Чародей по вызову (СИ) - Сомов Андрей - Страница 42

— Нефилимов? — тут же донесся рефрен из зала. — Простите, а что это?

— Да, — чародей едва удержался чтобы не поморщиться. Одна из причин, почему он колебался — бесконечные вопросы, на которые ему придется отвечать. «Может запретить им это делать?..» — В широком смысле, нефилимы — люди, одним из родителей которых является сверхъестественное создание. Сам Иисус, по сути, принадлежал к их числу. И, безусловно, был самым могущественным из всех. Но так как пророки — плоды… э-э, любви человека и ангела — встречаются крайне редко, обычно под нефилимами подразумевает конкретно полудемонов. Вы могли слышать о них, как о «подменышах», но термин был признан некорректным и ныне не используется. Они саванты от мира магии, навроде ведьм и ведьмаков. Только подвластны им не магические, а демонические базовые Стихии: Тьма, Лед, Болото и Песок.

Фух… Анджей облегченно перевел дух, когда Обет наконец-то отпустил его.

— Так во-от, — продолжил он. — Магические Стихии. Вы, наверное, задаетесь вопросом, нахрена я тут распинался, рассказывая вам то, что вы и так знаете. Что ж, это было для более доступного понимания того, как работают Запретные Искусства. Давайте к этому и перейдем. Для примера возьмем построение призыва.

По аудитории тут же приливной волной прокатился ропот.

— Да-да, — отмахнулся чародей. — Оно запрещено, и я не собираюсь вас ему учить. Но принцип его действия идеально подходит для иллюстрации. Так что для достижения цели нам придется ступить на запретную территорию.

— Потому что он задействует все три Искусства? — донеслось предположение из зала. Шулер не понял откуда именно.

— Отчасти, да. Чернокнижество перенаправляет теллурические токи магии; демонология использует особенности языков Нави; Магия Крови заимствует энергию у живых существ. Последнее не обязательно, но желательно, так как позволяет точнее направить магию. Но я говорил о принципе его действия. Базовые стихии воссоздают пространство — из которых оно, как я уже упоминал, и состоит — в особой конфигурации. Наши предки называли ее Калиновым мостом. Современные учены — мостом Эйнштейна-Розена. Суть одна и та же. Жизнь и Смерть находят и притаскивают нужное существо. А Вера вступает в диссонанс с Печатью Христа, что отделяет миры, и раздвигает ее. Создает в ней брешь. А теперь, — Анджей обвел студентов ироничным взглядом. — Кто мне скажет, на кой я это все вам рассказал? Зачем вам изучать Запретные Искусства?

Тишина недоумения затопила класс. Тик, так — неожиданно громко текло время.

— Ну, Запретные Искусства позволяют полностью обходиться без Запаса… — неуверенно озвучил кто-то общеизвестную истину в надежде, что прокатит.

— Это самая очевидная причина, — кивнул чародей. — Да, действительно, мы можем накапливать лишь ограниченное количество энергии Стихий из окружения. Запас, конечно, можно увеличить, но далеко за отмерянные тебе рамки не убежишь. И во многом это определяет силу волшебника. Так что логично предположить, что Запретные Искусства вам нужны, как и ритуалы, чтобы эти ограничения превзойти. Но на деле вряд ли кто-то из вас всерьез столкнется с подобной проблемой. Нет, истинная причина одновременно глубже и проще. Подумайте еще раз. Что именно делают Запретные Искусства?

— То же, что и обычная магия, — вновь подал голос парень в рубашке с задних рядов.

— Именно! — наставил на него палец Анджей. — Оно использует те же Стихии, а значит, те же правила и законы, но в куда большей степени, на более фундаментальных уровнях. Таких, которые вы обычно игнорируете, тупо продавливая собственной волей. Изучение Запретных Искусств, прежде всего, позволит вам куда глубже понимать механизмы магии. А значит — эффективнее использовать ее.

Чародей сверился со временем и объявил:

— И на этом мы, пожалуй, закончим нашу вводную лекцию. На следующих трех мы подробнее рассмотрим непосредственно чернокижество, демонологию и их взаимодействие — оккультизм. Всем доброго дня, все свободны.

Анджей, уже нацепивший обратно фетровую шляпу и пальто, направлялся к двери, когда к нему подошла та самая смышленая рыжеволосая девушка. Позади нее держался парень в рубашке и другой, необычно долговязый и крепко сложенный. Этот тоже сидел с ними, но помалкивал всю лекцию.

