Госпожа Потусторонья - Никитина Анастасия - Страница 52

— Я не требую. Я прошу… — Волк опустил голову. — Верни ему руки…

— Руки?.. — закусила губу я. — Но…

И тут же перед глазами всплыла виденная в озере картинка: Лис ходит по комнате и совершенно не своим, лишенным эмоций голосом рассказывает что-то Росу. И руки он при этом держит в глубоких карманах. Руки? Или то, что от них осталось?

— Аррей что, отрубил ему руки? — В висках застучали мелкие молоточки.

— Он хотел, чтобы я выдал лесных общинников. И решил воздействовать на меня именно так…

— Ты чудовище! — выкрикнула я, вскочив.

— Я не мог предать общину! — огрызнулся Волк.

Я даже не нашлась, что сказать на такой идиотский довод.

— Считай меня придурком! Трусом. Да кем угодно, черт возьми! Но помоги ему!

— Точно придурок… — выдохнула я. — Нормальный пришел бы сразу! Да что там… Нормальный привез бы друга сюда, едва выбравшись из заточения. Иди за ним!

Волк неверяще вытаращился на меня.

— Пинка для рывка? — окрысилась я, и он наконец вскочил и побежал к двери.

Я только головой покачала, почувствовав, как он пролетел через ворота, вряд ли даже заметив преграду. Часы показывали половину четвертого. «Даже если Волчара будет нестись как на пожар, а рыжего затолкает в машину, не утруждая себя объяснениями, а он именно так и поступит, то у меня все равно примерно час в запасе, — решила я. — Не помешает освежить в памяти уроки Марфы».

— Костя! Принеси из библиотеки серую книгу, которая лежит на левом подоконнике. И поставь какую-нибудь кушетку в подвал, поближе к Струнному.

Скелет деловито удалился, а я, бездумно глядя на улицу, вспомнила каменный мешок Аррея, троих оборотней, оказавшихся там, и слова Лиса: «А я все еще думаю, что нас просто не поняли…» «Просто не поняли, — повторила я про себя. — И черт меня подери, если я не исправлю свою ошибку!»

Серый появился через пятьдесят пять минут. Но я все успела и уже поджидала гостей у ворот, нетерпеливо рассматривая внешний мир в туманной рамке Врат и одновременно решая неожиданно всплывшую дилемму. Смертному для того, чтобы пройти через портал, требовалось просунуть в решетку руку. Но в данном случае меня обуревали сомнения: Врата неразумны, мало ли как они воспримут, если я возьмусь за предплечье. Да и пропустит ли защита? Раньше я никогда не видела между прутьями что-то более серьезное, чем кисть до запястья. Существовал и еще один способ впустить Лиса в мой потусторонний мирок — открыть ворота. Но этому активно противилась вбитая Марфой подозрительность.

Все еще пытаясь решить, что делать, я увидела, как Волк едва не волоком тащит рыжего по раздолбанной дороге. А тот не то чтобы сопротивляется, но на лице у него написано такое недоверие пополам с горечью, что мне показалась горькой собственная слюна. «Не доверяй. Никогда. Никому», — прозвучал в ушах голос бабки. Оборотни подошли к решетке, и я снова взглянула в лицо Лиса.

— А вот хрен вам, дорогая бабушка, — проворчала я себе под нос и взялась за витую щеколду.

Тяжелая перекладина, стронуть которую с места мог только Ключ, пошла вверх, и тут же ударил гонг: Волк сунул руку в решетку. Я рыкнула и вытолкнула его пальцы, потянув створку на себя. Ворота заскрипели, открываясь впервые за бог знает сколько лет. Но я еще успела увидеть убитое выражение физиономии Серого. «А, ну да… Я же самый злобный Ключ, какого только можно себе представить, — раздраженно расшифровала гримасу я. — И наверняка решила так весело пошутить».

Компенсацией за несправедливые подозрения мне послужила отвисшая челюсть Волка, когда он понял, что произошло.

Не глядя на него, я самым наглым образом сделала один шаг в реальный мир и, подцепив Лиса под локоть, так как руки он прятал в карманах толстовки, завела в Потусторонье.

— Подожди, — бросила я и налегла на створку, в последний раз полюбовавшись на ошарашенную физиономию Волка.

— Привет, — кивнула я, вернув щеколду на место. Мне показалось, что Врата с облегчением выдохнули. Я повернулась к Лису. — Как видишь, разрешать тебе жить в этом случае необходимости нет. Но… другие приказы остаются в силе. Не лгать мне. Не нападать на меня. Не вредить мне и всему тому, что ты здесь увидишь.

