Вампиры: Когда ночь сменяет ночь Книга 2 (СИ) - Тигиева Ирина - Страница 51

— Ты был занят. Я даже не спросила…

Губы Доминика не дали закончить фразу.

— Чем бы ни был занят, я всего лишь коротаю время до встречи с тобой, моя любовь…

Нам ещё долго не удавалось начать связный разговор. И, уже начатый, он то и дело прерывался поцелуями и признаниями, не имевшими никакого отношения к теме, которую я пыталась обсудить.

— Ты требуешь от меня слишком многого, — Доминик прошёлся жарким взглядом по моему обнажённому телу. — Сосредоточиться на чём-то другом, когда ты рядом, да ещё и в таком будоражащем воображение виде…

— Признайся: это просто месть за то, что я тебя отвлекла.

Доминик шутливо лизнул меня в шею.

— Отомсти и ты мне.

Наверное, всё дело было в моём недавнем порыве. Сколько бы я ни доказывала Доминику страстную к нему привязанность, он впадал в радостное безумие при каждом новом подтверждении. Сейчас он был настолько благодушен, что даже не особо донимал вопросами, когда я упомянула имя Андроника.

— Андроник? Лицемерный ромей[2], скользкий как змея и изворотливый как ящерица, которую не поймаешь, даже схватив за хвост. Я ещё не говорил с ним. Но откуда ты его знаешь?

— Акеми и Лодовико, — выдала я заранее заготовленный ответ. — Лодовико даже советовал привлечь его на нашу сторону.

— На нашу сторону, — презрительно хмыкнул Доминик. — Андроник не знает других сторон, кроме своей собственной. Потому я и не торопился говорить с ним. Он не привык участвовать в играх, которые не сам придумал, и особой помощи ждать от него не стоит.

— Нечто подобное говорила и Акеми, — положив голову на грудь Доминика, я ласково водила кончиками пальцев по его коже. — Но, может, познакомиться с ним поближе всё же не помешает?

— Дьявол с ним! — и, не успев опомниться, я оказалась опрокинутой на светящуюся голубоватым светом траву. Доминик с нежностью поцеловал кончики пальцев, которыми я только что водила по его телу, и, прижимаясь к губам, прошептал:

— Ты снова меня отвлекла…

Мы "отвлекались" ещё не раз, но под конец Доминик всё же согласился на мою встречу с Андроником:

— Я бы, конечно, пожелал для тебя более приятной компании, но не хочу, чтобы ты чувствовала себя запертой в башне без возможности общения с тебе подобными.

— В другое время я бы и не пожелала другого общения, кроме как с тобой, — проворковала я. — И сейчас мной движет не желание выбраться из "башни", а необходимость.

На самом деле я немного лукавила. Доминик был стержнем, вокруг которого вращался весь мой мир, и близость с ним я бы не променяла ни на что другое. Но в то же время я была "новорожденной" бессмертной, и, как ребёнка, меня неудержимо влекло ко всему новому. Мне было интересно узнавать мне подобных, родившихся в эпохи, о которых я читала в книгах по истории, нравилось говорить с ними, бывать на поражающих воображение вечеринках… Доминик это понимал и явно мучился, что не мог знакомить меня с бессмертием так, как ему хотелось. Не мог, без опасности привлечь внимание Арента, даже лишний раз показаться со мной рядом. Наверное, этому я и была обязана лёгкости, с какой он согласился на моё общение с Андроником. Хотя, конечно, считай Доминик его опасным, исход разговора был бы другим. Всё-таки странно, что и он, и Лодовико, и Акеми с таким пылом предостерегали от Эдреда, которому почему-то доверяла я. И ещё более странно, что, выслушав мнения других, я всё же была готова прислушаться именно к Эдреду, который предостерегал от Андроника.

? ???????? ??? ????[1](греч.) — мой дорогой сын.

[2] После раздела Римской Империи византийцев ещё называли римлянами — по-гречески «ромеями». (прим. автора)

Глава 12

Дом Андроника сильно смахивал на дворец. Несколько секунд я разглядывала эту громадину, прежде чем нажала на кнопку звонка — в случае с Андроником я посчитала важным соблюсти приличия и не врываться в его обитель без предупреждения. Дверь открыл одетый в строгий чёрный костюм старик. Это было новшеством — никто из бессмерных, с которыми я успела встретиться, не держал в доме прислугу.