Вблизи все трое выглядели еще моложе. Лет шестнадцать, не больше. Дылда держался отстраненней всех. Смотрел флегматично куда-то в сторону, и на происходящее внимания, по-видимому, вовсе не обращал. В широких футболке и спортивных штанах, с растрепанной русой шевелюрой — выглядел он небрежно. Будто вышел мусор вынести, а не на лекцию. Рубашка же, что стоял рядом, вежливо улыбался, но взгляд бетонных глаз из-под вороной челки оставался холодным. Этим он слегка напомнил Дариуша.

А вот девчонка смотрела с вызовом. Фигура еще только начала формироваться, но уже притягивала взгляд, облегающие джинсы и коротка кожанка лишь подчеркивали ее. Рыжая явно осознавала это. И пользовалась вовсю. А на ее изящном, как викторианское платье, лице играла дерзкая ухмылка. Хотя последнее она, кажется, пыталась скрыть. Не особо успешно.

— Пан Соколовски, научите меня магии!

Чародей посмотрел на Рыжую, как на дуру:

— Ты в АМИ. Тебя уже учат магии.

— Нет, мы тут не учимся.

— Тогда поступайте и учитесь. Я-то тут при чем?

— Вы спасли нам жизнь.

— Чего? Когда это? И причем тут это?

— Крылатый змей, подвал, какой-то псих. Нас спас пан с каким-то азиатом, — девушка абсолютно серьезно смотрела на него.

Анджей перевел взгляд на парней. Рубашка кивнул, а Дылда просто пожал плечами, мол, да, было дело.

«Азиат? Тецуя?»

— Не помню, — вздохнул чародей. — В любом случае, если хотите учиться магии — поступайте в АМИ, — он указал на дверь аудитории. — А я репетиторством не занимаюсь.

Прежде чем Рыжая успела еще что-то сказать, у Шулера зазвонил телефон. Махнув рукой подросткам, Анджей пошел прочь. Звонил Дариуш.

— Привет, скажи, пожалуйста, что ты звонишь, чтобы позвать меня выпить. А то у меня только что закончилась первая в жизни лекция.

— Э-э… не совсем, — растерялся инквизитор. — А что, все так плохо прошло?

— Да нет, на удивление гладко. Но я в принципе не люблю перед публикой выступать.

— Серьезно? Не знал.

— Ну, потому что я из-за этого и не выступал никогда перед публикой, логично?

— Логично, — согласился Дариуш. — А зачем ты тогда вообще в преподаватели полез?

Чародей помолчал несколько секунд, а потом признался:

— Дед попросил…

— Ясно, — не стал задавать лишних вопросов инквизитор.

— Так зачем ты звонил-то?

— Есть дело.

— Да ну тебя! — не сдержался Анджей.

— Извини, но это важно. И срочно.

— Что у вас уже стряслось?

— М-м… Будет лучше если ты подъедешь ко мне. Могу прислать Вельфегора за тобой, если надо. Ты еще в АМИ?

— Знаешь, это довольно угрожающе сейчас прозвучало.

— Да, действительно, — рассмеялся тот. — Так прислать?

— Да не нужно, сам доберусь… — вздохнул чародей.

— Хорошо, назовешься дежурному и тебя проведут.

Долгая охота 02

— Анджей Соколовски к Дариушу Щенятову, — обратился он к дородной женщине в форме, что сидела за стойкой. — Он сказал, меня проводят.

— Да, он предупредил. Вам нужен триста пятый кабинет, он сейчас там на совещании. Это третий этаж, третий поворот налево, возле лестницы.

— Он сказал, что меня проводят, — повторил чародей.

Дежурная умудрилась одними бровями передать все свое возмущение, удивление и негодование.

— Это топографический кретинизм, а не самомнение, — вздохнул Анджей. — Без проводника я целую вечность этот кабинет искать буду. А дело вроде срочное было.

Поразмыслив пару секунд, женщина кивнула и окликнула какого-то бородача, что болтал неподалеку. Поблагодарив дежурную, чародей поспешил за инквизитором.

Коридор, поворот, лестница, коридор, поворот… Над каждой дверью — мощный оберег. На окнах — рябиновые решетки. А еще Шулер чувствовал печати под ковром, образовывающие мощнейшее защитное построение. Впечатляет, однако.