Призрак прошлого (СИ) - Королева Людмила - Страница 108

— Почему ты пароли сменил и общался с ней, выбегая на балкон? — спросила безжизненным тоном. Бежать! Зачем слушаю все это? Где взять силы?

— Она присылала мне письма благодарности за то, что я спас ее от парня, я боялся, что ты неправильно все поймешь и обидишься. Просил ее этого не делать, но она все равно отправляла мне то на почту, то в социальные сети сообщения. Приглашала к себе на чай, чтобы как-то отблагодарить за спасение. Я игнорировал эти послания, просто удалял. Понимал, что если тебе попадется на глаза такое письмо, ты подумаешь самое худшее, вот и сменил везде пароли, ждал, когда Галя утихомирится со своей благодарностью. Я переживал, что своими звонками в не рабочее время, она пошатнет твое доверие ко мне. Конечно, должен был пару раз рявкнуть на Тихонову, чтобы она отстала, но стоило увидеть шрам на ее шее, оставленный ножом и становилось жаль эту девушку. Ее парень чуть не зарезал, когда пришел домой пьяный. Я по-человечески хотел ей помочь, а она прилипла ко мне и, видимо, желала чего-то большего.

— Молодец, у тебя это видимо призвание — спасать девушек от бывший парней, — прошептала, смахнув слезы. — Надо брать пример с тебя. Пойду тоже спасу Макара от неудачного брака. Приголублю его, пожалею. Станем с тобой семьей миротворцев, — съязвила я. Во мне обида клокотала. Муж бросил на меня такой убийственный взгляд, что я невольно приросла к полу.

— Вика, — зарычал он, сжав кулаки до хруста.

— Что Вика? — хмыкнула, сложив руки на груди. — Ты предал меня, Максим. Не смог остановиться, хотел отведать чего-то нового. Если бы меня там не было, ты бы переспал с ней. Пожалел бедную девушку, вот и жалей ее дальше. Мне не составит труда отплатить тебе тем же. Уже могла нежиться в объятиях другого мужчины. Стоит только намекнуть Макару, что мое сердце вновь свободно и он увезет меня за тридевять земель. Но я люблю тебя, дурака, и не стану назло спать с другими. Я сделаю это сразу же, после развода, когда нас ничего уже не будет связывать. Найду себе мужчину, который способен хранить верность, — глотая ком в горле, прохрипела, глядя в зеленые глаза, наполненные гремучей смесью.

Максим резко припечатал меня к стене, дышал тяжело, прерывисто. На скулах желваки ходили, а губы в тонкую линию натянулись.

— Я не дам тебе развод, — отчеканил каждое слово. Чувствовала его страх вперемешку со злобой.

— Уйди с дороги. У меня теперь аллергия на тебя. Стоит представить, что ты целовал и прижимал к себе блондинку и тошнить начинает, — сказала со злостью, толкнув его в грудь. Меня лихорадило, а слезы с новой силой потекли по щекам, когда услышала его тихое:

— Прости…

Он отстранился, а я выскочила из комнаты, запихнула за пазуху кошку, подхватила сумки и, пнув ногой входную дверь, вышла в подъезд. Обернулась, утонула в омуте зеленых глаз. Чувствовала его боль каждой клеточкой, она плескалась во взгляде. Вот сначала натворят глупостей, а потом: «прости». Когда научатся мозгами пользоваться?

— Когда мне можно навестить Алису? — прошептал он безжизненным тоном.

— К дочери можешь приезжать хоть каждый день, — пожала плечами и с тяжелым камнем на душе спустилась по лестнице.

Макар стоял на первом этаже, сразу выхватил из моих рук сумки и открыл мне дверь, выпуская на улицу. Поляков закинул вещи в багажник, а я каждой клеточкой почувствовала обжигающий взгляд мужа. Обернулась и вздрогнула. Он стоял на балконе, нервно курил, наблюдая лютым взглядом за мной и Макаром. Поляков улыбнулся, отсалютировал ему рукой, открыл мне дверь автомобиля, а потом сел за руль моей машины. А у меня была одна мысль в голове: какого черта Макс вышел на балкон в одной футболке в такой мороз? Вдруг воспаление легких получит? Встряхнула головой, отгоняя от себя мысли. Как ни крути, а я любила его. Хотела сразу подать на развод, но теперь осознала, что нужно остыть и принимать решение не под действием эмоций.

