Сто оттенков страсти (СИ) - Майер Кристина - Страница 28

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Лена, извини, очень сильно болит голова, поговорим потом, — перебив ее, я сбросила звонок и откинула телефон в сторону.

«Соблазни Рому!» — оказывается, вот оно — решение всех проблем, а я голову ломаю!

Как ведут себя «правильные» девочки? Покупают пиво или вино, идут в гости к подружке: напиваются, плачутся, обзывают мужиков. Наверное, после этого наступает облегчение.

Я же свои переживания переношу на бумагу. Дневник Алмазов украл, можно достать мольберт…

Вытащив из тумбочки несколько листов А4 и простой карандаш с ластиком, устроилась удобно на постели и принялась рисовать.

На бумаге появился большой красивый дом, вокруг цветущая вишня, а во дворе стоит мужчина: высокий, стройный, темные волосы растрепал ветер, руки в карманах, белая рубашка расстёгнута на груди. Карандаш в точности передал образ Алмазова, хотя я и не думала его изображать на своей картине!

Засунув лист под низ стопки бумаг, принялась за следующий рисунок.

Что за напасть! Несколько часов работы, и на каждом листе изображен Рома! Вот он выходит из своей «ужасной» машины, а на этом рисунке держит за руку Лизу, а тут он стоит один и смотрит так страстно, что у меня дрожь проходит по телу. Когда у меня возникло желание нарисовать его обнаженным, я поняла, что моя болезнь художеством не лечится. Жаль, что с антибиотиками нельзя пить спиртное…

Веки против моего желания стали смыкаться, уступив потребности организма во сне, отложила листы в сторону и уснула.

Когда проснулась, я сразу поняла, что в квартире не одна.

Повернув резко голову, я хотела убедиться, что рисунки на месте. Листы лежали на самом краю кровати…

Неужели это я отложила их так далеко от себя? Вполне возможно, чтобы не помять. Схватив всю стопку, я сунула ее под матрац. Если в квартире Алмазов, не хватало еще, чтобы он увидел мою живопись и обо всем догадался!

Алмаз

Войдя в квартиру, первым делом решил посмотреть, как себя чувствует Фиалка. Несколько раз думал позвонить, но не хотел будить, если вдруг она уснула.

Катя спокойно спала, не открыла глаза, даже когда я присел рядом и потрогал пальцами прохладный лоб. Поднимаясь, заметил стопку белых листов…

Мне нужно было время, чтобы разобраться в том, что я сейчас почувствовал. Оставив на кровати рисунки, направился в кухню заварить себе чай. Выпив стакан воды, я выключил так и не закипевший чайник.

Рисунки…

Фиалка может обманывать себя сколько угодно, но тут и лосю было бы понятно, что она ко мне неравнодушна. Пусть сколько угодно себя убеждает, что просто тренировалась! Я уверен, она все время занимается самообманом, выстраивает какие-то барьеры между нами.

Что я чувствую к Фиалке? Однозначно — влечение! Безумное желание! У меня самого температура поднимается, когда я лежу, словно евнух, с ней в одной постели. Я готов защищать ее ценой своей жизни, готов сделать все, чтобы она была счастлива. Любовь ли это? Не знаю. Но эту девочку я не отпущу. Это решение я принял еще ночью, а рисунки только подтвердили, что я все делаю правильно.

Как только Фиалка проснется, попрошу ее собрать вещи. Я снял на месяц небольшой дом в центре города. Единственный минус этого жилья — что там целых три спальни. Ничего страшного, трудности меня никогда не останавливали.

В кармане брюк завибрировал сотовый.

— Привет, Шеф, — принял вызов. Утром я ему звонил, но говорить он не мог, обещал перезвонить.

— Алмаз, извини, день сумасшедший, никак не мог выкроить время, чтобы тебе набрать.

— Все нормально. Ты в Москве?

— Да, утром вернулся.

— Мне нужна твоя помощь. Я до среды точно задержусь в Ставрополе, а времени мало.

— Слушаю. — без лишних слов и вопросов Макс согласился помочь, даже не зная, о чем речь.

— Найди мне хорошего дизайнера, который в короткий срок одну из пустующих спален превратит в детскую. Если надо будет посмотреть комнаты, запасной комплект ключей возьмешь у Рената.

— Только детскую?

