Война Евы (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 26

- Я был прав, - нахмурившись, замечает Глеб и практически подхватывает меня на руки, не позволяя упасть, - что он с вами сделал? - его голос звучит серьёзно, и я не слышу издевки в его интонациях.

Напротив. Ощущаю… понимание?..

Не знаю, что это было, но я впервые в жизни позволяю себе ответить правду:

- Ничего особенного. Просто относился ко мне, как к бестолковому куску мяса, который мешает ему нормально жить.

- А где была ваша мать? - перенося моё тело на диван в гостиной-студии, сухо спрашивает Глеб.

- На работе. Она всегда была на работе, - прикрываю глаза, восстанавливая дыхание.

- Он вас… - протягивает мужчина.

- Ничего такого, - отрезаю резко; затем немного расслабляюсь, ощутив, что чужие руки больше не удерживают меня… а спустя несколько секунд и вовсе прошу Глеба принести мне воды.

Когда тот подаёт мне стакан, я его полностью осушаю и принимаю вертикальное положение, откидываясь спиной на спинку дивана.

- Теперь вы знаете о моей слабости. И можете использовать её против меня. Надеюсь, ваша месть не растянется на полгода, и вы покинете издательство, как и обещали - через три месяца, - произношу ровно.

- Это не интересно, - сухо отзывается мужчина, присаживаясь на корточки напротив меня, - и даже как-то грустно. Нет, не это мне нужно.

- А что вам нужно? - смотрю на него прямо.

- Мне нужна реакция на меня - а не на какие-то печальные воспоминания из прошлого, - прямо отвечает Глеб, - получив ваше сообщение, я планировал наказать вас за вашу дерзость - а не выслушивать слезливую историю, поясняющую, откуда у вас такой дерьмовый характер.

Проглатываю его слова, не имея сил спорить. Но зеркало я бы перед ним поставила…

- Вы как-то лечитесь? - без эмоций уточняет мужчина.

- Боже, это не настолько серьёзно, - со злостью отзываюсь, отводя взгляд в сторону.

- У вас жар, - спокойно произносит Глеб.

- И что? Многие бы испугались, находясь на моём месте.

- Испугались бы меня, - кивает Глеб, - а не обливались потом, воскрешая в памяти воспоминания из далекого прошлого.

- Вам что нужно? - резко спрашиваю у него, а затем хватаюсь за лоб, потому что голову откровенно ведёт.

Чёрт… только этого не хватало. А в такси мне и вовсе плохо станет… хоть пешком домой иди.

- Для начала, чтобы вы пришли в себя, - отвечает мужчина, сосредоточенно наблюдая за моим состоянием.

- У вас есть отличная возможность отомстить мне за всё. Не лишайте себя удовольствия, - бормочу, прикрывая глаза, - высказывайте всё, что на душе накипело.

- Как вам помочь? - игнорируя мои слова, спрашивает мужчина, - Что нужно сделать?

- Обычно помогает вода… - отвечаю тихо, всё своё внимание сконцентрировав на дыхании.

- Ванная или душ? - коротко уточняет Глеб.

- Душ, - признаюсь ещё тише.

Господи, да за что мне это? Нашла - где расклеиться.

Глеб подхватывает меня на руки и несет в другую часть квартиры, где располагался санузел. Душевая кабина… поразила моё воображение. Там можно мыться вчетвером и не мешать друг другу.

- Вам помочь раздеться? - спрашивает исполнительный директор.

- Вам помочь ослепнуть? - без интонаций отбиваю, после чего меня спокойно оставляют одну, взмахом руки указав на чистое полотенце.

Когда захожу в кабину и включаю воду… облегченно выдыхаю. Вода забирает с собой напряжение… Направляю струю на спину - ровно под шею, - и несколько секунд просто стою, ощущая, как капли бьют по коже, расслабляя все внутренние зажимы.

Я не сразу заметила, что у меня есть проблемы. Впервые это случилось в школе, когда я подралась с мальчишкой… страха не было, пока я распускала руки - но, когда замахнулись уже на меня…

Кажется, после того случая мать и подала на развод.

Второй раз это случилось в университете, когда я столкнулась с очень агрессивным молодым человеком из неблагополучной семьи. Тогда-то я и поняла, что подобных людей я должна избегать, - тех, кто вместо доводов использует грубую силу. И даже не просто избегать… я должна полностью оградить себя от возможности столкновения с ними. Я должна выбрать такую профессию, где их просто не будет.

