Власть оборотня (СИ) - Осборн Линда - Страница 15

— Меня удивляет неуверенность в вашем голосе, — сладко пропела Салли, выхватила из рук мужчины конвертик, снова засунула его в шубку, подхватила растерявшуюся Эшли под руку и прошла внутрь.

Двери призывно растворились перед любительницами ночных развлечений, и они оказались в святая святых — огромном темном зале с редкими бра на стенах. Деревянные столы были все сплошь заняты людьми, как увидела Эшли, преимущественно мужчинами, танцпол посередине был еще пуст, но на сцене уже устанавливали аппаратуру для выступления какой-то группы.

— Я стащила конверт кое у кого, — доверительно прошептала Салли на ухо Эшли. — Не думаю, что он ему понадобится, да и тем более, он так облажался, что это приглашение будет не очень большой компенсацией.

— Ты — хороший друг. Спасибо, что помогаешь мне, — шмыгнула носом Эш.

— Для этого и нужны друзья.

19

Эшли обвела взглядом зал. Ей показалось, что все настороженно притихли, глядя на них в упор или поглядывая искоса. Салли тоже заметила это, судя по тому, как она расправила грудь колесом, и упругой походкой от бедра, явно подражая манекенщицам с показов прет-а-порте, направилась к пустующему столику. Девушка стянула шубку, повесила ее на спинку огромного стула и уселась, ожидая, когда придет официант. Эшли последовала ее примеру, однако в ее действиях не было столько уверенности, как у подруги.

Она продолжала одергивать подол платья, и в добавок начала постукивать пальчиками по грубо сколоченной столешнице.

— Всегда хотела побывать в «Конуре», — хихикнула Салли, тряхнув тщательно уложенными кудряшками. — Никогда не думала, что это удастся сделать.

Девушка нажала на кнопочку — звоночек, которым, видимо, можно было подзывать официантов.

Эшли согласно кивнула. Она не мечтала об этом клубе, но поддерживала подругу — та очень редко куда-то выбиралась по сравнению с Эшли и все время проводила с детьми. Однако такой деятельной натуре нужны были какие-то впечатления.

— Я надеюсь тут потанцевать так, что придется потом искать туфли по всему залу, — поделилась она, а потом тряхнула рукой: — К нам кто-нибудь подойдет или нет?

— Да уж, придется хорошо выпить, — вздохнула Эшли.

— Ром, текила, виски, — все к вашим услугам, леди!

— Салли, ты неисправима! — вздохнула Эшли.

На сцене, наконец, была установлена аппаратура и к микрофону подошел какой — то патлатый парень. Кожаные штаны были так низко опущены, что можно было в деталях рассмотреть все его тазобедренные косточки, рельефный живот с кубиками пресса, и, еще чуть-чуть, и можно было бы увидеть и то самое сокровенное, что мужчины должны прятать в штанах. Солист шикнул в микрофон и по залу пронеслось оживление, стало темнее, чем было, свет софитов упал прямо на его фигуру.

— А он хорош! — тихонько сказала Салли.

Эшли подумала, что с нею согласятся все малочисленные девушки, которые сидели в окружении брутальных мужчин за столиками.

— Дай мне, детка, — томным голосом сказал он, вытянув руку вперед, будто обращаясь к кому-то. Позади него подтянулись остальные члены команды — бас-гитарист, барабанщик. Длинный мужчина подошел к синтезатору. — Дай мне свою любовь!

И тут музыка резко обрушилась на клуб и на танцпол начали подтягиваться желающие повеселиться. Ритмы набирали обороты, солист что — то протяжно тянул и самое притягательное место в городе стало обычной дискотекой. Эшли улыбнулась — наконец девушки перестали быть объектом непонятного недоброжелательного внимания присутствующих, все занялись тем, чем и должны заниматься в подобного рода заведениях: пить, громко говорить, танцевать и сквернословить.

— Эй, белоснежки, что будете заказывать?

Эшли с удивлением повернулась на голос. Рядом стояла субтильная девушка невероятно притягательной наружности: раскосые глаза, оливковая кожа, пухлые губы. Она жевала жвачку, говорила сквозь зубы, но все равно тембр ее голоса пробирал насквозь. Эшли поежилась от какого-то предчувствия, или воспоминания (она так и не поняла, что это было) — будто бы ледяной ветерок взъерошил волосы, собранные в высокий хвост на затылке.

