Выбор моей реальности (СИ) - Мануйлов Александр - Страница 40

С тёмным, аспидно-серым оперением спины, пёстрым светлым брюхом и чёрной верхней частью головы, жёлтыми лапами и загнутым жёлтым клювом, хищник производил достойное впечатление. Больше всего меня поразили его глаза: выпуклые, чёрные, окруженные желтоватым кольцом голой кожи.

— Знакомьтесь, это Хаябуса, кодовое название Ки-43. Моя персональная версия японского истребителя времён Второй мировой, — похвастался всем Кир, представляя нового прирученного питомца.

Для комфортного размещения Хаябусы пришлось соорудить насест. Особо не заморачивались сложными конструкциями, а нашли толстую длинную палку и укрепили её на лодке.

Вскоре владение соколом полностью оправдало себя — в протоке реки, где мы остановились на ночёвку, обнаружили стаю уток, прячущихся в зарослях камышей.

Хаябуса, по команде Кира, распугивал мирно крякающую компанию, и встревоженные утки тотчас взлетали с насиженного места.

Я же сшибал их из пневматической винтовки.

После этого «японский истребитель» догонял улетевших и, как выдрессированный  ирландский сеттер, приносил нам подстреленных птиц.

Медвежата с удовольствием помогали в охоте и доставали уток из зарослей, куда не мог добраться сокол. Надо признать, что после магического приручения, мишки начали вести себя более осмысленно — выполняли команды Кира и Лены и старались не проказничать.

Сегодня слегка поднадоевший рыбный рацион сменился на запечённую на углях дичь.

Охота так понравилась, что с утра решили настрелять уток про запас.

Глава 82. Знакомство с эзотерикой, или как прочистить пятую чакру по «своей цене»

К обеду следующего дня вышли в Азовское море — самое мелководное море на нашей планете, глубина составляет всего лишь около десяти метров.

Из-за поступления большого количества мутных речных вод, оттенок непрозрачного моря варьировал от серого до желтовато-зелёного в зависимости от погоды и солнечного света.

Двигаясь вдоль левого берега, стали искать песчаный пляж, где можно будет провести остаток дня, отдыхая от длительного речного путешествия.

Пляж такой мы нашли на небольшой косе, выступающей в море.

Выпрыгнув из лодки, медвежата начали копошиться в песке, смешанном с перемолотыми и целыми ракушками, а слабосолёная морская вода им совсем не понравилась.

Сокол полетел ловить нам зайцев, но почему-то приносил тощих сусликов.

К вечеру начался небольшой шторм, и Лена, которой в прошлом году  посчастливилось отдохнуть в бюджетном Ейске на Азовском море, заставила всех лезть в воду и купаться «потому что в этих местах при шторме поднимается со дна целебный ил с чудодейственными минеральными веществами, которые омолаживают кожу лучше любого элитного косметического салона».

После купания, пожелав всем спокойной ночи, Кир поставил меня в известность, что он и Айка уходят «собирать ракушки вдоль берега», и вскоре, под покровом вечерних сумерек, наши любители природы исчезли из поля зрения.

— Похоже, ты скоро дедушкой станешь, — расчёсывая волосы, пошутила Лена.

— Точно, уже дедушкой стал. Видишь, как песок с меня от старости сыпаться начал, — огрызнулся я, стряхивая с себя засохший вонючий ил, который противно прилип к коже после волшебного омолаживающего купания. — Не помогли твои грязевые ванны.

— Вот зря ты смеешься. А, между прочим, Азовское море —  всем известное место силы и точка раскола между двумя мирами: нашим и потусторонним. Это моя бывшая соседка — гадалка Снежана мне рассказала, когда отправила меня в Ейск карму по пятой чакре прочищать. А заодно от порчи, сглаза и всего остального негативного балласта избавляться.

Здесь, на Ейской косе, иногда в темноте море синим цветом светиться начинает. Но это паранормальное явление только просветлённые могут увидеть. Только те, у кого карма уже прочистилась!

