Из Двух Зол (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 30

— Нет, Роза, — внезапно я почувствовала, как его тёплые пальцы взяли мою руку. — Слава богу, здесь все в порядке. Честно. Бог меня не обидел внешностью.

— Может, ты глупый? — кромешная темнота помогала, я не страшилась задавать любые вопросы.

— Глупый? — Сэм задумался. — Редко какого человека нельзя назвать глупым. Каждый по-своему умён в чем-то одном и глуп в другом. Не волнуйся, твой вопрос меня не обидел, и я признаюсь — да, глуп.

Теперь я уже рассмеялась.

— В чем же ты глуп, Нарцисс?

— Знаешь, Роза, до недавнего времени я был глуп, думая, что у меня все есть, что необходимо человеку — много денег, возможностей, которые без них недосягаемы, устойчивый бизнес. Глупость заключалась в том, что я думал — это то, что нужно. Не так давно вдруг понял, что это вовсе не то, без всего этого материального можно обойтись. Когда я понял это, у меня стало вдруг очень легко на душе, словно заново родился.

— Значит, ты поумнел.

Сэм вздохнул. В это время нам принесли закуски, и мы на какое то время занялись едой.

— Обожаю устрицы с лимонным соком. Они так смешно пищат, когда их проглатываешь, — сказала я. — С ними очень хорошо идёт белое вино.

— Мм, мне кажется то, что мы пьём, скорее, розовое, — сказал Сэм. — Хочешь, закажем белое?

— Нет-нет, сойдёт и розовое.

Мы ещё раз стукнули бокалами.

— Теперь твоя очередь. — Мужчина замолчал в ожидании.

— Очередь чего?

— Рассказывать о себе. Я же даже не знаю, какая ты. Кстати, такой же вопрос — ты красивая?

— Ох, — я прыснула от смеха. — Все вы, мужики, одинаковые. Вас интересует только внешность.

— Ну, это нормально. Женщины любят ушами, а мужчины глазами.

— И только кролики любят тем, чем нужно… — добавила я, и Сэм рассмеялся. — А знаешь, — решилась ему предложить, — опиши мою внешность, как тебе хочется.

— Эмм… — замялся мужчина.

— Ну как ты представляешь меня.

Наступило молчание. Я услышала, как он сделала глоток вина.

— Ну хорошо… — мне показалось, что Сэм улыбается. — Если ты Роза, то у тебя наверняка волосы не чёрные. Мне кажется, что они у тебя должны быть цвета розового вина, только намного ярче. Ты мне видишься рыжей. И они у тебя длинные и непослушные. И ещё мне кажется, что лицо у тебя должно быть все в веснушках. И плечи тоже…

— Ух ты! Описываешь какую-то страшилку.

— Почему это? — не понял мужчина, мне даже показалось, что в его голосе прозвучала обида. — Ты же сама попросила меня описать тебя так, как я представляю. И потом, Роза, почему страшилка? Мне очень нравятся рыжие волосы и веснушки.

— Никак идеал женской красоты? — съязвила я.

— Для меня — да.

Вновь подошедший официант принёс нам наш ужин и налил в бокалы ещё вина.

Пока я вкушала вкусное блюдо, пыталась прийти в себя от услышанного. Не могла поверить сказанному Сэмом — его идеалом были рыжие веснушчатые девушки. Тот самый Сэм, который пару недель назад презрительно отзывался о моей внешности. Теперь уж точно мне ни в коем случае нельзя выдавать себя.

Услышала, как зашуршала салфетка, плеск вина в бокале.

— Ну а как ты представляешь меня, Роза?

— К твоему имени больше подходит типичная внешность Есенинского юноши — белокожий блондин с румянцем на щеках и голубыми глазами. И челка волной.

— Правда?

— Ага. Скажи ещё, что я ошибаюсь.

— Нет. Ты угадала, — он снова взял меня за руку, слегка поглаживая пальцами запястье. — А я угадал?

— Не-а, у меня совершенно обычная внешность. В школе никто даже и внимания не обращал — простая, как воробей. Да я и сама стараюсь сидеть тихо и носа не высовывать. Целыми днями на работе…

— А чем ты занимаешься?

— У меня свой бизнес. Я, смешно сказать, финансист, — господи, сама не могла поверить, как нагло придумывала о себе легенду за легендой. Но кромешная тьма скрывала правду, выдавая желаемое за действительное. — Мне скучно — вокруг одни люди-роботы в деловых костюмах и с гаджетами в руках. Иногда кажется, что жизнь так и пройдёт серой лентой мимо.

