Переполох в академии сиятельных лордов - Медведева Алёна - Страница 15

– Вы много времени проводили вместе?

– Мы фактически вместе росли, очень часто встречались. Не меньше двух раз в год.

И это было абсолютной истиной.

– Выходит, ты знаешь Таурина-младшего многие годы и… не сомневаешься в нем?

Император не сводил с Ларса пристального, изучающего взгляда.

– Совершенно, – совладав с внутренним волнением, признался Розолс.

Вероятно, император расспрашивает Ларса, проверяя, насколько необходима его поддержка юному приятелю? Раз уж его дернуло заявить, что такая поддержка пригодится Иве. И почему эта мысль пришла ему в голову?..

– Тогда я даю свое согласие. Будучи вторым наследником рода Розолсов, ты можешь обучаться в Академии сиятельных лордов, получив отсрочку от помолвки на это время. Я уведомлю твоего отца о своей воле. Твоя мольба услышана, но в ответ… – император на миг смолк, устремив взгляд на просителя, – стань опорой Иве в стенах академии, поставь его интересы превыше своих. Род Тауринов важен для империи, сделай все для безопасности его наследника. Также ты должен сохранить в тайне содержание нашего разговора.

– Не сомневайтесь во мне! – с горячностью поклялся Ларс Розолс, испытывая огромную благодарность.

Впервые он поступил импульсивно, поддавшись революционному порыву, в чем-то даже противоречащему здравому смыслу. И не прогадал!

Глава 3

– Иве, мы остановимся здесь, чтобы подкрепиться с дороги, прежде чем отправимся в академию.

Лорд Таурин, лично сопровождавший наследника, прибыл в столицу с тяжелым камнем на сердце. Отец учил его быть верным императору, оберегать свою семью и всегда поступать по совести. Но как бы он рассудил в сложившейся ситуации?

Пусть Лоффи Таурин не показывал этого, но он искренне любил Иветту. Необходимость, обязавшая навязать старшей дочери чужую судьбу, мучила его бесконечным чувством вины. И тем более горьким оно было, чем меньше надежды оставалось уберечь своего ребенка от роковой ошибки.

Мольбы дочери и уговоры жены не прошли мимо отцовского сердца – ведомый тревогой, он написал императору, надеясь на пересмотр давнего решения. Но получил уклончивый отказ, сдобренный множеством послаблений для наследника рода Тауринов, в девятнадцать лет призванного на обучение в Академию сиятельных лордов.

Долг велел великому полководцу и лишенному сыновей несчастному отцу подчиниться – планы первой персоны империи ему постичь было не дано. Но как же мучительно он переживал неизбежные трудности Иве… Как отчаянно желал ей счастья и избавления от этой тяжкой ноши обязательств! Но показать истинную природу своих родительских чувств – не мог.

– Отец, это прекрасная идея, – внешне совершенно спокойно согласилась его спутница, для всех окружающих – младший лорд Таурин. – Неизвестно, как долго продлится зачисление, – голодными приходить не стоит.

Так долго страшившаяся этого путешествия, Иветта, достигнув цели, неожиданно успокоилась, решив положиться на судьбу: чему быть, того не миновать. Если ее секрет раскроется, она, убегая от позора, сможет наконец-то поселиться в уединении, посвятив себя любимому увлечению – врачеванию.

Старший лорд, на миг замешкавшись на пороге самого респектабельного столичного трактира, взял ладонь отпрыска, стремясь ободрить и поделиться силой духа. Иве в ответ пожала руку отца, душевным наитием вдруг распознав горечь, снедавшую его сердце.

– Что ни происходит, все к лучшему, – тихо шепнула она слова, которые часто повторяла ее лесная наставница.

– Да, – кивнул Лоффи. – Удары судьбы в семье Таурин всегда принимали без страха.

Обменявшись долгими взглядами, они одновременно перешагнули порог заведения, распространявшего по округе заманчивые ароматы изысканных и вкусных кушаний, в надежде найти здесь покой и тишину, необходимые для отдыха, насыщения желудка и обретения пошатнувшегося душевного спокойствия. Но…

Плюх!

Великий полководец не успел и глазом моргнуть, привыкая к приглушенному освещению, как нечто шипящее, мохнатое и когтистое с мощью тарана ударило ему в лицо.

– Мя-а-ав!!! – оглушил сиятельного лорда ликующий кошачий визг.

