В ритме сердца (СИ) - Майрон Тори - Страница 70

Невольно сглатываю, чувствуя, как предательский румянец окрашивает лицо, вспоминая, как он властно и по-собственнически ощупывал моё тело.

— Посмотри, какая красота! Я уже предчувствую, что оно сядет на тебе как влитое и выгодно подчеркнёт цвет твоих глаз. — Наконец она сбрасывает тёмную упаковку, обнажая небесно-голубую материю длинного платья.

Сердце пропускает удар, когда беззвучный всхлип застревает в горле, так и не добравшись до губ.

— Что-то не так, Николь? Тебе не нравится? — как сквозь пелену слышу недоумённый голос Рейчел.

— Нравится… Очень даже нравится… — рассеянно мямлю, прикасаясь к фатиновой ткани бесподобного вечернего наряда, от которой моя кровь в жилах начинает увеличивать скорость потока, а лицо обдаёт то пламенем, то льдом.

Рейчел продолжает что-то говорить, возбуждённо порхая вокруг платья, но я больше не слышу её. В ушах стоит гул тревожного набата, что гудит внутри меня, напоминая о словах, значение которых я вчера имела глупость воспринять совсем не в тех масштабах: «Я знаю о тебе всё, дикарка…»

Это оно! То самое платье, что я примеряла в бутике с Эмилией. Ошибки быть не может. Как и в том, что Адам не просто знает обо мне всё. Он следит за каждым моим шагом.

Глава 2

Адам

Официально заявляю: она меня когда-нибудь погубит!

И в моих словах нет ни капли шутки или преувеличения.

Если той ночью в «Атриуме» я испытывал нечто схожее с тяжелой стадией вирусной болезни, которая спровоцировала внутри меня зарождение неведомого мне свирепого существа, то в этот раз, находясь в непосредственной близости дикарки, мне пришлось сражаться против его возросшей мощи, схожей с целой разгневанной и смертельно изголодавшейся стаей тигров, что разрывали мои внутренности острыми клыками, перерезая нити сознания, оглушая своим звериным рёвом все мысли и требуя не просто порезвиться и отведать эту несносную девчонку, а наброситься и сожрать её целиком.

И честно, я не знаю, как мне удалось не просто удержать эту чуждую для меня животную стихию, но и не отразить на своём лице перед девчонкой и доли того буйства, ежесекундно сотрясающего меня.

Это было невероятно сложно, мощно, больно. И в то же время поразительно, животворно и ни с чем не сравнимо! На миг я даже хотел забить на все свои планы и просто сдаться! Но я этого не сделал и отступил.

И какого хрена дикарка также продолжает этому сопротивляться — мне просто не понять. Точнее, я так и не нахожу других разумных причин, кроме её вздорного характера, что останавливают эту маленькую дуру дать нам то, в чём мы одинаково сильно нуждаемся.

Моё решение остаётся непреклонным: я умру, но не сдамся, пока не услышу от неё громогласного признания о своей необходимости получить меня. И это не простая принципиальная прихоть для подтверждения своего безотказного влияния на женщин, а ещё один вид крайне мучительной, но самой увлекательной игры в моей сексуальной жизни, из которой я так или иначе выйду победителем.

Сколько себя помню, мне никогда не приходилось прикладывать даже капли усилий, чтобы взять себе женщину в постель. За меня всё всегда делало моё «очарование», а затем уже — деньги. Конечно, с каждой из своих любовниц я мог бы обойтись только первым пунктом, но для дальнейшего приятного сотрудничества пришлось бы погружаться в процесс личного общения и, как там говорят, построение отношений. А меня эта муть не интересует. Мне абсолютно до лампочки, что скрывается в женских душах, о чём они думают и мечтают, и потому я никогда не удосуживался их познавать, затрачивая на это в первую очередь своё драгоценное время.

Женщины для меня — просто инструменты для удовлетворения физических потребностей, которые я сначала притягиваю магнитом, а потом просто покупаю для возможности использовать их тела в любое время суток.