— Лен, на противоположном берегу напротив Ейска располагается экологически чистый город Мариуполь с химическими производствами и металлургическими комбинатами. Сбрасывают в море свои сточные воды, а в атмосферу — отработанные газы, содержащие диоксид азота, аммиак и формальдегид. При таком соседстве, в море и в воздухе, что хочешь, синим засветится… Скажи-ка, сколько же твоя бывшая соседка-гадалка с тебя содрала, когда на этот шикарный бальнеологический курорт послала?

— Я по десять тыщ за каждый сеанс ей платила… Дешевле никак нельзя, иначе баланс космической энергии нарушиться может… Но десять тыщ — это только мне по близкому знакомству и «по своей цене». А моей подруге, которая сто три килограмма весит, осиновый амулет на похудение гадалка Снежана уже за двадцать тыщ продала.

— Ну и как результат, ты пятую чакру удачно прочистила? От порчи и балласта избавилась? Подруга в дюймовочку превратилась от амулета за двадцать тыщ?

— Да что ты всё всегда на деньги переводишь?! Нет смысла с тобой разговаривать — нет в тебе ничего святого! — обиделась Лена и гордо удалилась в свою палатку.

«Однако, непыльная это работёнка — на комплексах, страхах и проблемах других людей неплохие деньги делать. А продажа несбыточных надежд сбросить лишний вес с помощью осинового амулета, несомненно, высший пилотаж», — подумалось мне на сон грядущий.

Глава 83. Дромон

На следующий день погода порадовала нас безветрием, и мы на моторе прямиком через море направились к Таманскому полуострову. На удочку изредка попадалась длиннорылая рыба-игла и всевозможные виды бычков. Этой мелочи вряд ли хватит  на достойную уху.

Пустынные песчаные отмели, небольшие поросшие травой островки — вот и всё, чем «удивило» нас Азовское море.

Наконец, ориентируясь по компасу и картам, мы вошли в Керченский пролив, соединяющий Азовское и Чёрное море. Восточным берегом пролива является Таманский полуостров, а западным — Керченский полуостров Крыма.

Этот коридор в Чёрное море вызывал у меня в 11 веке приблизительно те же ассоциации и эмоции, что испытывают современные моряки при прохождении Красного моря через Баб-эль-Мандебский пролив и вод Аденского залива, что по соседству с африканским рогом гостеприимного государства Сомали. Бутылочное горло, мышеловка, засада или что-то в этом роде постоянно вертелось в голове.

В некоторых участках Керченский пролив был достаточно широк, что не было видно противоположного берега, а в других — расстояние между берегами варьировалось от десяти до пятнадцати километров, не более. Если у левобережья Азовского моря нам не встретились ни торговые, ни пиратские суда, то здесь обстановка может кардинально измениться.

Мы с Киром по очереди осматривали в бинокль здешние воды, чтобы вовремя заметить приближающееся судно, которое могло бы заинтересоваться нами.

По правде говоря, в маленькой резиновой лодке играть в морской бой у меня никакого желания не было, а у наших безоружных пассажиров — тем более. Я сказал Гудиславу временно сворачивать репетиции оркестра, сидеть тихо, не петь и не высовываться.

Сначала нам пару раз встретились небольшие рыбацкие лодки, выдолбленные из цельного дерева. По мере приближения к Тмутаракани количество рыбаков заметно прибавлялось.

Затем Кир засёк в бинокль две идущие друг за другом ладьи. Нос каждой из них украшали очередные деревянные горынычи, а корму — козьи морды с неестественно большими загнутыми рогами. По бортам между вёслами воины разместили свои красные щиты. Я насчитал по шесть вёсел с каждой стороны.

Увидев нашу лодку, козьи морды свернули свои разрисованные паруса и, думая, что мы их не заметили, стали держаться со стороны солнца по линии горизонта и следовать за нами. Вероятно, решили дождаться сумерек и взять на абордаж.

— Ушкуйники, ихние повадки,  — расстроилась Айка, когда Кир дал ей посмотреть в бинокль.

Часа через полтора такого преследования на безопасном расстоянии и эти гребцы начали проигрывать нашему мотору в скорости и, наконец, отстали от нас. А может, другую, более крупную жертву где-то заприметили.