Под чужим именем - Фолкнер Колин - Страница 50

— Да, друг Сэмсон, ты уложил его насмерть, — сказал О'Брайен, взглянув на тело. Нгози тихонько всхлипывала в своем углу.

— Да, я убил его, мистер О'Брайен. Я проверял, дыхания нету, он мертвый, — ответил Сэмсон, который остановился у входа.

— Ну что? — спросил О'Брайен Элизабет, скрестив руки на груди. — Что будем делать, Лиз?

— Боюсь, надо вызвать шерифа. — Элизабет обратилась к Сэмсону: — Он увезет тебя с собой, но я поеду вместе с вами и объясню, что произошло. Это была самозащита, Сэмсон, тебя не могут за это наказать.

— Ну, знаешь ли, Лиз… — заворчал О'Брайен.

— Ты не согласен? — Элизабет посмотрела на него. — Сэмсон убил Джарви. Об этом придется сообщить, все равно Джарви начнут разыскивать.

— Ты думаешь, Самсона отпустят?

— Нельзя осудить человека, если он защищался, — развела руками Элизабет. Почему-то в последнее время О'Брайен принимал все ее слова в штыки.

— Это касается богатых белых. Но Сэмсон небогат, и он — чернокожий. Ему не светит честный процесс. Мистер Джарви был полноправным подданным английской короны, он возвращал пропавшую и украденную собственность. — О'Брайен показал рукой сначала на труп, потом на Нгози с ребенком. — Скорее всего Сэмсона просто повесят без суда.

— Что же ты предлагаешь? — Элизабет перевела глаза с тела на полу на лицо О'Брайена. Тот пожал плечами.

— Джарви появился на рассвете, его никто не видел. Его лошадь спугнули, она убежала вниз по реке.

— Ну? — Элизабет понимала, куда он клонит, но не имела духа высказать это сама.

— Ну, если мистер Джарви, допустим, захотел искупаться в реке… Могло случиться всякое, его могло ударить головой о камни. В этой реке часто тонут люди.

— Ты сумеешь сделать это? — спросила Элизабет Самсона. — Ни я, ни мистер О'Брайен не сможем тебе помочь, потому что это будет соучастием в убийстве.

— Мисс Лизбет, я сделаю все, что вы скажете. — Сэмсон сосредоточенно смотрел на нее. — Я пойду к шерифу. Или избавлюсь от трупа, как вам угодно.

— Тебе решать, Лиззи, — сказал О'Брайен, пристально наблюдая за ней с противоположного конца комнаты. Она помедлила и отвернулась.

— Мне? Я ничего не знаю и не видела, просто вышла на прогулку с собаками. — Элизабет направилась к двери. — Не желаешь прогуляться со мной, муженек?

О'Брайен с улыбкой присоединился к ней. Он улыбался ей, и сердце Элизабет затрепетало. Бывали минуты, когда они прекрасно понимали друг друга, несмотря на все различия в воспитании и взглядах.

— Я горжусь тобой, Лиззи, — сказал О'Брайен, когда они рука об руку вышли из коттеджа и собаки с радостным лаем запрыгали вокруг них. — Я знаю, как это нелегко для тебя. Ты идеализируешь окружающий мир, но, к сожалению, жизнь порой куда страшнее твоих представлений.

Элизабет шла, опираясь на его руку. Ей было трудно ходить, но все равно с ним ей было хорошо.

— Моя совесть чиста. Это была самозащита. Сэмсон защищал свою семью. Я бы сделала то же самое ради тебя.

— Какая ты у меня храбрая, Лиззи, — засмеялся О'Брайен и поцеловал ее в висок. — И какая милая…

Сидя за бюро в их с О'Брайеном спальне, Элизабет составляла список гостей, которых собиралась позвать на вечер. Не то чтобы она сама хотела повеселиться, но дело требовало определенных жертв: ее клиенты ждали, что она пригласит их к себе на званый вечер. Элизабет не собиралась часто устраивать подобные развлечения, но раз уж она затеяла прием, то все должно быть на высшем уровне. Уже были выписаны музыканты и составлено меню, дело было за тем, кого пригласить.

Поначалу Элизабет не любила эту комнату. Переехать сюда ее заставил О'Брайен. Он не пожелал ночевать в той же спальне, которую делили Элизабет с Полом. В первую ночь Элизабет не послушалась и отправилась спать в свою комнату, надеясь, что он сдастся и присоединится к ней. Но О'Брайен ворвался к ней и унес ее, нагую, к себе в постель. Он разрешал Элизабет спать в старой спальне, только когда ему приходилось уезжать по делам.

