Таша (СИ) - Янышева Ольга - Страница 31

Времени оставалось совсем ничего, поэтому я быстро надела джинсы и футболку, схватила карточку, радуясь, что денег на ней столько, что мне хватит на три жизни, и выскочила на улицу, продолжая вспоминать родителей.

Папа с мамой оставили после себя небольшое наследство, а Роман Иванович утроил его, вкладывая инвестиции в перспективные проекты, ни разу не сделав ошибки в выборе.

В полноправное пользование я вступила ещё четыре года назад, как только мне стукнуло двадцать один. Папа Рома часто шутил, что мне вообще можно не работать с такими деньгами. Думаю, именно поэтому мне позволили заниматься танцами, а не отдали в институт финансов, бизнеса, медицины или науки, которые в семье Ташкевич были в приоритете. Если посмотреть на тётю Марину и Вику, то такую закономерность можно увидеть невооружённым взглядом.

Спустя двадцать минут я оказалась на месте, за долгое время, насладившись прогулкой на свежем воздухе. Что ни говори, а сидеть в четырёх стенах — не всегда «хорошо».

Этот трёхчасовой плен, на который я сама напросилась, оказался не таким уж страшным, как представлялось сначала. Яна и Катя, выглядевшие, как две настоящие светские дивы, без вычурности, изящные и стильные, болтали в сторонке, ожидая меня.

И надо сказать, что совершенно лёгкая укладка и нанесение косметики специалисты выполнили быстро и просто. Естественная красота оставалась в моде до сих пор, что не могло не радовать.

Выбор платьев занял чуть больше времени, но, выходя из бутика уже в вечернем образе, настроение было приподнято до небес, несмотря на скорую встречу с фанатками.

Девочки шутили и смеялись, в основном Яна, давая наставления, когда я поделилась с ними своими сомнениями. Катя была немного зажата, будто нервничала. Девушка объяснила своё состояние возможным присутствием её начальника на дне рождении у Зарецкого.

Услышав фамилию Зверев, я занервничала тоже, вспоминая, что о мужчине рассказывал папа Рома.

«Не хватало ещё, чтобы Руслан от кого-то другого узнал, что я и Машкова — это один и тот же человек»!

— Поехали, красотки! Никакие Зверевы нам не страшны! Тем более сомневаюсь, что таким «важным личностям» есть дело до нас, смертных! — Яна улыбнулась, закидывая пакеты с вещами в багажник своей красной машины. — Мне прямо не терпится посмотреть на Леркины ленточки.

— К…какие ленточки? Она всерьёз решила последовать твоему совету? — Я изумлённо вперилась в Дементьеву, приоткрыв рот.

— Нууу… Воропаева сказала, что ленточки — это прошлый век. Будет «нешто» иное.

Катя хихикнула, нервно дёрнув плечиком.

— Зная Лерочку, могу сказать точно: Витя свой день рождения никогда не забудет!

Через время, красная мазда остановилась на Зеленогорской 15, и мы, предвкушая представление, шумной троицей пересекли пост охраны, зайдя в яркий освещённый множеством маленьких плафонов по всему периметру стены подъезд. На улице уже сгустились сумерки и такой световой контраст ударил по глазам, смягчая эффект через время.

— Дело привычки, — усмехнулась Яна, когда Смирнова недовольно заворчала на тему траты электричества. — Человек привыкает ко всему: неудобствам, комфорту, грязи… любовницам мужчины… — тоска Дементьевой, которая вывела какую-то неправильную параллель, почувствовалась чуть ли не на языке.

Глаза начальницы потухли.

— Не говори глупостей! Ты же не привыкла! Сумела уйти.

— Сумела… — глубоко вздохнув, Яночка вернула себе стальной блеск, придавший её светло-зелёным глазам хищный взгляд. Мне стало безумно интересно, о ком они. — … и вы, девочки, умейте постоять сами за себя! Тряпками хорошо только полы мыть… ни один мужчина не задерживается возле такой.

— Думаю, возле сильно властной женщины тоже никто не задерживается, — не согласилась я, брякнув не подумавши, тут же получив тычок в бок от Кати.

— Значит — слабак! — Усмехнулась леди-босс, выходя из лифта на нужный этаж, и поправила чёрную кожаную клетчатую юбку. — Такая тряпка уже НАМ не нужна! Готовы, дивы мои. И… Таша, помни, что фанатки Руслана — это «вчерашний день». Сейчас ты — хозяйка этого цербера! — У меня на лице появилось удивление, которое тут же вытеснило сомнение. Яна нахмурилась, — ну-ка, возьми себя в руки! Ничего… мы сделаем из тебя хищницу!

