Человек из Преисподней: Часть 1. Дом (СИ) - Шабалов Денис - Страница 46

– Вы это… объяснитесь, товарищ генерал!.. – вскочил с места Ромашкин. Вид у него был совершенно возмущенный – может, потому и на «вы» перешел?.. – Как это понимать? Мы очень тщательно подбирали людей! Более того, именно я курировал кадры! А теперь вы говорите, что состав подобран неверно? Фактически вы обвиняете меня в провале Второй экспедиции?!

– Успокойся, Федор Сергеевич… Самое последнее, что я стал бы делать – обвинять кого-то в делах давно минувших дней, – поморщился Важняк. – Если это просчет – то наш, общий, всего тогдашнего Совета. И можно на «ты», кстати... Конечно, я объясню свои слова! Одно дело, когда в Джунглях работает небольшая группа, умеющая воевать и выживать в этой преисподней. Обойма подразделения специальных операций! И совсем другое – если в паутину выпустить кучу гражданских. Как считаешь, у кого больше шансов вылезти? Риторический вопрос, не так ли?..

Серега, не сумев сдержаться, ухмыльнулся. Да и остальные командиры одобрительно закивали, переглядываясь друг с другом и Наставниками – офицеры подразделения полностью поддерживали своего командующего. Все так, ни прибавить, ни убавить.

– На то и нужно ПСО – охрану обеспечивать! – выкрикнул Ромашкин.

– Э нет, не скажи, Федор Сергеевич, не скажи… Одно дело – если обойма без нагрузки, без лишних людей. Спаянный, сработавшийся организм! И совсем другое – если этот организм будет нагружен дополнительными, не совсем свойственными ему функциями. Сколь ни умелы бойцы, но если из пекла придется вытаскивать кого-то из ваших толстопузых яйцеголовых очкариков, то с большой вероятностью погибнут все.

– Одним словом, вы считаете, что в этот раз идти должны только обоймы ПСО? Я правильно понимаю?.. – сообразив, куда клонит генерал, удивился главный научник. – Но позвольте… в чем же тогда смысл экспедиции вообще? Разве смогут ваши люди собрать достаточно нужной информации? А проанализировать ее? А соотнести с известными данными?..

– Ладно тебе, Сергеич… – проворчал главный инженер. Он, кажется, уже сообразил, куда заворачивает Важняк, и сидел в задумчивости, покусывая правый ус. – В составе каждой обоймы есть свой научник…

– И здесь мы снова возвращаемся к цели экспедиции, – кивнул генерал. – Да, в этот раз я именно это и предлагаю: идти должны только бойцы подразделения специальных операций. Одна… может быть, две обоймы. И цель – добраться до пятидесятого горизонта и установить контакт.

– Что мешает сделать то же, но в составе большой экспедиции? – проворчал Ромашкин – сдаваться он не собирался и продолжал держаться за так понравившуюся ему идею.

– Вот что мешает, – генерал открыл папку и, вынув оттуда тощую пачку грязно-серой бумаги, продемонстрировал присутствующим. – Это тот самый путеводитель, о котором я сказал в самом начале, но который все члены Совета благополучно проигнорировали, бросившись делить места. К примеру… – он перелистнул пару листов: – «Горизонт сто четыре, северная транзитная галерея, сорок третий километр. Дыра в потолке – дохлая вентиляция, вертикальный лаз. Порядка ста пятидесяти метров вверх, выход на горизонт сто»… – Важняк оторвался от записей и с ухмылкой глянул на Ромашкина. – Скажи мне, любезный Федор Сергеевич, много ли найдется в Доме гражданских, кто сможет подняться по вертикальной трубе вентиляции на полторы сотни метров? Пусть даже и по веревке… Навьючив на себя снаряжение и оружие, эти ваши научные прибамбасы, провизию и воду… А ведь таких загогулин здесь не один десяток! Я уж не говорю про контрóллеров и прочие опасности. Адские нагрузки день за днем, неделя за неделей! Выдержите? Есть у кого-то в службе такие люди?..

Совет безмолвствовал. Вопрос риторический – к ежедневной напряженной работе в паутине были готовы лишь бойцы ПСО, и это знал каждый. А тем более когда это не просто работа, но и жизнь во мраке на протяжении многих дней, непрерывная война, борьба за выживание. И Серега, думая сейчас над словами генерала о неверном составе Первой и Второй экспедиций, не мог с ним не соглашаться. Пустить в Джунгли толпу гражданских, прикрыв их пусть даже и несколькими обоймами… проще сразу за Периметром пристрелить. Им же мучений меньше.