Вся комната была закидана его вещами, но Элизабет не угнетал этот беспорядок, хотя раньше она содержала свою спальню в идеальной чистоте. Разбросанная повсюду одежда О'Брайена почему-то вселяла в Элизабет уверенность, что он и впрямь готов вместе с нею приложить все усилия, чтобы их брак действительно состоялся и был счастливым. Элизабет взглянула на часы на каминной полке. Скоро должна прийти Клер. У Джессопа были гости, и он разрешил Клер навестить Элизабет и поужинать с нею. Клер очень волновалась по этому поводу и спрашивала, будет ли О'Брайен. Элизабет пришлось пообещать, что он пораньше уйдет с завода и присоединится к ним за ужином.

Снизу до Элизабет донеслись звуки клавикордов. Очевидно, Клер уже ждет ее в гостиной. Надо одеться и спуститься вниз. Придя сегодня с завода, Элизабет приняла ванну и сидела теперь в домашнем халате. Она даже подумала, не отправиться ли ей вниз, не переодеваясь, потому что в последнее время одежда стала казаться ей жаркой и тесной, но решила не потрафлять себе. Если она собирается растить ребенка и одновременно управлять заводом, то пусть у людей не будет повода думать, будто ей это не под силу.

Вдруг Элизабет услышала поскуливание за дверью. Она встала и распахнула ее. В комнату на брюхе вползла Лэйси. За ней, пошатываясь, ввалился Фреклс.

— В чем дело, Лэйси? Что случилось? — Элизабет нагнулась над собакой. Глаза у нее были мутные, и вокруг пасти собралась пена; Фреклс выглядел не лучше.

— Кэти! Кэти! — закричала Элизабет. — Быстрее сюда!

— Мэм? — Горничная наконец появилась из-за поворота лестницы.

— Кэти, что случилось с собаками?

— Не знаю, хозяйка. Они заболели?

Обе женщины уставились на лежащих на полу собак. Дыхание животных стало частым и неровным, лапы судорожно подергивались.

— По-моему, они умирают, — сказала Элизабет. — Скорее, Кэти, принеси мне миску воды.

В этот момент в коридоре появился О'Брайен. Неся ботинки в руках, он ступал босыми ногами по ковру.

— Что случилось? — спросил он.

— Лэйси и Фреклс заболели, я не знаю, что с ними. — Элизабет выпрямилась.

О'Брайен поставил ботинки на пол и присел рядом с животными.

— Лиз, мне кажется, их отравили.

— Кому могло прийти в голову травить моих собак? — Элизабет была растерянна, ей хотелось плакать от обиды. Она любила своих собак.

Кэти прибежала с миской воды, расплескивая ее через край. Элизабет поставила миску перед собаками.

— Давай, Лэйси, выпей водички.

Но ни Лэйси, ни Фреклс пить не стали. Тогда Элизабет просто смочила водой морды обеих собак.

— Дорогая, боюсь, мы тут бессильны. — О'Брайен положил ей руку на плечо. — Этим собакам недолго осталось мучиться. Ты кормила их сегодня?

— Да, как обычно. Я и щенков кормила.

— Значит, первым делом надо проверить, как щенки.

— Ты думаешь, я дала им несвежего мяса?

— Нет, причина не в этом. Это яд, а не просто тухлое мясо. Однажды на моих глазах так умирал человек.

— Бегите в сад, посмотрите, живы ли щенки, — приказала Элизабет Кэти. — Проверьте и тех, которых я отдала Сэмсону и Джереми. Они часто прибегают сюда. Торопитесь, Кэти, я жду вас!

— Да, хозяйка. — Горничная поклонилась и побежала вниз.

— Ты уверен, что мы ничем не можем им помочь? — спросила Элизабет О'Брайена. Тот покачал головой. — Осталось узнать на кухне, может, кто-то кормил собак там.

— Подожди, я переоденусь и пойду с тобой. — О'Брайен начал снимать рубашку, покрытую угольной пылью.

Но Элизабет уже скрылась на лестнице. Проходя мимо гостиной, она заметила там Клер, сидящую за клавикордами.

Кухарка всплеснула руками, увидев Элизабет в одном халате.

— Кто-нибудь из вас кормил моих собак? Я видела, они все время крутятся на кухне.

— Я запрещаю девушкам кормить здесь собак, — покачала головой кухарка. — Но эти вертихвостки делают что вздумается.

Элизабет огляделась, но не заметила на кухне ничего подозрительного, никаких обрезков мяса на полу. Она прошла через кухню в огород, где возле колодца стояли собачьи миски. Там она обнаружила сковороду с остатками мясного пирога. Со своей находкой Элизабет вернулась на кухню.