— Иди, давай, — захохотала Смирнова, заталкивая «мать» студии танца в квартиру Зарецкого и Воропаевой. — Хищница ты моя, страшная…

Звуки музыки из гостиной были слышны даже в широком коридоре новостройки. Гостей было не много, но вся женская их часть обустроилась возле именинника и его друзей, из которых мне был знаком только Антон. Ящерова я не увидела, поэтому стала оглядываться по сторонам, почему-то занервничав.

— Да вон он, — хмыкнула Яна, кивнув в сторону дивана, но мне это не сильно помогло. Русик, как будто стал невидимым. — Не туда смотришь, балерина.

— За диваном прячется, — широко улыбнулась Катя.

Заметив любимого, я спокойно выдохнула.

«Действительно, прячется…»

— … от фанаток что ли?

Руслан, будто почувствовав на себе мой взгляд, поднял голову.

Он всего лишь чуть улыбнулся, а сердце забилось быстрее, умоляя меня оказаться в его объятьях.

— Стопэ! — Перехватила меня Дементьева, потянув за руку, когда я сделала машинальный шаг вперёд, поддаваясь магии притяжения. — Ты — хозяйка! Помни об этом. Подойдёт сам… нам же надо поздравить именинника. Зря мы, что ли, четыре часа в салоне вертелись с одной стороны на другую?

— Янусь, я не хочу туда идти… — Глаза Смирновой панически метались из стороны в сторону. Казалось, девушка чувствует себя мишенью, что было практически правдой.

Симпатичный мужчина, рядом с которым сидела безумно красивая блондинка в синем платье, сверлил Катю злобным взглядом. Что такого могла ему сделать милая молодая женщина, я понятия не имела.

— Зверев? Ааа… ну, да. Они же с Рычом и Ящером бизнес открывают совместный.

— Ты почему не сказала?!? — Возмутилась Катюша, стиснув руки в кулаки. — Ты говорила, что такое — маловероятно! Таша свидетель!

— Свидетели долго не живут — это я тебе, балеринка, — подмигнула начальница, после чего серьёзно посмотрела на Смирнову. — А ты бы пошла со мной?

— Сучка…

— Привет, «дивы»! — Тёплые руки Русика заключили меня в объятья, но Ящеров на этом не остановился, склонившись ко мне для поцелуя.

Все присутствующие, как по команде, вперились взглядами в нашу пару, сильно смущая.

«Как неловко…» — никогда не думала, что в компании парня при первом знакомстве приходится так тяжело, пока не освоишься.

— Русик, а что это за красотка со Зверевым? Больно на мою Катюшеньку похожая? Клонирует он блондинок что ли?

Ящеров с трудом перевёл от меня свой жадный взгляд, тут же улыбнувшись Дементьевой:

— Подружка. Что ж поделать, если его Смирнова категорически отказывается видеть знаки внимания от начальства?

— Какие ещё знаки?!? — Суровый тон Катерины мог заморозить Африку.

Руслан невозмутимо пожал плечами:

— Откуда мне знать? У Смирновой спроси.

— Вообще-то, Я — Смирнова!

— Эээ… — пристально разглядывая Катю, Руслан, впервые на моей памяти, проявил изумление, которое медленно перетекло в нервный смех, — ммм… круто… круто выглядишь. Без офисного костюма вы неузнаваемы, Екатерина Николаевна.

Катя недобро сощурилась, а Яна растянула темно-бордовые, почти чёрные губы в злорадной улыбке:

— Пойдём-ка, Катенька. Мне надо Андрюшку про «знаки» расспросить…

— Янка, нет! — Смирнова остановила начальницу, загородив собой дорогу. — Клянусь, перестану с тобой разговаривать! Никаких знаков я не понимаю — шифровальный факультет не заканчивала! У него законная жена есть! А место подружки на одну ночь, — махнула Катя, в запале чувств, в сторону Андрея Зверева и его пассии, — меня не привлекает!

— Ладно…

— Нет, «ни ладно»! «НИ ЛАДНО»! Я же вижу: ты что-то задумала, зараза такая!!! А ну, иди сюда!

Две подруги отошли к барной стойке, за которой ловко орудовал шекером бармен, тихо переругиваясь.