-????????? [1],- приветствовал он меня по-гречески. — Хозяина нет дома, но вы можете подождать.

— Он должен скоро появиться?

Старик смерил меня с ног до головы изучающим взглядом и отворил дверь шире.

Если снаружи дом Андроника походил на дворец, то, войдя внутрь, я оказалась в музее: выложенный разноцветной мозаикой пол, стены из розового мрамора и множество статуй. Посреди холла красовалось мраморное изображение огромного пса. Припав на передние лапы, он встречал гостей свирепо оскаленной пастью. Старик провёл меня в просторную комнату, обстановке которой позавидовал бы любой зал Британского музея, и поинтересовался:

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

Я отрицательно качнула головой. Старик вежливо улыбнулся и, зачем-то поклонившись, удалился. Подавив недоумение, я осмотрелась. Антикварная мебель, канделябры в виде нимф и русалок и снова статуи всех размеров и форм. Я ненадолго задержалась перед лепным панно, пестревшим персонажами из античных мифов, мельком глянула на бюсты Траяна[2] и Калигулы[3] и перешла к массивному столу-бюро. Моё внимание привлекла его верхняя часть — настоящее произведение искусства, никогда не видела ничего подобного. Тёмную блестящую поверхность покрывали яркие изображения птиц, бабочек и цветов, листья и ветви диковинных растений плелись по краю столешницы подобно своеобразной раме. И самое удивительное — это была мозаика. Возможно, человеческим зрением, я бы не рассмотрела сотни и тысячи крошечных разноцветных кусочков камня, идеально подогнанных друг к другу и соединённых в пёстрый причудливый узор…

— Pietra dura[4],- послышался за спиной тихий голос. — Знаменитая флорентийская мозаика — искусство, получившее развитие благодаря тщеславию герцогов Медичи, пожелавших оставить после себя нечто, способное бросить вызов времени. Эти произведения в самом деле вечны. Камни не разрушаются, их краски не тускнеют…

— …и это завораживающе красиво, — подхватила я, обернувшись.

Стоявший в нескольких шагах Андроник улыбнулся:

— Это говорит в пользу твоего вкуса.

— Едва ли подобное может оставить равнодушным кого бы то ни было… Надеюсь, я не слишком не вовремя.

— Не вовремя? Разве я называл время, когда ты можешь меня навестить?

— Значит, в самом деле ждал моего визита?..

— Скажем, я надеялся, что ты появишься.

Не предложив мне сесть, Андроник легко опустился на диван. Томные глаза внимательно следили за мной из-под завесы ресниц, и я поняла, что отстуствие приглашения присесть продиктовано вовсе не недостатком воспитания. Так ему было удобнее за мной наблюдать. Это подтолкнуло меня к небольшой демонстрации. Неторопливо приблизившись к Андронику, я медленно повернулась вокруг своей оси и невинно поинтересовалась:

— Достаточно? Или крутануться ещё раз?

Андроник рассмеялся, обнажив острые зубы, и указал на место рядом с собой.

— Прости, не думал, что это так заметно.

— Скажем, я обратила внимание, потому что меня предупредили.

— Правда? Не иначе как Эдред.

— Не только.

Андроник вопросительно изогнул бровь.

— Я ведь говорила, что к нашей следующей встрече буду знать о тебе больше. Ты, кстати, тоже собирался разузнать о грозящей нам опасности.

— Не могу же я в самом деле разбрасываться обещаниями перед новоиспечённой родственницей, а потом их просто не выполнить, — ухмыльнулся Андроник.

— То есть ты действительно что-то узнал?

— Своего рода подтверждение твоих слов, заставившее меня поверить в их истинность.

— И ты расскажешь об этом мне?

— Отчего же нет. Но, похоже, я пропустил всю часть между началом и концом. Не хочешь сначала её восполнить?

Я не сомневалась, что Андроник уже прекрасно посвящён во все детали, и я не скажу ему ничего нового. Но что мне на самом деле стоило повторить доведённый до автоматизма рассказ? Задумчиво изучая меня сонным взглядом, Андроник не перебил ни разу. Когда я закончила, его глаза открылись шире, словно он очнулся из оцепенения.