Ты не станешь лодеем (СИ) - Тумас Катерина - Страница 5

Уильям что-то там ещё фантанировал о том, чьё имя мне так и осталось неведомо, а я тем временем нырнула в размышления, делая вид, что не пропускаю слова жениха мимо ушей — полезный навык, полученный от наблюдений за отцом во время общения с матушкой. Больше всего занимала мысль: “Если этот главарь был так во всём хорош, то с чего бы ступил на узкую тропинку вдруг? Почему стал бандитом?” Я даже решилась в итоге спросить:

— Что может привести аристократа в… в квартал воров?

— Это ты с ним совсем по дружески вино потягивала, что ж не спросила, — фыркнул Уильям недовольно и насупился. Ума не приложу, откуда здесь взяться ревности, но это она. Вино так спровоцировало? Может, закажи я пиво, было бы иначе всё? Нет, что за ерунда вообще! Было бы только хуже.

— Уильям, это лишь вино. Самый вежливый алкоголь из доступных в таверне. Пиво — вот дружеский напиток.

— Не хватало, чтобы ты с ним ещё и пиво пила! — взвился Уильям. Да что ж такое. Вот уж воистину матушка угадала мне с выбором жениха. Отец всегда говорил, что я больше похожа на него по складу ума и характера. Зато супруг у меня будет — вылитая матушка.

До конца поездки конструктивного диалога так и не получилось. Впрочем, настаивать я не решилась. Но стоило перестать подливать масла в огонь, как Уильям снова взялся за своё обаяние и включил заботливого жениха. И доблестно играл эту роль ровно до тех пор, пока не передал моё сиятельство на руки обеспокоенному семьйству. Разозлённая и взволнованная родительница тут же сменила роль Уильяма на более незавидную:

— Как ты мог упустить мою бедную хрупкую девочку из виду?! Ирод безответственный! — и так далее в том же духе.

Пока матушка не принялась угрожать отменой помолвки, мы с отцом поспешили увести её в дом. Батюшка на происшествие со мной отреагировал спокойней, видимо поэтому матушка отдувается за двоих, злится за его реакцию. Окинув меня внимательным взглядом, задержавшись внимательней на глазах, отец удостоверился, что я в себе, не паникую, не плачу, цела и невозмутима. Значит ничего страшного не случилось.

— Уильям, ты отправишь деньги в таверну? — бросила я на пороге дома, пустив родителей вперёд. Герцог уже стоял одной ногой в карете. Он обернулся, бросил на меня недоумевающий взгляд и сразу посуровел.

— Аннабель, плата внесена твоими драгоценностями.

Я задохнулась от накатившего возмущения. Он что, действительно не собирается расплачиваться за нанесённый ущерб?! Вот уж не зря матушка распиналась. Заслужил! Куда делся мой благородный герцог, который готов броситься на помощь даже самой последней нищенке, если ей угрожает опасность? Неужели этот главарь оставил на его душе такой серьёзный шрам? Иначе я просто не понимаю…

— Но ведь воры не поделятся наживой с хозяйкой таверны! — взываю я к его разуму в последний раз.

— Бедняки умеют выживать. Взаимовыручка им знакома не понаслышке, — выплёвывает Уильям вроде бы и комплимент, а по факту отговорку, и захлопывает за собой дверцу кареты.

Нет слов. И это будущий глава герцогства? Я фыркнула и поспешила покинуть крыльцо. Уильяму предстоит многое мне объяснить, когда придёт в себя и перестанет поведением напоминать маленького ребёнка. Мой брат и то более благоразумен.

— А где Дэниэл? — спросила я родителя, когда матушку удалось усадить за стол и всучить чашку успокаивающего отвара. Его заварили, чтобы отпаивать меня, но никого и иной расклад не удивляет. Я хоть и выгляжу утончённо, зато нервы, как говорила кормилица, у меня стальные.

— Мы не стали его волновать, пока тебя не нашли, — признался отец. — Дэниэл играет с деревенскими мальчиками. Я ещё не посылал за ним.

Матушка продолжала причитать, а мы под этот аккомпанемент обсудили детали произошедшего. На моих описаниях главаря отец хмурился, но молчал. А вот когда упомянула про перстень, сразу потребовал:

— Дай-ка взгляну, — и протянул ко мне руку. Мы не заметили, как стихла матушка.

