирку. — Мразь, — и больше не церемонясь, откинул в сторону. — Поехали, — повернулся в сторону парня, а тот сорвался с места, собирая бумажки с пола, и выбежал вперед меня из комнаты.

Глава 17. Яна

От того, что осталась одна, я не расстроилась. Сначала взялась за готовку. На нее у меня уходит много времени и это очень хорошо отвлекает. Так как я действительно забываю о насущных проблемах.

А внутри поселилось безумное желание быть нужной, а не просто сидеть и ничего не делать. И главное, чтобы никакой жалости в мою сторону. Я в ней не нуждаюсь.

После, когда все готово, я отправляюсь в комнату и сажусь на постель, взяв в руки ноутбук и кручу в руках гарнитуру.

Ярик все настроил, и теперь открыв бук, все открывается на рабочей странице. На телефоне набираю вызов на рабочий номер, который привязан к определенной цифре и звоню на работу, в офис.

Меня, оказывается, потеряли и беспокоились. Я объяснила сложившуюся ситуацию и получила задания на дальнейшую работу. Хорошо, что мой переезд никак не повлияет на звонки. Все остается в силе, как и раньше.

Потом беру плеер и стараюсь заткнуть ненужные мысли музыкой. И так вот с наушниками и задремала.

А проснулась от дверного звонка.

Сразу и не поняла что происходит, долго звонят. Настойчиво, что мне приходится вынуть наушники и осторожно подойти к двери.

— Кто там? — подаю голос.

— Это я, баба Надя. Видела, что мужик то с пацаненком уехал, а ты и носа не показываешь, — раздается приглушенный голос за дверью.

— А мне и здесь хорошо, — отвечаю, смутившись, и уже собираюсь отступить от двери как снова бабка заговаривает.

— А тебя как зовут то? Вы племянники его что ли?

— Ага, племянники, — киваю сама себе.

— Выходи, давай, мне совсем одной скучно, да и ты одна там сидишь. Составь бабке старой компанию за чашкой чая.

А мне в этот момент так хочется общества. Вот прям до боли в груди. Я же тут совсем одна и Ярик второй раз уже оставляет меня одну.

Богдан тоже не предупреждал ни о чем. Значит, я не сделаю ничего плохого, если выйду к бабе Наде на пол часика.