— Ну так брось все, займись чем-нибудь другим. У тебя же наверняка есть какие-то мечты, Роза?

Я пожала плечами, вживаясь в роль.

— Ах, мечты, мечты… — ещё тише прошептала. — Нарцисс, это было так давно… у меня была мечта — хотела быть кондитером, печь красивые торты.

У меня это здорово получалось… О Господи! Я разошлась — вру и вру без остановки! С детства ненавижу все эти кремовые розочки и листочки на тортах! А самое удивительное — враньё доставляло мне удовольствие.

— А я бы на твоём месте бросил бы все это нахрен и начал все сначала. С воплощения мечты, — неожиданно горячо заговорил Сэм, крепче сжимая мою руку.

— Ты с ума сошёл, Нарцисс! Это невозможно. Я строила свою корпорацию столько лет! Как же я могу все бросить сейчас? Это же и деньги, и статус…

— К черту все! У тебя наверняка останется достаточно денег, а остальное…

— А сам то, сам неужели ты доволен своей жизнью?

Мы уже спорили, разгоряченные. Уже представила, как сверкают наши глаза. И мой громкий шёпот уже почти переходил в шепчущий крик.

— А я доволен своей работой, — внезапно сказал Сэм. Спинка стула слегка скрипнула — наверное, он расслаблено на неё откинулся. — Я врач-реаниматолог. И мне моя работа нравится.

Я молчала. Не знала, что и сказать. Сэму-то зачем лгать? Неужели это и было то недосказанное, скрываемое, то, чем он хотел заниматься?

«Какая странная ночь» — думала я, ковыряя ложкой десерт. Мне было жаль, что наше свидание заканчивается. Можно было, конечно, продолжить его в «номерах», но нет… хотела все оставить как есть. Кажется, и Нарцисс тоже не испытывал желания провести со мной ночь. Наш ужин подошёл к концу.

— Ты же не будешь возражать, если… если я сейчас уйду? — тихо спросила.

— Не-а. Не из-за того, что ты мне не приглянулась, Роза. Наоборот, мне очень понравился этот вечер, и, честно, мне было совершенно не скучно. Просто не хочу разочаровываться, ведь я с самого начала представлял тебя совсем другой.

— Понимаю, — еле слышно произнесла, вставая со стула.

Официант заботливо взял меня под локоть.

Глава 32

Стараясь двигаться как можно тише, Сэм прошёл в гостиную. Тусклый свет напольной лампы был единственным источником освещения. Дверь в спальню Зака была прикрыта — брат спал и, судя по разбросанной на диване женской одежде, не один.

Сэму было на руку, что нет нужды с кем-то разговаривать. Уже глубоко за полночь, но сна не было ни в одном глазу. Наоборот, он ощущал небывалый прилив энергии, в голове не было никакого сумбура — все само собой уложилось на нужные «полочки». Когда он решился по предложению Зака пойти на подобное свидание, то и подумать не мог, что это будет чем-то большим, чем пустое времяпрепровождение с очередной сисястой красоткой. Впервые в жизни мужчина чувствовал себя свободным от бремени чужого мнения и, наконец, мог откровенничать и делиться потаёнными мыслями. Роза не смеялась над ним, внимательно слушая и понимая его, словно они были на одной волне. По окончанию ужина Сэм с легкостью отпустил незнакомку. Ему хотелось оставить этот вечер и созданный им образ девушки без изменений.

Мужчина взялся за стоявшую бутылку рома, но передумал. Поднялся по лестнице на патио. Влажный и чуть прохладный ветерок пробрался под рубашку, скользнул по разгоряченному лицу. Сегодня вечером Сэм решил, какое жизненное направление он возьмёт. Ещё не поздно все изменить. К лучшему или нет, но мужчина не хотел больше покорно стоять на одном месте. Ему тридцать три, а это возраст перемен.

Сэм закончит начатое здесь, в России — как и обещал деду, возродит их семейное поместье. Займётся этим немедленно. Затем ему необходимо выяснить отношения с Сашей. А потом… потом он попытается начать новую жизнь, такую, о которой мечтал с самого детства и которую в своё время забросил из-за своей безвольности.

Безвольности… Мужчина вздохнул. Он сам виноват в этом. Притворялся всю жизнь холодным и расчетливым бизнесменом, в то время как в душе оставался ранимым и мягким. Мягкотелым…