Мой злодей (СИ) - Власова Мария Игоревна - Страница 24

– Элла, разве их мнение так уж важно? – чуть улыбнулась ей и неожиданно наткнулась на ее вспышку гнева.

– Вам следует лучше следить за своим языком. Мне уже кажется, что я недостаточно вас воспитала, раз вы говорите подобные глупости.

– Что ты имеешь в виду? – прищурилась я в ожидании ответа.

– Приравнивать обычную служанку к леди и господину Карвалье? Вы в своем уме? Это не просто моветон, а неописуемый позор и оскорбление благородного рода Карвалье. Вам не стоит больше говорить подобные глупости! – принялась она говорить, убирая часть моих шпилек, чтобы прицепить на мою голову шляпку.

Она замолчала, а я серьёзно задумалась. Ее возмутила то, что я ее защитила и приравняла к члену своей семьи? Как-то это странно по меркам моего мира и воспитания. Мне казалось, такие слова должны быть ей приятны, и она будет чувствовать гордость за меня, а не стыд.

– Элла, а кто сказал, что ты не достойна быть членом моей семьи? – спросила у нее, смотря в зеркало. Моё отражение с легким загаром и смягчившимися скулами куда лучше того, что было раньше.

– Прошу прощения? – опешила моя служанка.

– Мой отец или я хоть раз говорили тебе о том, что ты нас недостойна? Или мы плохо относились к тебе, недостаточно уважительно? – продолжила на нее давить.

– Нет, что вы, леди, я…

– Так это ты сама решила, что недостойна меня и моего отца? – уточнила у нее, смотря на нее в отражении зеркала. Ее глаза на мгновение расширились, и я заметила ее настоящие чувства, а главное неуверенность.

– Я недостойна такой чести, – она склонила голову и продолжила копаться в моих волосах.

– Кто тебе так сказал? Я или отец?

– Нет, что вы. Но это – правда, общественные устои и мнение… Обычная служанка никогда не будет ровней господину и госпоже.

– Элла, спрошу снова: разве мнение чужих людей так уж важно? Ты боишься порицания и сплетен, но порицания и сплетни будут всегда, а вот счастье свое можно и упустить.

– Нет, госпожа, я… – она запнулась, взглянув на меня, мы обе знаем, о чем, а точнее о ком говорим. – Меня делает счастливой даже то, что я просто прислуживаю вам.

Она опустила глаза, а я вздохнула. Дальше любые попытки поговорить об этом она жестко пресекала. Надев на меня розовое платье, в котором из-за пышной юбки, что начиналась под грудью, я почему-то напомнила себе розовый зефир, мы все же спустились на низ. Моё походное кресло по-прежнему вызывало во мне интерес, ибо другого случая на нем покататься у меня за эти дни не появилось. Когда к нам вышла Сью, от ее красоты зарябило в глазах. Лимонное платье из тонкой шифоновой ткани искусно задрапированной и сложенной в несколько слоев, чтобы соблюдать все приличия, выгодно подчеркивало ее цвет волос и прекрасную фигуру. В этот раз мы поехали в карете, запряженной тремя скакунами, судя по гербу на дверце, карета принадлежит герцогу. Молчаливая служанка Сью открыла для нас дверь, а Курт внес меня в карету и усадил. Кресло сложили и оставили в багажном отделении. Сам мужчина уселся вместе с кучером. Элла зашла в экипаж вместе со мной и села рядом, напротив Сью и ее служанки.

– Дорога займет больше времени чем на машине, но папочка отказался мне давать ее сегодня, видите ли мачехе очень понадобилось пройтись по магазинам с детской одеждой, – фыркнула Сью, когда карета неспешно двинулась.

– На каком она сроке? – чуть улыбнулась, замечая на лице девушки неприкрытую ревность. Какой же она ребенок, никак не могу к этому привыкнуть.

– Весной рожать, а ее так разнесло, словно уже на днях. Совершенно не понимаю, почему герцог ее ещё не выгнал, а наоборот балует. Представляешь, она уже начала делать ремонт в одной из моих комнат! Они собираются сделать детскую для этого отпрыска в моей комнате! – она от возмущения даже топнула ногой, а я подавила улыбку от этого зрелища.

– Одну из твоих комнат? – слегка издевательски переспросила, но она даже не заметила моей иронии.

– И не говори, в нашем замке столько комнат, а она хочет отдать ребенку апартаменты на моем этаже! – продолжила она возмущаться.

