Паранойя. Почему он? (СИ) - Раевская Полина "Lina Swon" - Страница 12

-Уже на разведку сходила, – усмехнувшись, потрепала я её по светлым кудряшкам. Каролинка так забавно скосила свои огромные глазки, становясь такой милой и хорошенькой, что я не выдержала и притянула её к себе. – Ты же мой глазастик, - просюсюкала я, чмокнув её в пухлую щечку.

-А ты губастик, - подразнила она, тринькнув указательным пальчиком по моим «вареникам», отчего раздался характерный звук. Мы засмеялись и, обнявшись, откинулись на подушку, попутно щекоча друг друга.

-Всё, встаём, - бодро заключила я спустя несколько минут, и поднявшись с кровати, устремилась на балкон.

Облокотившись на перила, запрокинула голову и зажмурилась от удовольствия, когда солнце ласково коснулось лица. День обещал быть знойным, поэтому я решила сходить на озеро. Оставаться дома в компании Сонечки и Риммы Георгиевны – боже упаси. Словно почувствовав, какое направление приняли мои мысли, Розамунда возмущенно тявкнула и слегка тяпнула меня за пятку, отчего я подскочила на месте и едва не перевалилась через перила.

Вот ведь зараза!

Отпихнув надоедливую собачонку, в последний раз сладко потянулась и тяжело вздохнув, поспешила в душ, чтобы не опоздать на завтрак. Слушать нотации Риммы Георгиевны, конечно, не хотелось, но куда деваться? Не голодной же из-за неё ходить.

Правда, когда из столовой послышался каркающий голос старухи, распекающей кого-то на чём свет, я передумала. Лучше всё – таки остаться голодной, чем выслушивать очередной бред. Но из-за поворота появилась Сонечка, и давать дёру стало поздно.

Скривившись при виде друг друга, мы нехотя вошли в столовую и наткнулись на колючий, словно тюремная проволока, взгляд. Римма Георгиевна критически оглядев нас и, похоже, удовлетворившись увиденным, продолжила отчитывать бедную «нянечку» Розамунды.

-Я ведь вам говорила, что соблюдение режима питания – это самое главное! Розамунда-Аделаида-Стефания чемпион национального клуба, и ей требуется особый уход! Если вы не способны справится с такой простейшей задачей, на что вы тогда вообще годны?! – чеканила она каждое слово, прожигая покрасневшую девушку презрительным взглядом.

Как по мне, это было уже через чур, но вмешиваться я не собиралась, ибо бесполезно. Бабка еще больше рассвирепеет, и достанется всем, поэтому тяжело вздохнув, прошла на своё место, стараясь не вслушиваться в происходящее, а то ведь взыграет моё чувство справедливости, и пиши пропало.

К счастью, в столовую вошли папа Гриша с мамой, и Георгиевна велела девушке заняться своими обязанностями. Я уже хотела выдохнуть с облегчением, и наконец, спокойно поесть долгожданный бекон, но как оказалось, бабуся выпустила не весь пар.

-Чёрте что! - резюмировала она и усевшись за стол, продолжила негодовать. – А потом ещё не понимают, почему живут в нищете. Несправедливость какую-то приплетают. Какая несправедливость, простите?! Самое место этим бездарям на дне социума, чтоб последний хэ доедали, глядишь, умишко заработает хоть немного! А то ведь никчёмные, тупые, ленивые, но туда же лезут: чего -то они якобы большего достойны.

-И тебе доброе утро, мама! – сыронизировал Можайский, и чмокнув Каролинку в макушку, принялся за свой кофе.

-Не язви, Гриша, - отрезала Римма Георгиевна и переведя недовольный взгляд на маму, заявила. – У вас бардак в доме: не понять кого принимаете на работу.

-Мы только переехали. Естественно, нанимали персонал впопыхах, - процедила мама, покрываясь красноватыми пятнами.

-Если я не ошибаюсь, переезд планировался с марта, - едко заметила старуха.

-Мама, ради бога, дай спокойно позавтракать, - скривился папа Гриша.

-Завтракай на здоровье, я разве мешаю? – возмутилась она с таким видом, словно и правда не понимала, чего это вдруг все на неё взъелись.

Поразительная женщина, честное слово.

