Медь в драгоценной шкатулке (СИ) - Архангельская Мария Владимировна - Страница 23

— Я не знаю, где проходит граница империи, — после колебания сказала я. В конце концов, я глупая женщина, мне можно.

— Но вы были в их стойбище?

— Да, — сдалась я.

— Вместе с его высочеством?

— Да.

— По пути туда вы миновали пограничную заставу?

— Нет.

Допрашивающие покивали. Мне задавали и другие вопросы, в том числе — не знаю ли я, о чём его высочество беседовал с вождём племени и его приближёнными, но тут я могла с чистой совесть поклясться, что мужских разговоров не слушала. Это приняли как должное, во всяком случае, переспрашивать не стали.

— На этом всё, госпожа Соньши, — подытожил тот, что сидел за столом. — Вас проводят обратно.

Когда я вернулась в павильон, оказалось, что через некоторое время после моего ухода на допрос увели и Усин. Я заволновалась было, но с ней всё оказалось в порядке, она вернулась примерно через полчаса после меня. Из её рассказа я узнала, что вопросы ей задавали примерно те же, что и мне. И, разумеется, она точно так же подтвердила, что в стойбище чжаэнов мы бывали.

— Я сказала что-то не то? — спросила она, увидев выражение моего лица.

Всё то, — вздохнула я. — Это же не секрет. Какие уж тут секреты.

Ещё пару дней ничего не менялось, нам оставалось лишь всё так же ждать. А потом в Хризантемовый павильон явился евнух с императорским указом. Который полагалось выслушивать на коленях.

— Наследный принц Луй Тайрен непочтителен и недобродетелен. Он самонадеянно и разнузданно пренебрег законами государства и преступил через благосклонность Сына Неба. А потому будет выслан из Восточного дворца и из столицы и отправлен в ссылку для размышления над своими ошибками в западный округ Сачжэну, в крепость Тамчи, кою ему запрещается покидать до специального распоряжения его величества. Его супруга, её высочество Ни Мекси-Цу будет проживать во дворце Благополучия императора рядом со столицей до возвращения супруга. Остальные наложницы будут отправлены во дворец Вечной жизни в провинции Иль. Быть по сему!

Я облегчённо выдохнула, вместе со всеми кланяясь земным поклоном. Всего лишь ссылка, но не лишение титула и тем более не казнь! И мы отправляемся не в монастырь, а в один из императорских дворцов, где едва ли будет житься много хуже, чем здесь. К тому же это не навсегда, Тайрен может вернуться, и мы следом за ним. И только когда евнух с сопровождающими уже ушёл, меня пронзил новый страх: а Ксиши? Будет ли мне позволено взять дочь с собой, или императорскую внучку оставят в столице?

Впрочем, Кадж меня успокоила:

— Таких маленьких детей не отрывают от матери. Тем более — девочку. Будь это сын, император может и оставил бы его при себе, но девочки в делах наследования ничего не решают.

Она оглянулась по сторонам и понизила голос до почти неразборчивого шёпота:

— Между нами, сестра Соньши, но его высочеству очень повезло, что у него только дочь. Если бы родился мальчик, его величество мог бы объявить наследником его.

Я согласно кивнула.

С этого дня наш арест кончился, и мы снова могли выходить в сад. На сборы нам дали неделю, и по всему Восточном дворцу суетились слуги, укладывая вещи перед дорогой. Тайрена я так и не увидела — его отправили рано утром, как я узнала, напросившись на аудиенцию к её высочеству. Выставили из дворца почти без сборов и дали попрощаться только с женой. Мекси-Цу выглядела усталой и нездоровой, но приняла меня сразу же.

— Он велел передать тебе, младшая сестра, — сказала она: — «Дождёмся, пока пропоёт петух и наступит рассвет. Я люблю тебя и буду ждать счастливого мига, даже если пройдёт тысяча лет».

Я, разумеется, поблагодарила, невольно подумав — а что бы я чувствовала, если б мой муж попросил меня передать слова любви другой?

Тем же вечером я вышла прогуляться, отделавшись наконец от неотвязной прислуги, которая сейчас была занята сборами под руководством Усин. Бредя по сумеречному парку, где дежурные евнухи уже зажигали фонарики, я гадала, доведётся ли мне вернуться в Восточный дворец ещё раз. Быть может, гнев императора, как и в прошлый раз, остынет через полгода и всё потечёт по-прежнему. А может быть, Тайрену придётся вернуться из ссылки прямо на трон. Если только «доброжелатели», устроившие ему сперва покушение, а потом опалу, снова не возьмутся за своё и не преуспеют. Я зябко передёрнула плечами и постаралась отогнать мрачные мысли. Что ж, если я всё ещё буду Тайрену нужна, и если он, как и собирался, сделает меня Благородной супругой, то в моём распоряжении будет аж целый дворец Небесного Спокойствия. А если за это время он меня забудет, то здравствуй, дворик Процветания. Или же титул наложницы-подруги — четвёртый ранг, как-никак — при восшествии принца на трон автоматически даёт повышение до императорской супруги? Ну хотя бы до низшего — третьего — ранга? Надо бы уточнить.

В любом случае, нынешний император в обозримом будущем помирать явно не собирается, так что едва ли стоит загадывать так далеко.

Впереди показалась небольшая процессия — несколько евнухов шли ровным строем попарно; руки сложены, глаза опущены, ну, прямо монахи направляются на молитву. Сходство усиливалось тёмными одеяниями. Я машинально сделала шаг в сторону, следуя обычному правилу своей родины: кто в меньшинстве, тот и уступает. Но здесь порядки были другие, и шеренга евнухов сама сдвинулась к обочине дорожки, оперативно перестраиваясь по одному. Проходя мимо, я скользнула взглядом по схожим лицам, и тут одно из них показалось знакомым:

— Э… Мий…

— Имя ничтожного Шэн Мий, к вашим услугам, — поклонился занимающийся правильностью.

— А, да, простите.

— Ничего страшного. Я рад, что вы меня помните.

— Мы можем поговорить?

Следователь оглянулся на своих товарищей, и те понятливо двинулись дальше. Спустя минуту мы остались вдвоём.

— О чём хочет спросить госпожа Соньши?

— Дело его высочества. Вы знаете хоть какие-нибудь подробности? Нам почти ничего не сообщили.

Шэн Мий вздохнул.

— В любом случае, оно уже кончилось. Но если вам интересно… Вы ведь знаете этих чжаэнов? Вы сопровождали его высочество в поездке, когда они свели знакомство.

— Да, знаю.

— Со стороны его высочества было очень неосторожно приглашать их в столицу, учитывая обстоятельства знакомства. Варвары не отличаются сдержанностью и молчаливостью. Не могу сказать, чем руководствовался наследник, отправляя им приглашение, тут вам может быть известно больше, чем мне.

— Он не отправлял им приглашения.

— Вот как? — евнух остро взглянул на меня. — Вы уверены?

— Да. Его высочество сам говорил, что пригласил их устно… даже не пригласил, а так, сказал, что хорошо было бы увидеться ещё раз.