ИФТФ им. Галушкевича. Трилогия (СИ) - "Кьяза" - Страница 212

    - Мы сами разберемся, - фыркнул Димка, радуясь, что девчонки окно не закрыли, - тетрадь как выглядит?

    - Бордовая такая, там если страницу откроешь...

    - Понял не дурак, - оборвал его Димка, - Ген, подсади.

    - Дим, обалдел? Третий этаж!

    - А есть еще предложение?

    - Поговори с Таней, пусть она на подругу повлияет.

    - Сам поговори с Танечкой. Тут больше Ольга на нее влияет. Ген, подсади.

     - Псих, - авторитетно заявил Генка, подсаживая брата до пожарной лестницы, нижняя перекладина которой находилась на высоте двух метров от земли.

     - Вы лучше на шухере постойте, - выдохнул Димка, подтягиваясь на руках.

     :::::::::::::::::::::::::

     Крыс обомлел, наблюдая, как парень карабкается вверх, а затем по карнизу ползет в сторону приоткрытого окна на третьем этаже общаги. Мужчину раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, он обязан вмешаться и наказать мальчишек, предупредив возможность несчастного случая. С другой стороны, ну интересно, чем все закончится. Неординарность решения привела Крыса в восторг, он даже не пожалел, что отправился за мальчишками, заподозрив неладное.

    Чутье мужчину не подвело, он едва успел засечь, что остальные два сообщника направились в разные стороны, следя, чтобы никто посторонний не появился. Спрятавшись в тень мусорных баков, мужчина следил за передвижением мальчишки-взломщика. Вот тот влез в окно и через некоторое время выбрался с тетрадкой, заткнутой за пояс, и с повязанным на шею синим женским платком.

     - Дим, а платок зачем?

     - Это мой трофей, Танюшкин любимый, - запыхтел герой, ползя по узкому карнизу.

     Крыс даже зааплодировал ему. Мысленно, поскольку его выход должен стать сюрпризом для ребят. Возмездие должно быть молниеносным и неожиданным. Оно таким и стало, и хакер был здесь не причем, его лишили оскароносного появления. Из окна, которое совершенно недавно покинул Димка, вдруг высунулась Таня и закричала:

     - Голицыны, вы совсем офигели?! Мы вас в кафе ждем, а вы, блин, по чужим окнам лазаете?

     - Танюш, окна не чужие, они ваши. Тем более оно одно, - принялся увещевать Генка разъяренных девушек, - Оленька, просто вас дома не было, а Воропаеву тетрадь срочно нужна была.

    - Так еще и Хиппи в доле? Все, вы достали! Дим, слышишь? Даже не подходи больше!

     - Танюша, солнышко, тогда я оставлю себе этот платочек? - парень уже спустился и, отдав тетрадь радостному Воропаеву, помахал трофеем, - в память о твоих поцелуях и... Впрочем, об этом я итак всегда буду помнить!

     Девчонки исчезли, а мальчишки двинулись в сторону выхода с территории общаги. Крыс осторожно направился за ними на расстоянии, предполагая, что еще не все. Интуиция не подвела. Когда парни поравнялись с подъездом, оттуда выскочили две разъяренные фурии и накинулись на близнецов. Хакер даже растерялся, решая - кого от кого спасать. Пока думал, ситуация поменялась в корне - близнецы под улюлюкание свидетелей самозабвенно целовали отбивающихся однокурсниц. Крыс не поверил глазам, даже поморгал, но расклад был таков, что Генка лапал Таню, а Димка - Ольгу.

     Наконец, девчонки выкрутились и поспешно сбежали, злые и красные от смущения. Генка почесал в затылке и виновато покосился на брата:

     - Кажется, мы чего-то напутали, извини.

     - Ага. Промахнулись. Теперь она меня точно прибьет.

     - А может они не того... Ну сами не особо разобрались?

     - Завтра узнаем.

     Рядом покатывался от хохота Воропаев. Крыс тоже хмыкнул и пошел восвояси. Стар он для таких развлечений. А дома жена и дочь.

     А вот дома... Крыс обалдел, увидев дома соседку, которая пыталась накормить манкой Лильку. Лиля манку ненавидела, а поэтому плевалась во все стороны. Заметив ошеломленного мужчину, дама с претензией сообщила, что таких избалованных детей она не видела. И с милой улыбкой рассказала, что Ису забрала скорая с кровотечением. Крыс выставил соседку за дверь, машинально переодел и накормил дочь нормальной едой и включил мультики на видео. По номеру, что оставила соседка, мужчине сообщили, что Исабель Кленовичева в удовлетворительном состоянии, гематомы небольшие и скоро сойдут.