Но не подумайте, я не жестокий человек. Высокомерный наглец — возможно. Чёрствый эгоист — определённо. Диктатор, не терпящий непослушания, — тут даже спорить не стану. Но я не жестокий! По крайней мере до тех пор, пока меня не вынудят быть таковым.

Перед тем, как переходить к более радикальным методам достижения цели, если есть возможность получить желаемое благоприятным путём, где обе стороны останутся довольны, я обязательно выберу его. Это относится как к бизнесу, так и к личным интересам. Я просто всегда и во всём привык получать своё, а каким путём этого добиться — я выбираю уже исходя из решений второй стороны.

Именно поэтому сегодня я оглашу дикарке своё заманчивое предложение, от которого она не сможет отказаться. Я окончательно сломлю её глупое упрямство. Если она противится моим чарам, то круглая сумма её будущего гонорара вмиг выбьет из белокурой головки все моральные принципы и значительно поумерит её неуместный пыл.

Хотя, признаюсь, от её милой агрессии я полностью отказываться не собираюсь. Она, наоборот, станет особенным блюдом с пикантной начинкой в ежедневном меню, что будет предлагать мне её гибкое, юное и невыносимо желанное тело.

Меня переполняет уверенность, что сегодня я наконец не только добьюсь от неё ключевых слов, что откроют все замки моей внутренней клетки, сдерживающей раздразнённого в край зверя, но также получу её роспись на листах «счастливого» контракта.

Физически она ещё вчера без всяких слов заведомо сдалась мне, а для её всецелой капитуляции дело остаётся лишь за самым малым — показать всю прелесть жизни, в которой ей предстанет уникальная возможность искупаться в комфортных условиях богатства и насладиться времяпровождением в кругу элиты общества, в котором поголовно все мои предыдущие «счастливицы» находили для себя очередную материальную выгоду в виде полезных знакомств с людьми, владеющими немалым состоянием и властью.

Дикарка получит всё, что потребует её хитрая женская натура, взамен же ей нужно будет всего лишь быть покорной и делать то, что я скажу. Везде. Всегда. Без всяких пререканий, отговорок, жалоб… И с неутомимым рвением, полным энтузиазма.

***

Я не успеваю подняться домой, как мой телефон вновь начинает звонить, напоминая о том, что без меня, похоже, никто в компании не способен справиться ни с одной задачей. В сотый раз за день чертыхаюсь и выслушиваю от менеджера очередной перечень несостыковок нового проекта, который должен ускорить процесс возвращения компании в прежнее плодотворное русло.

— Да, я получил данные. Всё проверю. Больше не звони мне сегодня! — Не дожидаясь ответа, сбрасываю вызов и читаю в компьютере присланный отчёт, параллельно пытаясь освободиться от сдавливающего горло галстука.

Это просто невозможно! Я однозначно скоро взорвусь от бесконечной вереницы мыслей, что я не могу привести к последовательной связи из-за постоянного перевозбуждения.

— Чёрт! — со злостью отбрасываю назойливый предмет одежды в сторону и устало падаю в кресло, желая хоть на мгновение побыть в тишине, чтобы вернуть себе немного обычного самообладания.

Меня распирает от необходимости разрядиться, но я заблаговременно переселил Джессику в отель, чтобы не мешалась здесь под ногами и уж тем более не пересекалась с Николиной. В свою очередь эта строптивая девчонка, находящаяся через несколько стен от меня, вряд ли уже сейчас охотно согласится облегчить моё состояние, до которого сама же меня и довела. И этих два прискорбных факта дают мне понять, что сегодня впервые за долгие годы мне, видимо, придётся справляться собственноручно.

Но ничего не поделать: физически расслабиться перед встречей с дикаркой крайне важно для того, чтобы суметь удержаться от её гибельного влияния и взять себя в руки на показательном приёме «доброты» Роберта Харта.

И когда я уже почти смиряюсь с мыслью, что других вариантов у меня не остаётся, ритмичный стук в дверь напоминает об обратном.

— Извините, мистер Харт, я могу войти? — чуть приоткрыв двери, в кабинет заглядывает смазливая блондинка.