Кровь оборотня (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 9

— А вы и в самом деле похожи на кошку…

— Вы меня отвезете или мне идти пешком?

Он продолжал молчать. Марьяна встряхнула головой, повернулась и пошла к двери, подспудно ожидая подвоха. Едва она взялась за ручку, как Давид сказал:

— А как же кофе? С молочной пенкой? И жареные каштаны на десерт?

Марьяна застыла. После соленой еды на смену голоду пришла жажда. Вино ее не утолило, а вот молоко… свежее… или даже парное?.. Что может быть лучше холодного молока в такую жару?

— Я специально заглянул к отцу Полю, чтобы достать свежего молока. Его матушка держит пару коз. Вы пробовали молочную пенку из козьего молока?

Марьяна не пробовала, но очень-очень хотела налакаться молока, хоть козьего, хоть птичьего. В конце концов, уйти она всегда успеет.

— Хорошо.

Она с независимым видом проследовала на террасу, которая нависала над обрывом и открывала вид на дом Шастелли и залив. Только по нос погрузившись в обильную молочную пенку, ровно такую, какая ей нравилась, густую и жирную, Марьяна осознала, что с этого места Давиду было прекрасно видно всех обитателей дома. Идеальный наблюдательный пункт.

ГЛАВА 9

— У вас молочные усы…

Давид с улыбкой протянул руку к ее лицу, но Марьяна уклонилась.

— Давид, я не собираюсь с вами спать, — заявила она без обиняков.

— Почему?

Восхитительная самоуверенность. Коварный лис, который стелется у ее ног, но при этом почти загнал в ловушку. Нет, он не из тех, что будет применять силу, его способы более изощренны.

— Не хочу.

— Я вам не нравлюсь?

Кофе с молоком всегда настраивали Марьяну на добродушный лад, поэтому она постаралась смягчить резкость ответа, хотя это и не получилось.

— Я не сплю с теми, кто пытался меня убить.

Давид нахмурился, удивление мелькнуло на его лице.

— В смысле?

— Это вы столкнули меня в яму. А потом явились в роли благородного спасителя.

Марьяна встала и выпрямилась, глядя на сидящего в кресле мужчину сверху вниз.

— Я даже не знаю, что вам сказать… — развел он руками и тоже встал. — Вы серьезно?

Вместо ответа она развернулась и пошла к выходу. Давид оказался очень быстрым. В мгновение ока он преодолел несколько метров и загородил ей путь.

— Марьяна, это глупо! Почему? Зачем мне это делать?

— С дороги!

— Нет уж, объяснитесь!..

Ей все-таки удалось вывести его из равновесия. Красные пятна гнева разливались на смуглом лице.

Давид вышел из себя. Какого черта?!? Он перехватил Марьяну за запястье, она дернула руку и прошипела:

— У кошек отличный слух!.. Я слышала вас разговор с Огюстом про демонтаж. Я вам мешала, и вы решили меня припугнуть!

Кровь ударила ему в голову. Дрянь!.. Это невозможно! Или она нацепила ему «жучок»? Он уклонился от ее когтей и потащил мерзавку назад.

— На кого вы шпионите? — встряхнул он ее. — На семью Мондиелли?

Она со всей дури наступила острым каблуком ему на ногу, Давид охнул, но не отступил.

— Выбирайте! Или я сдаю вас полиции как мошенницу, или вы выкладываете мне всю правду! Кто вас послал?

Она вдруг стихла, перестав вырываться. Испугалась!..

— С документами у меня все в порядке, — спокойно проговорила Марьяна. — Понятия не имею ни о какой семье Мондиелли. Я была с вами честна, мне нужен только рецепт «Крови оборотня», и я его получу. Я всегда получаю то, что хочу.

Его это выбесило.

— Хватит мне заливать эти бредни! Я тоже получаю то, что хочу!..

Он припер ее к перилам, развернул лицом к обрыву и еще раз встряхнул:

— Смотри туда!.. Вон туда, на горы и дом Шастелли! Там, на утесе, будет стоять мой отель! Моя мечта, от которой я ни за что не отступлюсь, ясно тебе? Так и передай Мондиелли! Пошла вон!

Он оттолкнул ее и отвернулся, пытаясь унять бешенство. Ему хотелось придушить мерзавку.