— Мне эль, а моей подруге — коктейль «Манхеттен».

Официантка презрительно смерила их столик своими огромными глазами.

— Я говорю: мне — эль, а… — Салли попыталась повторить заказ громче, подозревая, что девушка просто не услышала в таком шуме ее слова.

— Зря вы сюда пришли, белоснежки, ой зря, — перебила ее официантка. Она снова недоброжелательно посмотрела по очереди на Салли и Эшли, а потом — на полушубки за их спинами. Демонстративно плюнула себе под ноги, от чего Салли ойкнула и удалилась.

Эшли проводила задумчивым взглядом ее напряженно вытянутую спину, которая, лавируя между большим количеством людей на танцполе, пошла к бару.

— Что это было? — пожала плечами Салли. — Это, по-моему, наглость! Моя подруга пережила такое количество событий, а какая-то там девчонка морщит нос при нашем заказе выпивки!

Салли потрепала подругу по руке.

— Не волнуйся, мы еще поставим тебя на ноги, моя дорогая!

— Я в порядке! — возмутилась Эшли. Сейчас, здесь, при таком большом скоплении людей она и правда начала думать, что все, что случилось с ней за последние несколько дней — просто сон, просмотренный фильм, чужой рассказ, но никак не ее жизнь.

— Да, да! Танцы, перепих с незнакомцем, алкоголь, — все сделает лучше расставание с чертовым женатиком!

— Нам обязательно называть это перепихом? Звучит так. грубо.

— Трах? Совокупление?

— Совокупление? Сколько тебе лет? — спросила Эшли.

— Просто ответь на вопрос.

Салли закатила глаза. Наконец, выпивка была доставлена адресатам. Все та же официантка с оливковой кожей и темными глазами буквально бухнула фужеры с дамским алкоголем перед девушками, причем эль из стакана на толстой ножке буквально расплескался на стол прямо перед Салли, подняв небольшую пену с пузырьками.

— Эй! — возмутилась девушка, всплеснув руками и пытаясь салфетками вытереть это безобразие.

— Хочу, и морщу нос, понятно?! — буквально рыкнула на нее официантка.

— Я не попрошу жалобную книгу только потому, что сама работала официанткой в Лас-Вегасе и знаю, что такое нужда. А тебе не мешало бы обучиться кое-каким манерам, понятно? — с видом профессора выдала Салли. Девушка же в ответ только выгнула бровь дугой и ушла.

Эшли отхлебнула из небольшого коктейльного бокала свой напиток и подмигнула Салли.

— Все в порядке! Я настроена на вечер, и вечер получится таким, каким нужно! — уверенно ответила подруга. — Ой, посмотри-ка, какой симпатичный парень! И, кажется, он с нас глаз не сводит!

20

Вкус «манхеттена» будто бы вернул Эшли в недавнее прошлое. Она словно погрузилась в недавние события.

Ей всегда казалось, что был идеальным парнем — всегда внимательный, всегда заботливый. Если ему приходилось пропустить ее день рождения, потому что он должен был быть в Лейстауне, он обязательно дарил ей запоздалое самое лучшее поздравление на следующей неделе, когда снова возвращался в Мунтаун. Две ночи в пятизвездочном отеле. Обслуживание номера. Вино. Экскурсия на вертолете на следующий день.

И секс, очень много секса, всю ночь напролет. И было неважно, насколько она отвечала ему взаимностью, он ее все равно не отпускал. Она прилагала усилия со своей стороны, предлагала приехать к нему, даже получить перевод. Он ничего не принимал. Он говорил, что она была его храмом, говорил, что когда-нибудь станет президентом компании и будет жить с ней здесь. Ей просто нужно подождать немного, и все будет улажено.

Эшли снова отхлебнула коктейль. В тот день в самолете она выпила «манхеттена» чуть больше, чем обычно — ведь она решила сделать Кларку сюрприз. Выписав для себя его адрес с личного дела, которое хранилось у директора, она вылетела в его город. Действительно, почему она не сделала этого раньше?