Я сама не заметила, как начала относиться с пренебрежением ко всем мужчинам - без исключения. И своего первого парня я выбрала после длительного анализа всех его проявлений. Однако, тот оказался таким слабаком, что я быстро поняла - у нас ничего не получится. В конце концов, мужчина должен оставаться мужчиной. И должен уметь брать на себя ответственность.

Короче, к двадцати пяти годам мужской род сильно меня разочаровал. И с тех пор я даже не пыталась смотреть на них как на что-то, заслуживающее внимания. Сева стал приятным исключением… но слова Глеба не давали мне покоя…

Неужели я подпустила к себе этого студента лишь потому, что знала — это ненадолго? И это безопасно…

Качаю головой, отстраняясь от стенки кабинки, и случайно заливаю волосы водой.

Вот. Чёрт.

Обреченно выдыхаю, прекрасно понимая, что фена у Глеба нет. Направляю струю на лицо и несколько секунд просто стою, после чего быстро мою голову (ну, а что? Грех не воспользоваться возможностью), выключаю воду и выхожу из душевой кабины… Вытираюсь и сушу волосы полотенцем - насколько это возможно.

Затем одеваюсь и выхожу в коридор. Глеб встречает меня где-то на середине пути и удивленно смотрит на мою распущенную гриву, блестящую от воды.

- Простите… - протягиваю, отводя взгляд, - случайно намочила… это не помешает мне уехать, не подумайте ничего такого.

- Я никуда не отпущу вас с мокрой головой. На улице уже давно не лето, - сухо отвечает Глеб и кивает, чтобы я следовала за ним, - как вы себя чувствуете?

- Лучше, - коротко отзываюсь.

Вообще меня дико в сон клонит, но об этом я сообщать не намерена. Нахожу взглядом сумку, оставленную в прихожей, иду к ней и достаю свой телефон.

- Я вызову такси, - поясняю, когда замечаю, что Глеб напряженно следит за мной.

- Вы что, не слышали меня? - резко спрашивает он, затем подходит и забирает мой телефон, - Вы никуда не поедете. Не хватало вам ещё простуду подхватить.

- Это не помешает мне набросать план нового контракта для Стефании, не беспокойтесь, - отзываюсь, не глядя на него.

- Да плевать на этот контракт: если вы выйдете из строя - вся работа встанет.

Что ж, с его словами не поспоришь. И где-то на дальнем краю сознания я тихо радуюсь, что он это понимает. Где-то очень далеко…

Глеб оглядывает меня с ног до головы, замечает тонкие следки на ногах, укороченные джинсы, лёгкую футболку с короткими рукавами…

- Идите в гостиную, - распоряжается мужчина, а сам направляется в другую сторону.

Через пару минут мне приносят объемные мягкие тапки с милашной собачьей мордашкой и толстовку с капюшоном.

- Это… - смотрю на тапки.

- Это подарок на двадцать третье февраля. Он пылится в шкафу около года, - сухо отвечает мужчина.

Это кому же пришла такая идея - подарить Глебу весёлые домашние тапочки?..

Явно женщина постаралась.

Надеваю их на ноги и не сдерживаю улыбки. Это правда… слишком мило для господина исполнительного директора. А вот от толстовки я отказываюсь: эту вещь он явно носил.

- Вы заболеете; здесь прохладно, - продолжая протягивать мне свою одежду, настаивает Глеб.

- Мне не холодно, - отступаю от этой вещицы, словно та была пропитана ядом.

- Ну, и чёрт с вами, - мужчина резко разворачивается и уходит обратно в спальню.

- Я не задержусь у вас, обещаю, - произношу громко, чтобы он услышал, - мне нужно минут тридцать - и волосы подсохнут.

Мне ничего не отвечают, и я делаю вывод, что мои условия приняты. Тем лучше. Иду к дивану и ложусь на него. Прикрываю лицо рукой.

Вот, это денёк… прям возьми и вырви из памяти.

Несколько минут лежу неподвижно, а затем начинаю ощущать, что замерзаю… блин, элитный район, называется! А как прогреть свои сто пятьдесят квадратных метров они не придумали!