В дверь вдруг стукнуло. Члены Совета все как один обернулись – между створками, приоткрыв на две ладони, протискивался посыльный. Просеменил через зал к генералу, наклонился, сунувшись губами прямо в ухо, и начал что-то нашептывать. И по мере того, как он говорил, лицо Важняка принимало все более растерянное выражение. Отшептавшись, вестовой отбыл, повинуясь мановению руки – а генерал так и остался сидеть, упершись напряженным взглядом в пространство перед собой, словно пытался осмыслить небывалое. И лицо его при этом было тревожнее некуда.

– Владимир Иванович… Иваныч... Иваныч, очнись! – главный инженер осторожно тронул Главу за плечо. – У тебя такой вид, будто наш таинственный пришелец обратно из Отработки вылез. Что случилось-то?

– Пришел доклад с постов… – помолчав немного, ответил генерал. Потер лоб левой рукой, словно пытаясь собраться с мыслями, подстегнуть мозг к более плодотворной работе… – Что-то очень странное происходит… я такого за всю свою жизнь не припоминаю. Полчаса назад передовые посты один за другим начали докладывать об уменьшении количества регистрируемых механизмов. В течение короткого времени концентрация их неуклонно падала, и пятнадцать минут назад из поля зрения камер исчез последний. Они просто разошлись. Ушли, вернулись в паутину. Словно приказ получили. На данный момент вокруг Дома наблюдается полное отсутствие противника любого класса. Есть мысли по этому поводу?.. – спросил он и оглядел присутствующих.

Никто ему не ответил – члены Совета переглядывались друг с другом, и в глазах у каждого читалась растерянность и тревога.

Глава 7. ИГРА ЗАРНИЦ

– …Товарищ курсант! Что ты на меня свое лицо вытаращили?! Я вам самым русским языком повторяю – идите и сделайте свою личную гигиену! Поглядите на себя с моей стороны! Брюки не глажены! Обувь не чищена! Морда не брита!.. Как пятилетний! А если завтра война или другое мероприятие? А у вас ботинки!.. Немедленно устранить!

– Есть! – рявкнуло на всю казарму – и, ретиво топоча грязными ботинками, наказуемый бросился устранять.

Серега с места дежурного по казарме у входа не видел сейчас, в кого там вцепился товарищ подполковник – но, судя по голосу, в кого-то со старших курсов. Да его, надо сказать, это и не интересовало – за своим бы хозяйством поспеть… У дежурного масса обязанностей, и за всем нужно следить. Глаз не хватает, несмотря даже на то, что пара дневальных в подчинении. А Серафим Аристархович нагрянул, как всегда, внезапно, хоть и ожидался – по своему обыкновению он проверял казарму по понедельникам и четвергам. Как он сам сетовал, очень желал бы и чаще, но тогда могли пострадать и другие аспекты жизнедеятельности воинского коллектива – внимания коменданта ежедневно требовало огромное количество самых разнообразных нарушений. Потому как: «позиционный-то район ого-го, шире, чем хлебало у двухтонника! Пока в каждую щель заглянёшь – уже и день прошел. И порядка как не было, так и нет! А тут еще курсантов как собак!.. В таком вот разрезе…».

– Ну а вы?.. – загромыхало снова с середины казармы – товарищ подполковник, меж тем, продолжал свой обход. – Ты посмотрите, что у вас за вид! Это просто война и ужас! Ваша фамилия, курсант?!

– Курсант четвертого курса Савин!

– Знаю, что Савин!.. Что за вид, товарищ Савин?! Вы же целый сержант! Вы пример должны подавать! А вы?! Это что за постельное белье у вас торчит?! Это разве подворотничок? Он почему такой грязный, будто вы им автомат чистили?!.. Я вас сейчас проведу через полный разбор, сверху и по колен! Головной убор у него налево, нахрен, съехал… Верхняя пуговица расстегнута… Китель мятый, как из задницы… Ремень на яйцах висит, как у бабы беременной… Жопа отвисла, колени на пузырях… И ботинки тоже!.. Да у вас вообще всё в безобразии! Что вы как дикорастущий страус! Вы что, совсем наглость потерял, товарищ курсант?!..