— Интересно… далеко ли ушел старик Шастелли в горы? — пробормотала Марьяна нарочито громко. — Ему будет интересно узнать, что тут затеяли за его спиной. Как бы до него дозвониться? Катена упоминала, что на пастушьей тропе есть пост спасателей…

Он обернулся к ней. Шантажистка чертова!

— Что ты хочешь?

— «Кровь оборотня».

Он заскрипел зубами от ярости. Она что, издевается?

— Кто-то пытался убить меня, Давид, — она была убийственно серьезна. — Или напугать, чтобы отвадить от поисков. В церкви этот кто-то подкрался ко мне совершенно бесшумно, а это мало кому удается. Тебе… удавалось.

Он молчал, глядя на нее в бессильном гневе.

— Если даже предположить, что это не ты, — рассуждала она дальше, — то это мог быть твой сообщник. Вернее, сообщница. И не надо мне рассказывать, что между тобой и Касьенн ничего нет. Она так смотрит на тебя, что я вообще не понимаю, как ее муж не набил тебе морду… Хотя мне и сложно представить ее оборотнем… Вот тебя… запросто. Скажи, ты… лис?

Его бешенство вдруг превратилось в усталость и испарилось. Он горько рассмеялся.

— Да уж!.. — заложив руки в карманы брюк, он оперся о перила и запрокинул голову, расслабив мышцы. — Даже не знаю, что хуже: шпионка Мондиелли или ненормальная, верящая в оборотней.

Тихий шелест одежды. Он посмотрел на Марьяну и увидел, что она стаскивает с себя платье.

— Теперь я не хочу, — зло сказал он.

Она стояла перед ним в одних трусиках и бюстгальтере.

— Если тебя интересует только строительство отеля, Давид, то мы друг другу не конкуренты, верно? — вкрадчиво промурчала она и подошла ближе. — И можем заключить сделку. Ты поможешь мне найти «Кровь оборотня», а я буду молчать и не мешать твоим планам. Звери умнее людей и всегда смогут договориться.

Она обвилась вокруг него, окутав молочно-кофейным ароматом. Давид не оттолкнул ее, но и не обнял в ответ. Ему надо было сохранить ясность ума.

— Как тебе удалось подслушать разговор? Ты нацепила на меня «жучок»? Или на Огюста?

— Мне это не нужно. У кошек отличный слух.

— Ну да… ну да…

— Можешь не верить, но я ровно та, за кого себя выдаю, разве что моя специализация…

Он затаил дыхание, ожидая продолжения. Она поцеловала его в шею и потерлась лбом о его подбородок, отрабатывая кошачьи повадки.

— … я специализируюсь на поисках сверхъестественного…

Да она просто издевается над ним!.. Он оттолкнул ее. Марьяна вздохнула и подобрала платье.

— Ну как знаешь… И почему люди так глупы?..

Стиснув зубы, он смотрел, как она застегивает пряжку на босоножках. Давид привык доверять собственным ощущениям, но эта женщина ставила его в тупик. Она здорово походила на его мать… даже не столько внешне, сколько этим невежественным суеверием… Неужели кто-то в двадцать первом веке может всерьез верить в существование оборотней? Впрочем, отпускать ее он все равно не собирался.

Давид взял ее за руку и потащил наверх, в спальню. Марьяна не сопротивлялась.

Он осознавал, что почти насилует ее, берет слишком грубо и зло, но и она в долгу не оставалась, полосуя ему спину кровавыми бороздами. На пике соития ему всерьез показалось, что он держит ее не за волосы, слишком короткие, чтобы намотать на кулак, а за шкирку, и пытается отодрать от себя бешеную кошку, впившуюся ему когтями и зубами в плечо.

— Да уймись ты… — выдохнул он, перекатываясь на спину и чувствуя себя изодранным в клочья.

В ответ она зашипела, и у него мороз пошел по коже. Марьяна забралась на него сверху, оседлав его, и наклонилась над его лицом.

— Что за семья Мондиелли?

Ее ногти впились в грудь, но не до крови. Кажется, его собрались пытать. Давид ухмыльнулся, но улыбка сползла с его лица, когда Марьяна прочертила ногтем болезненную дорожку вниз, к паху.

Он попытался ее спихнуть, но она плотно сжала колени и словно выпустила когти. Он охнул от боли и поерзал, стараясь сесть.

— Вот здесь небольшое пятнышко… — хрипло прошептала она. — Совсем белое…

Ногтем она надавила на нежную кожу над причинным местом.