Вампиры: Когда ночь сменяет ночь Книга 2 (СИ) - Тигиева Ирина - Страница 107

— В опоздании виновата принцесса Мин-Хи? Она отослала вас прочь?

Девушки потупились. И всё-таки в навязчивой идее принцессы увидеться наедине была польза и для меня. Кровь демона. Интересно, сколько бессмертных знают о её особенном свойстве? Наверное, корейцы добавляли к ней какое-нибудь заклинание, позволявшее им убивать себе подобных. Юнг-Су о нём не обмолвился — вероятно, это выходило за пределы моей посвящённости. Но, может, Ран-Чжу что-то знает? Я затронула эту тему сразу же во время трапезы. Ран-Чжу вскинула на меня глаза в явном удивлении.

— Заклинания, позволяющего бессмертному убить другого бессмертного, не существует.

— Но… вы же убиваете тех, кто раскрывает вашу тайну.

— Да, но могут это только избранные смертные.

— Смертные?..

— Конечно. Во внешнем мире существует что-то вроде тайного святилища, где смертные жрецы поклоняются членам нашего клана с незапамятных времён. Мне мало об этом известно. Только то, что жрецы лишены возможности говорить и не умеют писать — так они никогда не выдадут даже то немногое, что знают о нашем существовании.

— Смертные… — задумчиво повторила я. — Значит, и обративший Акеми пал от руки человека… Кстати, если бы Акеми тогда сбежала…

— Тот, кто связан с нами ритуалом или хотя бы раз ступил на нашу землю, не может скрыться. Шаманы найдут его в магических зеркалах, воины вернут на территорию клана, и его всё равно будет ждать смерть.

— И как проходит казнь?

— Осуждённого ранят клинком, смоченным в крови демона, и пронзают сердце, когда оно начинает биться…

"Клинок, смоченный в крови демона…" Нечто подобное было однажды произнесено другим голосом. Память услужливо выдала целый ряд достойных забвения картинок: комната с феерическим потолком, безвольное лицо Эдреда, моё бессилие, вызванное его коварными знаками, вампир-отступник и два полудемона, сцепившиеся за удовольствие меня прикончить… И потом Чет, угрожая Бертрану, произнёс слова, на которые я тогда не обратила внимания. "Этот клинок смочен в крови моего отца, а тебе ведь известно, что это значит."

— То есть, достаточно лишь ранить бессмертного таким клинком, чтобы заставить сердце биться?

— Ну да. Можно, конечно, заставить его проглотить немного демонической крови — тогда сердце будет биться гораздо дольше. Но ранить легче.

Вот почему сердце Эдреда билось даже после того, как мы вырвались из западни…

— Почему ты спрашиваешь? — хитро прищурилась Ран-Чжу. — Хочешь убить того, кто тебя обратил? Без содействия смертных это невозможно.

Невозможно… Затеплившаяся было надежда погасла. Интересно, а как принцесса Мин-Хи собиралась со мной разделаться? Подмешать кровь демона в сосуд, из которого я пила во время трапез, и подослать немого смертного "жреца"?.. Умолчав о том, что узнала от Мин-Хи и Ран-Чжу, я всё же спросила о смертоносном ритуале Юнг-Су, но он лишь повторил то, что я уже слышала. К моему облегчению, в нашем общении с принцем ничего не изменилось. Мы по-прежнему проводили время в тренировках и беседах, и он больше не заговаривал о том, чтобы я осталась. Вплоть до последней ночи…

[1] Японские призраки обычно изображаются без ног. Верхняя часть их тела антропоморфна, а нижняя окутана дымкой, так что создается впечатление, будто они плывут по воздуху. Поскольку ноги "соединяют" живые существа с землёй, то отсутствие их у призраков символизирует отсутствие такой связи.

После трапезы, для меня заключительной, я вышла на середину зала, почтительно поклонилась присутствующим и на беглом корейском, отточенном в болтовне с Ран-Чжу, поблагодарила их за гостеприимство. Уже в женских покоях, переодевшись в свою одежду, попрощалась с девушками и обняла погрустневшую Ран-Чжу.

— Я думала, ты останешься, Ён-Ми… — прошептала она. — Честное слово…

— Не переживай, я обязательно тебя навещу. И в следующий раз обещаю принести с собой больше вещей, вроде тех, что сейчас на мне.