     Очнулся Крыс лишь перед знакомой дверью, когда уже щелкнул, открываясь, замок. На руках сонная Лиля и пакет с вещами.

     - Сережа? - Маришка почти не изменилась, лишь легкие лучики морщинок застыли в уголках глаз, - откуда ты? Чей это ребенок?

     - Марин, я... Иса в больнице, а с Лилькой не пустят. И мне больше не к кому идти, - он говорил правду. Настасья с младшими уехала к свекрам, а родители уже умерли.

     - Ты заходи, давай не стой на пороге. Володя на дежурстве, а Алина у бабушки с дедушкой. Это твоя дочка?

     Словно не было несколько лет разлуки. Добрая Марина тут же забрала малышку, отнесла и уложила спать. Девочка даже не проснулась. Крыс топтался на пороге.

     - Сережа, что случилось?

     - Не знаю, - Марина затащила его на кухню и насильно вручила чашку кофе, - соседка сказала, что увезли с кровотечением, а в больнице говорили про гематомы. Мариш, я... Я компенсирую все, мне только до Исы добраться и убедиться, что все в порядке. Извини, я был не прав и...

     - Не говори ерунды! Ты сам без объяснений исчез, а теперь глупости говоришь. Езжай к жене, и не волнуйся.

     - Лиля манку не любит, - невпопад ответил он.

     - Алина вообще каши ненавидит. Не волнуйся, накормим мы ее. Как малышку зовут?

     - Лилия. Мариш, пойду я. Мне на другой конец ехать в больницу.

     - Сереж, куда ты? Ночь на дворе. Метро уже закрыто.

     - Я за рулем, не волнуйся. Вот тут мой пейджер, если что - звони. Спасибо тебе.

     Через час Крыс уже шел по коридору ночной больницы. Необходимая мзда персоналу открыла двери и вот он уже на цыпочках входит в палату. Страшно смотреть как в отблесках коридорных ламп на кровати лежит его Иса. Ее едва видно среди больничного белья, яркая смуглянка сейчас по цвету кожи сливается с белесым застиранным пододеяльником. На скуле синяк и на запястьях темные пятна.

     Крыс подошел и опустился рядом с ней на колени:

     - Иска, милая моя, прости.

     Ее ресницы дрогнули, и она распахнула глаза, в которых плескался страх и ужас:

     - Где Лиля?!

     - В безопасности, у очень надежных людей. Кто это сделал, Иса?

     - Они хотели... - начала она и осеклась, - сказали, что Лилю...

     - Они тебя тронули? Иса, ответь пожалуйста.

     - Ты возненавидишь меня. Я не давала им повода, - слезы текли по ее щекам, и хоть в груди клокотало все от злости и боли, Крыс заставил себя говорить тихо и спокойно, осторожно промокая мокрые дорожки на лице жены.

     - Иса, я люблю тебя, я верю тебе. Скажи, что они сделали? Тебя били?

     - Нет, я сама...

     Крыс понял, что жена сильно напугана и улыбнулся, пытаясь хоть как-то ее успокоить:

     - Иска, давай потом поговорим. Тебе надо поспать. А завтра я заберу тебя домой к Лиле. Куплю вам билеты, и вы полетите отдыхать к маме, где солнце и тепло. Ты там быстрее выздоровеешь.

    - Серхи, я ребенка потеряла...

    - Мне жаль, милая. Я поговорю с доктором, и когда станет хорошо, мы еще раз попробуем.

    - Врач сказал, что больше детей не будет, мне удалили...

    - У нас есть Лиля, у меня есть ты. Иса, милая, давай ты поспишь. Тебе надо выздоравливать.

    - Серхи...

    - Я не уйду, я буду рядом, спи.

    Весь разговор Крыс ласково перебирал пальцы супруги, изредка касаясь их губами, согревая их своим дыханием. Таким нежным безжалостного хакера и язвительного преподавателя никто и никогда не видел. Никто, кроме Исы и Лилии. Уставшая, но уже успокоившаяся испанка уснула под мерный голос мужа, шептавшего ей глупости, в которых она так нуждалась сейчас. Крыс остался с ней на ночь.

    Ближе к утру он по необходимости выбрался из палаты и застыл. Под дверью дежурил милиционер, а напротив на стуле сидел Соловьев. Крыс напрягся.