Мой злодей (СИ) - Власова Мария Игоревна - Страница 18

– Принцесса, – позвал меня Курт, опять без стука завалившись ко мне в спальню.

– Курт, в особняке гости! Ты хоть представляешь, о чем подумает доктор Корте, если заметит, как ты здесь разгуливаешь? – возмутилась Элла, как-то странно на меня оглянувшись.

– Ой, да брось! Стефан нормальный мужик! – совсем панибратски заявил он, уже обыденно подхватив меня на руки. Стефан? Что-то знакомое… О нем упоминала Сью? От ее болтовни в голове каша, не могу вспомнить.

Курт отнес меня вниз, Элла следом спустила на лифте стул и, когда меня наконец-то усадили на него, я почувствовала некое странное волнение. Мне хочется увидеть отца, но также, что-то странное ерзает внутри. Что это? Элла поправила мою прическу и затем отправилась со мной в столовую. Курт на прощание помахал мне рукой, а я улыбнулась, жалея, что не могу поужинать с ним, отцом и Эллой, а не со Сью и этим отвратным доктором. Служанка открыла дверь в столовую, освещённую газовыми лампами, и я увидела, что все ждут исключительно меня. Мужчины поднялись из-за стола, Сью так же подорвалась с места.

– Отец! – сразу улыбнулась я, попирая приличия и протягивая к нему руки, чтобы обнял. Господин Карвалье улыбается, обняв меня в ответ и словно ребенка погладив по голове.

– Хорошо отдохнула? – спросил он, добродушно улыбаясь. – Как провела день?

– Хорошо, отец, – не стала вдаваться в подробности, не сводя с него взгляда. Даже на душе тепло, какой же он хороший человек. – А как вы провели день?

– Ох, это, – он несколько растерянно улыбнулся, наверное, обычно Рин не спрашивала его о работе.

– Эй, у вас же гости! Потом посекретничаете! – засмеялась Сью. – Рин, смотри, кто пришел проведать тебя!

Ее радость показалась мне странной и неуместной. Почему визит доктора должен меня радовать?

– Леди Рианна, – подал голос наш пресловутый гость, не давая и шанса его проигнорировать.

Холодно, если не сказать зло посмотрела на своего мучителя. Высокий, широкоплечий мужчина, с каштановыми, немного кудрявыми волосами. Он склонил голову, опустил взгляд, но и этого было вполне достаточно, чтобы смело назвать его привлекательным молодым мужчиной. Доктор, он? А не слишком ли он молодой? Под моё замешательство мужчина поднялся.

– Стефан, поцелуй же ее руку, не стой столбом! – засмеялась Сью, подтрунивая над ним как старая знакомая. Взгляд мужчины метнулся к девушке и почти сразу уперся в меня.

Воспоминания лавиной пронеслись в моей голове. Одно самое яркое вытеснило остальные. Душное лето, наш сад, клумбы полные пахучих пионов. Стефан играет на скрипке завораживающую мелодию, а я смотрю на него затаив дыхание и проклиная свою слабость. Вот смычок двигается последний раз, музыка прекращается. Он ждет моих оваций, ведь я единственный почитатель его таланта, но я не хлопаю как обычно.

– Что-то не так, Рин? – спрашивает он обеспокоенно и затем в несколько шагов сокращает дистанцию между нами. Он врач, его долг смотреть за мной, моё здоровье – его забота, поэтому он волнуется. Его руки почти касаются меня, когда из моего рта срываются слова:

– Я люблю тебя.

Глава 11. Стефан

В нашем мире существует культ любви, ее болезненная гиперболизация повсюду. О любви пишут книги, сочиняют стихи и песни, снимают фильмы. Молодые девочки считают любовь целью своей жизни, словно в сказках Шарля Перро или братьев Гримм, любовь, свадьба и жили они долго и счастливо. Кажется, любовь преследует нас повсюду, что в сказках, что наяву, однако большинство, прожив всю жизнь, так и не встретили ее.

Увы, я тоже не из таких счастливчиков. Счастливчиков, потому что я бы предпочла вообще не любить никого и никогда. Это на страницах книг любовь – как сахарная вата, сладкая и невесомая, а в реальной жизни ты будто бы ешь песок, и он скрипит у тебя на зубах.