– Демонское отродье!

И следом в нос Таурина-старшего впечатался скверно пахнувший кошачьей мочой ботинок. Кот, врезавшийся в лицо неожиданно возникшего на пути сиятельного лорда и имевший вид бывалый и драчливый, к этому моменту уже ловко извернулся, отскочил в сторону и скрылся под столами.

– Прожорливая тварь!!! – С боевым кличем на гостей, выпучив глаза, несся повар, который легко опознавался по обширному, почему-то исполосованному в лоскуты фартуку и громадному черпаку наперевес. – Зашибу! Попадись мне только!

Еще не разобравшись в сути, но впечатленный приемом, сиятельный лорд ловко задвинул раскрывшего рот от изумления отпрыска за свою широкую спину, опасаясь встречи с взбешенным кашеваром.

– Что здесь происходит?!

Лоффи Таурин приоткрыл рот, чтобы озвучить именно этот вопрос. Но вряд ли у него получилось бы сказать это таким ледяным и повелительным тоном. Взоры всех посетителей трактира немедленно устремились к вершине лестницы, что вела на второй этаж с комнатами на сдачу. Именно там сейчас с достоинством настоящей императрицы и выражением скуки на холеном лице застыла дама с идеальной осанкой. Последнее особенно бросалось в глаза, вызывая подспудное недоумение: это природный дар или выработанная годами способность распрямлять плечи под идеальным углом?

– Л-леди… – Чуть заикаясь, от неожиданности налетев на ближайший стол, повар обернулся к высокородной постоялице. – Ваш… Ваше ж-животное!..

– Кстати, да. Я и сама намеревалась уточнить, покормили ли вы мою прелесть? Только лучшее мясо, помните? К другому милашка Пушок не привык.

Лицо немного отдышавшегося к тому моменту преследователя пошло алыми пятнами.

– Не привык?! – с неподдельным страданием в голосе вскричал он. – Да эта живность сожрала все, вы представляете – все, что было в кладовой! А что не сожрала, то понадкусывала и обде… Ой, я не могу сказать такое при сиятельной леди!

В сердцах сорвав лоскуты, некогда бывшие фартуком, мужчина бросил их на пол.

– Вы забываетесь, – не меняя тональности, бросила незнакомка, одарив несчастного кашевара соболезнующим взглядом, каким смотрят на душевнобольных. – Зачем говорить такое о моем добродушном питомце? Он известен на всю империю своим чудесным нравом и манерами. Пу-у-ушок!

Последнее она провозгласила, приманивая кота, уже спускаясь по лестнице. И о чудо!

– Му-у-уррр! – Мягкое, чарующее урчание разнеслось под сводами помещения.

Иветта вслед за остальными немедленно обернулась на звук, с интересом обозрев милейшего белоснежного котика с шерсткой волосок к волоску и умильной мордочкой, расположившегося на бархатной подушечке на широкой каминной полке.

Распознать в этом комке медового очарования недавнего бандита удалось с трудом, с бо-о-ольшим трудом!

Но зоркий взгляд Иве подметил золотистые искорки в глубине зеленых кошачьих глаз. Приметные искорки – они успели запомниться даже по первому мимолетному взгляду на кота.

– Моя прелесть! – Красноречивым жестом указав на питомца с таким видом, словно демонстрировала миру редчайшее и бесценное сокровище, сиятельная леди в упор взглянула на повара. Брови ее грозно сошлись на переносице. – И о нем вы позволяете себе плести все эти небылицы? Возмутительно! И это респектабельный трактир? Я буду жаловаться императору! Вас лишат всех регалий!

– Леди… – несколько растерялся повар. – Собственным здоровьем клянусь… – Запнувшись, он обвел рукой посетителей трактира. – Вы любого спросите, за то время, что вы отдыхали наверху, этот… этот кот… он тут умудрился каждому из нас… – Под грозным взглядом сиятельной особы посетители сникли, уставившись в тарелки, – поддержать воззвание никто не пожелал, пусть многие и потирали расцарапанные костяшки. Но тут взгляд повара натолкнулся на лорда Таурина. Он в сопровождении невысокого симпатичного юноши устраивался за отдельным столиком в уголке. – Вот же! – вскричал пострадавший, с облегчением вспомнив о безупречной репутации полководца. – Лорд, вы же тоже пострадали от этого… животного?!