— Это я попросила, — невозмутимо заявила она, вздёрнув нос. — С тобой ведь могло что-то случиться, вот я и подумала, что добавить следящую функцию в обручальное кольцо — отличная идея!

Матушка всегда меня через-чур опекала. Благо, когда появился младший брат, она переключилась почти целиком на него. Как побочный эффект этого — формат её опеки сменился с навязчивого на тотальный.

— И чего тогда ты так истерила всё это время?! — поразился отец. Удивительный человек. И пара у них потрясающая. Она постоянно такие фортеля выкидывает, а он каждый раз искренне недоумевает отсутствию логики в её действиях. И сколько бы раз я не поясняла, что матушка просто любит нервы себе потрепать, он не верит: “Кому это может нравиться?”

Я оставила родителей разбираться наедине и решила подняться к себе, переодеться. Служанки, всё это время тенями замершие по углам и за дверными проёмами, встрепенулись. Да уж, что у матери получается первоклассно, так это работа со слугами. Персонал нашего замка вышколен донельзя. Дали время нам излить эмоции друг другу, никак не намекали, что мне, как порядочной герцогине, переодеться положено и освежиться как можно быстрее. Но наши слуги знают, что в семействе Туруа иные порядки. Нам важнее не внешний вид, а внутреннее состояние. Редкость для аристократов высшего звена.

— Госпожа желает освежиться и сменить платье? — поинтересовалась моя личная служанка Регина.

— А пока я принимаю ванну, пошли разузнать, где можно найти Дэни, но не беспокой его, — сказала я, уже поднимаясь по главной лестнице к себе.

Лёжа в душистой травяной ванне, я размышляла над событиями дня, точнее всего половины, но какой насыщенной. Пока пересказывала отцу, в голове многое уложилось. И теперь меня больше всего интересовала… я сама. Собственная реакция в некоторых случаях казалась достаточно странной. Опустим моё завороженное поведение рядом с главарём, в той ситуации это было приемлемо, вполне допустимо и понятно. Но вот дальше…

Когда Уильям целовал мне пальчики, я думала не о нём, не об ощущениях, а… о главаре. Пусть мысль прошла через ассоциацию с кольцом, сути это не меняет. Мои пальчики целовал возлюбленный, жених, а я думала о другом и меня его действия нисколько не взволновали… Однако сильно расстроило поведение Уильяма. Честное слово, если бы его эмоции не зиждились на воспоминаниях о прошлом, я бы подумала, что мне подсунули попаданца в тело моего жениха, столь разительно он отличается от привычного герцога Дариэльского.

Но зато это чётко показало один очень важный аспект. А именно — каким Уильям становится на эмоциях. Мужа и жену на совместном жизненном пути ждёт множество неурядиц и сложностей, даже герцогам не просто приходится. Многие недоброжелатели только и ждут, как бы сделать кому-нибудь из нас гадость. Мы постоянно под ударом. Получается, со временем таких ситуаций, как сегодня, будет происходить всё больше. Готова ли я жить с таким Уильямом? Готова ли я делить с ним и горести, и радости? Откуда эта предательская мысль, что…

Ой, Аннабель! Ну, ты что? Первая же сложность и сразу в кусты? Хотя… и не первая она вовсе. Но раньше Уильям всегда казался взрослее меня самой, более сдержанным и рассудительным. А тут словно в детство ударился. Впрочем, почему словно? Все эти эмоции, наверняка, и обуревали его в тот самый период наиболее острой ненависти к будущему главарю. Герцог и правда нырнул в детские воспоминания…

И я не могу винить ребёнка за яркие эмоции, которые из него, по сути насильно выбивали, постоянно тыкая в более успешного сверстника. Кто угодно бы не выдержал в такой ситуации. Уж родителей Уильяма я хорошо знаю. Ребёнком ему приходилось тяжело. Наши семьи разительно отличаются.

Но ведь это не важно! Я должна попробовать понять возлюбленного. И помочь с этим справиться. Ведь только так образуются крепкие семьи. Когда каждый может подставить другому плечо и поддержать, даже если твой супруг оступился. Нет, я не могу так просто сдаться и враз изменить своё мнение о Уильяме. Такое уже было однажды, спасибо “подружкам”-змеюкам. Тогда ошиблась, может и сейчас всё не настолько страшно.