Мою одежду из "внешнего мира" Ран-Чжу примерила, едва ей было разрешено со мной общаться. И, хотя джинсы пришлось подворачивать, а босоножки пришлись бы впору, будь они размера на два меньше, новый имидж привёл её в восторг.

— У нас тоже для тебя кое-что есть.

В её руках сверкнула длинная золотая цепочка унизанная разноцветными жемчужинами, от розовых до серебристо-чёрных.

— По одной от каждой из нас, — Ран-Чжу, обвила её вокруг моей шеи.

— Спасибо… — растроганно пробормотала я. — Обязательно буду её носить…

Ран-Чжу порывисто бросилась мне на грудь, жалобно всхлипнула, и комната опустела… Бессмертные не могут проливать слёз — я попыталась разрыдаться, но ничего не получилось. Странно, я совсем не ожидала, что покидать этот тихий мир будет так грустно… И ведь самое трудное ещё предстояло: попрощаться с Юнг-Су. Я решила подождать его в беседке и заодно в последний раз полюбоваться садом.

Ночь была чудесной. В воздухе — ни ветерка. В неподвижной глади пруда отражалась луна, настолько яркая, что свет фонарей терялся в её сиянии…

— В луне заключена огромная магическая сила, — послышался за спиной голос принца. — Есть поверье, что самое сокровенное желание, загаданное перед водным отражением полной луны, сбудется.

— Нам повезло, — улыбнулась я. — Сегодня как раз полнолуние.

— Что ты пожелала?

— Ну уж нет! Вслух подобные вещи не произносят — иначе ничего не сбудется.

— Суеверие. Я произнесу моё желание вслух именно для того, чтобы оно сбылось. Я хочу, чтобы ты вернулась к нам, Ён-Ми.

Он протянул мне плоскую инкрустированную перламутром шкатулку.

— Юнг-Су, я не… не нужно было…

— Открой её.

На дне шкатулки покоился небольшой пузырёк с тёмно-красной жидкостью.

— Кровь демона. Не убитого — это важно. Кровь мёртвого демона не может заставить сердце бессмертного биться.

Благодарно глянув на принца, я дёрнулась, чтобы его обнять. Но в последний момент вспомнила, что подобной фамильярностью нарушаю все мыслимые правила, и остановилась.

— Почему?

Вопрос Юнг-Су смутил меня окончательно.

— Это… противоречит нормам этикета…

— Если бы я следовал этикету, меня бы не было сейчас здесь. С тобой.

Неуверенно улыбнувшись, я обняла его, и руки принца тут же обвились вокруг моего тела.

— Спасибо, Юнг-Су… За всё…

— Я буду ждать тебя… через тридцать дней на прежнем месте. Или здесь, когда бы ты ни пожелала прийти.

Его губы осторожно прильнули к моей щеке, и я осталась в беседке одна…

Во "внешний мир" я перенеслась в считанные секунды. В доме, из которого месяц назад унеслась с такой поспешностью, царила гробовая тишина. И никаких признаков Доминика… Меня охватило разочарование — неужели он забыл, что я возвращаюсь сегодня?.. Но тут же, поражённая догадкой, торопливо очертила круг из освящённой земли и сдёрнула с запястья часы…

Завораживающее измерение, где в небе кружатся миллионы зеленоватых огоньков, а трава светится мягким голубоватым светом… В объятиях Доминика я оказалась едва почувствовала её под ногами…

— Никогда… — хрипло заявил он. — Никогда больше не проси меня идти на подобную дикость… Пусть земля и небо поменяются местами… больше я не отпущу тебя никогда…

Судорожно прижавшись к его груди, я только чуть слышно прошептала:

— Согласна…

Глава 24

— Тебе нужно утолить жажду…

Ласковый шёпот Доминика вернул к реальности. Жажда и правда была ужасной… Обычно потребность в крови пересиливала всё, и игнорировать её было невозможно. Но сейчас я настолько забылась в объятиях Доминика, что, пока он не напомнил, даже не обратила на неё внимания. Наверное, если бы земля и небо в самом деле поменялись местами, я бы и этого не заметила…

— А ты пока отправишься на охоту?

— Перед твоим появлением я утолил жажду, насколько позволили мои вены, и пока могу обойтись без крови. Но не хочу мучить тебя. Твои глаза становятся светлее, когда жажда усиливается. И, судя по их цвету сейчас, медлить уже не стоит.