Усмехнувшись про себя, я, наконец, принялась за завтрак. Пожалуй, мой аппетит столь же поразителен, как и Римма Георгиевна. Его ничем не проймешь: ни напряженной обстановкой, ни стрессом, ни болезнью, ни уж тем более, брюзжанием вредной старухи. Абсолютно невозмутимый товарищ, стабильно требующий своё, а порой, и лишка, что, естественно, сказывалось на фигуре. Пышкой я, конечно, не была, но и на модный «героиновый шик» совершенно не тянула, о чём Сонечка не преминула напомнить, когда я положила себе еще пару кусочков бекона.

-На твоём месте, я бы не слишком налегала, а то скоро щёки из-за ушей будет видать, - пропела она ехидно, кривя свои тонкие губёшки. Я хотела ей сказать, куда она может пойти со своими советами, но меня, как ни странно, опередил папа Гриша.

-Сонька, ты за собой лучше следи. Таська выглядит, как и положено женщине, а ты – хрен разберешь с этой модой: то ли девка, то ли пацан, - высказался он в своей бесцеремонной манере.

-А мне так нравится, - огрызнулась Сонечка, побагровев то ли от злости, то ли от смущения. Я, кстати, от неё не далеко уехала: тоже сидела красная, как рак. Было неловко и странно. Женщиной я пока себя не ощущала. И уж тем более, мне не хотелось ей быть в глазах отчима.

-Да ради бога, но со стороны виднее, - как и всегда, оставил Можайский за собой последнее слово.

Сонька насупилась и резанула по мне злобным взглядом, на что я незаметно для остальных показала ей средний палец.

-Овца, - прошипела она еле слышно.

Я улыбнулась и демонстративно отправила в рот кусочек бекона, томно прикрывая глаза. Сонька раздражённо фыркнула и начала с остервенением тыкать вилкой во фруктовый салат, вызывая у меня смех и удовлетворение. В этот момент я начала понимать старушку Георгиевну: доводить некоторых людей до бешенства – это действительно приятное занятие.

Остаток завтрака прошёл вполне миролюбиво. Из-за стола я выпорхнула в хорошем настроении, полная сил и идей, как провести сегодняшний день, но мама, словно почувствовав это, решила испортить мне всю малину.

-Настя, какие у тебя планы? – перехватила она меня на выходе из столовой.

-А что? – тут же напряглась я.

-Сегодня в три часа прилетает Эльвира, будь дома, я специально пригласила её ради тебя.

-Зачем?

- Затем, что я не могу доверить твои волосы не понятно кому, а восстановительный комплекс пройти необходимо. Вообще это надо было сделать сразу после отдыха, но тебе же пока мама не скажет, ты палец о палец не ударишь. Честное слово, я поражаюсь, Насть. Взрослая девушка, а я должна следить, чтобы ты регулярно посещала салон.

-О, Господи, мам! Ещё никто не умер без шоколадного обертывания и алмазного пилинга, а девяносто процентов девушек нашей страны и вовсе без этого прекрасно живут.

-Девяносто процентов девушек нашей страны, Настя, не живут, а существуют! И поверь мне, каждая мечтает оказаться на твоем месте, чтобы её единственной обязанностью было еженедельно ходить на шоколадное обертывание и алмазный пилинг. Ты же вместо того, чтобы сказать маме спасибо за то, что подарила тебе лучшую жизнь, чем-то вечно недовольна.

-Да всем я довольна, спасибо, – подавляя тяжелый вздох, отрапортовала я, мечтая поскорее уйти. Слушать очередные пафосные речи не было совершенно никакого желания.

-Не надо мне таких «спасибо». Просто не выноси мозг по каждому пустяку. Неужели так сложно делать то, что я прошу?!

-Хорошо, мам, буду делать, - послушно кивнула я и раздражённо уточнила. -Всё? Я могу идти?

-А куда ты так торопишься? Подруга твоя приехала? – приподняв идеальной формы бровь, поинтересовалась она, не обратив, слава богу, внимание на мой не слишком любезный тон.

-Нет, она приедет через две недели.

-Кстати, - протянула мама, включая светскую львицу, - всё забываю спросить, у неё же фамилия Прохода?

Я осторожно кивнула, не понимая, к чему она клонит.

-Председатель краевого совета - её отец, получается? – продолжила она допытываться.

-Насколько мне известно, он бизнесмен.

-А-а, то есть это её дед?

-Не знаю, я такими вещами не интересуюсь, - раздраженно отозвалась я, начиная закипать.