Потусторонье откликнулось, огладив меня едва ощутимым ветерком, принимая приказ.

— Нападать? Этим? — с горечью усмехнулся Лис и наконец вытащил руки из карманов. — Вы слишком высокого обо мне мнения, Ключ.

Я закусила губу, глядя на два обрубка с розовой молодой кожей и свежими бугристыми шрамами.

— Секлетинья, — выдохнула я, кое-как совладав с непослушным языком. — И можно на «ты».

Лис удивленно приподнял брови.

— Что за манера, — ворчливо продолжила я, пытаясь отвлечься от зрелища, разбудившего в душе грызущее чувство вины. — У меня что, имени нет? Или мне сто лет в обед, чтобы мне все подряд выкали?

— Секлетинья, — склонил голову Лис, — отпусти меня, пожалуйста.

— Что? — опешила я.

— Зачем тебе это? Я прожил неплохую жизнь и не хочу закончить ее безмозглым овощем, не помнящим, кто он и откуда пришел.

— Прости, но я тебя не понимаю, — покачала головой я.

— Я догадался, зачем Серый привел меня сюда. Сегодня утром я сорвался и сказал то, что не должен был произносить вслух. И он решил просить Ключ лишить меня памяти, как Марфу… Не надо. Прошу тебя.

— Какие все догадливые, блин, — обозлилась я. — Как все хорошо знают, что я собираюсь делать. Аж оторопь берет.

— Но…

Я прекрасно понимала, почему Волк не рассказал другу, зачем тащит его к Вратам: очередная перестраховка, а вдруг злобный Ключ успеет передумать. Но бесило такое отношение до зеленых чертей.

— В морду зубастую дай своему вожаку, когда в общину вернешься, — перебила я.

— Боюсь, это будет несколько затруднительно, — невольно улыбнулся Лис.

— Почему же это? — сварливо поинтересовалась я, подталкивая гостя к особняку.

— И чисто физически, и морально. Он все-таки мой вожак.

— Ничего. Скажешь, что это от меня. Мол, я бы лично отметилась, да он слишком высокий, не дотянусь. Вот тебе и поручила. А физически… Для этого тебя сюда и привезли.

— Не понял, — споткнулся на пороге Лис.

— Сейчас все поймешь, — пообещала я.

В полном молчании мы спустились к Струнному озеру.

— Вот только не надо воображать, что мне вздумалось предоставить тебе возможность для красивого самоубийства, — поспешно сказала я, не дожидаясь очередной «гениальной догадки».

— Вы… ты… — замер Лис. — Я слышал, что такое бывало, но никогда не верил, что это возможно… Но это возможно… Да?

Он поднял на меня глаза, полные надежды и такого страха обмануться, что мне стало не по себе. «Придушу Волка за то, что не привез его сразу, — молнией пронеслось в мозгу. — Только сперва разобью собственную дурную голову о ближайшую стену! Как я могла не заметить?!»

— Возможно. Здесь я могу все. Ну или почти все… — Я тряхнула головой, пряча чувства за деловым, уверенным тоном. — Раздевайся, если не хочешь уйти отсюда голышом. Костя тебе поможет.

Я отвернулась, то ли не желая смущать его, то ли не желая смущаться сама, и поднялась на парапет.

К озеру Лиса подвел Костя. Рыжий медлил, в одних боксерах стоя на бортике. Видимо, слишком много легенд окутывало густые воды источника их жизни. Я взяла его под локоть, и мы вместе вошли в туманную зелень живой энергии.

— Не вздумай вывернуться, — предупредила я. — Пока ты меня касаешься, мы — единое целое, и энергия воспринимает нас именно так. Но стоит хоть на мгновение потерять контакт — и я смогу достать отсюда только твое тело. Избавь меня от такого опыта.

— Я постараюсь, — слабо улыбнулся он.

Мы продвигались вперед, и через два шага наши глаза оказались на одном уровне. Сила, сейчас принимавшая мои желания, едва они успевали оформиться хотя бы в мысль, не давала мне погрузиться слишком глубоко. Я завела его искалеченные руки себе за шею:

— Держись.

Лис только кивнул. И я, сцепив пальцы в замок у него на спине и чувствуя бугристые шрамы, испещрившие его кожу во всех направлениях, с головой окунулась вместе с ним в вязкие глубины бездонного источника силы.