– На твоем этаже? – переспросила с ещё большей иронией, но девушка даже не заметила моих слов.

– И не говори, я в бешенстве! Такими темпами моё наследство отойдет этому отпрыску! Надеюсь, это тоже будет девочка, и папа избавится от ее матери так же, как и от трех предыдущих! Она реально надоела уже со своим нытьём!

Сью надулась как ребенок и продолжила что-то брюзжать о своей мачехе, пока я учтиво кивая, склонив голову, смотрела в окно. На карете поездка мне понравилась больше хотя бы тем, что есть время осмотреть пейзажи этого городка, людей, да и в целом насладиться этой атмосферой. Люди здесь выглядят в основном как бомжи в потрепанной, но чистой и ухоженной одежде, пускай и с кучей заплаток. Только детвора гоняет грязная и счастливая, играя в салочки. Одно удивительно, что повсюду трубы, они обвивают каждый дом, особенно в центре. Одна из труб, наверное, газовая, вообще висит на столбах и от нее отходят разветвления в каждый из домов.

– Стоять! – внезапно выкрикнул кучер, и карета, подпрыгнув, резко остановилась под истошное ржание лошади.

– Что там такое? – возмутилась Сью, которую откинуло из сидения на пол кареты.

– Что происходит? – вылезла в окно Элла, пока я смотрела, как служанка помогает Сью подняться и при этом получает от девушки несколько весьма сильных толчков.

– Ты что не могла быть осторожнее?! – возмутилась она, шипя на служанку. – Следи лучше за своей госпожой!

– Простите, госпожа, – низко опустила голову девушка, молча терпя все ее толчки.

– Лошадь перевернула повозку, испугавшись машины, – ответил Курт, подскочив к карете со стороны Эллы. – Сейчас ее поднимут.

С моей стороны возникшей ситуации не было видно, так что пришлось наблюдать за столпотворением людей на другой стороне улицы. Рядом проехала ещё одна карета, запряженная двумя черными скакунами. Хотели нас объехать, а в итоге застопорили движение и в другую сторону. Карета без герба рода остановилась рядышком. Ее окна оказались на уровне наших, и сквозь не прикрытое занавеской окно я отчетливо увидела лицо мужчины со светлыми волосами.

Анри? В этот раз я не повторила своей ошибки и даже звука не издала, застыла с чуть открытым ртом. Он сидел почти у противоположного окна, лицом ко мне и что-то эмоционально говорил своему собеседнику в темном плаще, лица которого я не могла рассмотреть.

Почему мы все время сталкиваемся с графом? Это что судьба такая или причуда Автора, что все время сводит нас? Стоило мне задуматься о шутках судьбы в этом мире, как собеседник Анри наклонился, и я сразу узнала его каштановые, с рыжим отливом волосы. Длинный прямой нос, тонкие губы, несколько выступающий вперёд квадратный подбородок, густые брови и карие глаза – Людвиг, кронпринц Романии собственной персоной. У меня отвисла челюсть, даже забыв о конспирации, придвинулась ближе к окну, чтобы убедиться: действительно он. Что он делает в одной карете с Анри?! Они же друг друга ненавидят! Хотя нет, возненавидят они друг друга позже, когда между ними встанет Сью, а какие между ними отношения были до этого, в книге не было и слова. Что же это такое происходит? Почему они вместе и из-за чего, судя по всему, ругаются?

– Что ты там такое интересное увидела? – голос Сью заставил меня вздрогнуть и отпрянуть от окна, зато сама девушка резко к нему приблизилась. Она отодвинула шторы в сторону и буквально прилипла лицом к окну. Ее же так увидят! И увидели, я заметила движение в карете напротив и быстро дернула занавеску и оттолкнула Сью от окна, буквально свалившись к ней на колени.

– Рин! Что ты творишь! – возмутилась девушка, пытаясь поднять меня.

– Госпожа!

– Поехали отсюда. Живо! – рявкнула на всех в карете, продолжая валяться у ног кузины.

– Курт, поехали, – бросила Элла через окно и только после этого принялась меня поднимать. Кучер отдал команды, и мы двинулись вперед, похоже, лошадь уже успели поднять к этому времени. Однако спустя пару кварталов я всё же осмелилась выглянуть за занавеску, кареты, конечно же, не было. Если есть шанс, и они не увидели меня и Сью, то герб герцога точно могли заметить. Неужели я опять создала лишние проблемы?