Впервые я влюбилась в юности, как и все в этом возрасте так трепетно и одновременно глупо. Моей первой любовью стал одноклассник, как и у большинства девочек моего возраста. Как же там его звали? Сергей? Саша? Славик? Я так сильно хотела забыть эту историю, что заставила себя стереть из памяти даже его имя. Я любила так же, как и любая девочка моего возраста – на расстоянии. Если так подумать, даже не знаю, почему я его полюбила, мы толком и не разговаривали никогда. Как говорила выше, первая любовь по-детски глупая и наивная. Он не был очень красивым и популярным мальчишкой. Такой себе ни рыба, ни мясо, с хулиганами дружил, учился среднее, не понимаю, что я в нем нашла такого особенного, но от одного взгляда на него, меня колотило крупной дрожью. Влюбленность – действительно прекрасное чувство, особенно поначалу. От самого процесса мысленной прорисовки ваших встреч, касаний и первого поцелуя, эмоций куда больше чем от реальных держаний за ручку и неловких поцелуев в щёчку, в фантазиях никто не растопчет твои мечты.

Все было хорошо пару лет, пока в старших классах, перед днём всех влюбленных я не решила признаться. Это была ужасная идея сама по себе, так ещё, начитавшись романтичных книжек, я написала ему письмо. Оно было искренним и наивным, как и я до того момента, когда глупый мальчишка принялся на перемене читать его вслух, надругавшись над моими чувствами. Тогда я стояла перед всем классом ни живая и ни мертвая и просто смотрела, как, заливаясь смехом, оговаривая и коверкая каждую фразу, каждое слово, он уничтожал меня. Я до мельчайших подробностей помню то чувство, когда у тебя не просто выбили из-под ног почву, а растоптали. Мне нужно было бежать, не слушать, не видеть проклятые ореховые глаза и жестокую ухмылку, но я не могла. Не только уйти, но и вздохнуть, словно весь воздух в комнате пропал, и мои судорожные попытки вдохнуть закончились истерикой и болезненной судорогой.

Виконт Стефан Корте поистине привлекательный мужчина. Единственный сын обнищавшего рода, который делает все, чтобы вернуть себе богатство и статус, что потерял его род. Именно для этого он пошёл учиться на врача, очень престижную и высокооплачиваемую работу в Романии. Не все в этой стране могут позволить себе визит к доктору, поэтому обходятся услугами знахарок и травников, но те, конечно же, не могут полноценно помочь в сложных случаях.

Что господин Карвалье, что Рианна свято верили в гениальность Стефана Корте как врача. Он провел операцию, что вернула Рианне чувствительность в ногах, операцию, которую отказывались делать другие именитые в стране врачи и даже академики. Все понимали, что у промышленного магната Карвалье единственная дочь и, если что-то пойдет не так, дело закончится в лучшем случае тюремным заключением, а тут рискованная операция с риском для жизни. Нет, конечно же, Рианна не догадывалась, что может умереть на операционном столе этого гениального врача, точнее она об этом не думала. Все, что занимало мысли влюбленной девушки — это те слова, что он сказал после признания. Он мог ей мягко отказать, да даже если бы высмеял и поиздевался – было бы лучше. Но нет, виконт сделал куда хуже – он дал надежду маленькой, глупой и влюбленной в него по уши девочке.

«Когда ты снова сможешь ходить, я приглашу тебя на танец и тогда, повтори эти слова, – сказал он, нежно касаясь пальцами ее дрожащего от волнения подбородка. – Кто знает, может быть, я отвечу на них взаимностью?».

Не сложно представить, что услышала и поняла из его слов влюбленная девочка. Рианна буквально уговаривала отца дать разрешение на операцию. Пусть господин Карвалье и финансировал исследование, он вовсе не горел желанием рисковать жизнью своей дочери. Он хотел, чтобы врачи нашли больных с подобной проблемой и сначала прооперировали их. Так сказать, набили руку, хотел убедиться, что методика сработает и не навредит его дочери. Нормальное и вполне обоснованное желание, но Рианна уговорила отца на риск, ведь она верила Стефану и надеялась, что когда она сможет ходить, они сыграют свадьбу. Чего же хотел сам Стефан? Думаю, славы, если бы у него получилось, звание академика и премия от короля была бы у него в кармане. Но у него не получилось, Рин не пошла ни через три месяца, ни через полгода, ни через год.