— Ты как? — осторожно спросил Поляков, а я зажмурилась, глотая слезы. Не знала, как ответить на этот вопрос. Растоптана, раздавлена, отравлена… Снова вырвали сердце, сломали крылья и разрушили сказку в которой жила. Чувствовала себя одинокой, стоящей посреди пустыни. Везде одни равнины и песок и нет ни малейшего представления в какую сторону идти, чтобы не погибнуть.

— Жить буду, — ответила осипшим голосом, смахнув слезы тыльной стороной ладони.

— Как же мне ему врезать хочется, — процедил Макар сквозь стиснутые зубы.

— Уверена, что он сейчас мечтает о том же, после того, как увидел нас вместе, — шмыгнув носом ответила я. Телефон вибрировал, а не хотела принимать звонок от мужа. Гладила кошку. Она притихла у меня за пазухой, тряслась от страха.

Макар занес мои сумки в квартиру. Мама удивленно вскинула брови.

— Елена Николаевна, принимайте нового жильца. Вика от Макса ушла, но лучше пока ничего у нее не спрашивайте, а напоите убойным успокоительным. Если помощь нужна будет, то звоните, — заявил он. У мамы дар речи пропал, посмотрела на меня и прижала руки к груди. Наверное, у меня был тот еще вид. Кошку опустила на пол и она сразу же пошла исследовать новый дом.

— Все наладится, — уверено сказал Поляков, посмотрел мне в глаза и поцеловал в щеку, а потом ушел, захлопнув за собой дверь.

— Мама! — радостно завопила Алиса и побежала ко мне. Я раскинула руки в разные стороны и прижала ее к себе. Зажмурилась, пытаясь удержать эмоции. Целовала ее щечки, глотая горькие слезы. Не хотела расстраивать дочь, поэтому натянула дежурную улыбку, как я это делала, когда работала в кафе.

— Милая, я привезла твои игрушки. Мы погостим немного у бабушки, чтобы ей скучно не было. Хорошо? — спросила, поцеловав ее в нос.

— А папа? — поинтересовалась она, выжидающе глядя на входную дверь. У меня душа в клочья разлетелась.

— Папа работает, но вечером приедет и будет с тобой гулять. Ты уже завтракала? — прошептала на одном дыхании.

— Да, — кивнула она, увидела Шэрри и радостно воскликнула:

— Мяу!

Пока Алиса гонялась по квартире за кошкой, пытаясь ее поймать, я разложила вещи по полкам. Села на диван и обхватила голову руками. Мне было чертовски плохо, но ради дочери собиралась двигаться дальше. Она мое сокровище, она — мое счастье, она — смысл моей жизни. Как говорила моя прабабушка: «мужчины приходят и уходят, а дети с нами до конца наших дней». Она была чертовски права. Я не одинока, у меня есть Алиса. В мужчинах разочаровалась настолько, что поняла, что больше никого не смогу подпустить к своей душе. Мама не стала ничего спрашивать, приготовила завтрак и позвала меня пить чай. В обед мы с Алисой обнялись и вместе уснули.

На следующий день после полудня решили пойти погулять и взять с собой санки. Хорошо, что на балконе хранились еще те, на которых катались мы с Лешей.

Дочка пищала от восторга, когда съезжала с небольшой горки. Во двор вышли Кристина и Андрей со своими мальчиками. Матвей и Даниил составили Алисе компанию. Она смотрела на них исподлобья, недоверчиво, чем вызвала у меня улыбку. Правда через пару минут позволила им войти в свой круг доверенных лиц. Они вместе подкидывали снег, пищали, визжали и щебетали на языке, который был понятен только этой троице. Вскоре во дворе появилась черная машина Макара. Он приехал с сыном. Сережа, заметив веселую компанию, подбежал к остальным малышам.

— Ты что тут делаешь? — удивился Андрей, пожав руку Полякову. Макар бросил на меня хитрый взгляд.

— Как обычно пошел погулять с сыном, а потом решил привезти своего пацана во двор, где вырос я. Так и знал, что увижу здесь вас, — улыбнулся он.

— Лехи только не хватает, — хохотнул Андрей, прижав к себе Кристину. — Не замерзла? — заботливо поинтересовался он, натянув жене шапку на уши. У меня под ребрами кольнуло, заныло. Я продолжала игнорировать звонки Макса, но безумно по нему скучала.

— Посмотри, — прошептал Макар, кивнув на детей. Я улыбнулась, наблюдая за тем, как Сережа глядел не моргая на Алису. Она внимательно изучала его. Он протянул ей свою машинку, а она взяла ее и улыбнулась.