— Да. Катя будет спать в моей.

— Она знает? — в голосе Макса послышалось веселье.

— Даже не догадывается, — глядя на Фиалку, вошедшую в кухню, ответил я.

— Заранее не поздравляют, но не сомневаюсь, что все у вас получится. Я тебе об этом еще на свадьбе говорил. Рад за тебя. Я тебе позже наберу, перерыв закончился, — недовольно буркнул он и отключился.

— Он закипел? — не глядя на меня, спросила Катя, поднимая чайник.

— Нет. — она недоуменно посмотрела на меня. — Передумал пить чай, — с чего-то решил пояснить.

— Понятно, — вылив воду, она набрала свежую и зажгла плиту. — Как Лиза? Я ей звонила, но она трубку не подняла.

— Не переживай, я недавно к ней заезжал, она играла с детьми.



— Ты не голоден?

— Нет. Мы с отцом поели в ресторане.

— С отцом?!

— Он прилетал сдать пробы.

— Зачем? — в глазах Фиалки застыл испуг.

— Хочет убедиться наверняка. В наших планах не будет никаких изменений, — твердо произнес я. — У меня тоже взяли пробы.

Достав с полки кружку, она опустила в нее пакетик ромашкового чая.

— Что ты сегодня ела? — строго спросил я, замечая, что вещи на ней буквально висят.

— Рыбу.

— Фиалка, давай ты подумаешь, чего бы тебе хотелось поесть, а я сделаю заказ?

— У нас полный холодильник еды, — ушла она от вопроса.

— Ты знаешь, что секс разжигает аппетит?

— Не слышала подобной ерунды ни разу в жизни.

— Давай проверим? Натощак, хотя можно и не натощак, но не меньше трех раз в день, и я тебе гарантирую отличный аппетит.

— Доктор Алмазов, вам больше заняться нечем? Ты мне сейчас напоминаешь Малахова с его нетрадиционной медициной. Скоро бабкам в подъезде предлагать будешь натирать суставы листом смородины, а к больной голове подорожник прикладывать. — не выдержав, я рассмеялся. Фиалка выглядела донельзя смущенной и возмущенной одновременно.

— Бабки меня не интересуют.

Подождав, когда она нальет кипяток в кружку и поставит обратно чайник, я сделал шаг и подхватил ее под ягодицы.

— Поставь на место!

— Опущу, если сама меня поцелуешь. — развернувшись, посадил ее на подоконник, Фиалка старалась отстраниться от меня как можно дальше, но я этого не позволил. — Я жду.

— Я тоже!

— Не могу тебе отказать, — усмехнувшись, поднял руку и положил ей на затылок.

— Жду, когда ты меня отпуст… — ее возмущение замерло на моих губах.

Я легкими касаниям разжигал в ней огонь. Она столько стен выстроила вокруг себя… Придется попотеть, чтобы разбить все эти преграды.

Воздух, окружающий нас, словно наэлектризовался. Дыхание Фиалки сбилось, она попыталась вдохнуть полной грудью, но тут же забылась и потянулась к моим губам, словно в поцелуе был ее источник жизни.

— Дыши… — рвано произнес, и тут же притянул ее еще ближе ее к себе.

Это оказалось сильнее меня. Неутолимая потребность держать ее в своих объятиях, касаться каждого участка шелковистой кожи, вдыхать ее аромат. Такого сильно притяжения не испытывал никогда в жизни, мы были словно две частицы одного магнита, встретившиеся во вселенной.

— Страшно… — выдохнула она, когда мои губы переключились на ее скулу, глаза, шею.

— Еще одна фобия, Фиалка? — не мог не улыбнуться.

— Страшно, потому что хорошо.

— Хочешь, будет еще лучше? — касаясь поцелуями тонкой кожи шеи, спросил я.

— Да…

«Да…»

Она согласилась стать моей женой. Пусть Фиалка и не догадывается, но только что мы заключили пожизненный договор. И если бы не вибрация звонка мобильника, приступили бы к его закреплению!

— Подними, вдруг это Лиза, — опуская голову мне на плечо, произнесла она.

Это и правда малышка. Принял звонок и включил громкую связь.

— Рома, почему Катя трубку не поднимает?!

— Она в душе, а телефон, наверное, под подушкой оставила, — тут же сочинил я.