Вампиры: Когда ночь сменяет ночь Книга 2 (СИ) - Тигиева Ирина - Страница 103

— Уязвимость, — зло процедила я. — Да, это чувство мне знакомо. Уязвимой меня сделали обстоятельства.

— Обстоятельства принято наделять гораздо большей властью над судьбой, чем они обладают на самом деле. В действительности не они выбирают нас, но мы выбираем их.

— Мы выбираем? Думаешь, я этого хотела?.. Вечно бежать от Арента? Скитаться по отвратительным безднам нашего мира в надежде найти способ от него освободиться? Находиться в постоянном страхе, что рано или поздно он превратит меня в тень меня самой! И это, по-твоему, я выбрала?..

— Тогда ответь, как бы развивались "обстоятельства", если б ты не бежала от него? Если бы убивала, как все мы, и не могла прикасаться к своей святыне? Я должен был подвергнуться опасности, чтобы поверить в истинность нависшей над нами угрозы. Ты поверила в неё со слов одной проклятой души, произнесённых в присутствии другого бессмертного, который не придал им значения. Так где здесь заканчиваются обстоятельства и начинается твоя воля?

Я молча отвернулась. Порыв ветра взметнул мои волосы, и они хлестнули меня по лицу.

— Конечно, я не отрицаю силы обстоятельств, — тихо заключил Юнг-Су, — но то, что делаем с ними мы, — исключительно наша заслуга.

— Мне казалось, так многое изменится, когда я стану бессмертной. И я боялась этого, и больше всего, что перестану быть собой. Но ничего не изменилось. Я так же испытываю страх и боль, и ту же неуверенность в будущем… Но теперь не знаю, хорошо это или плохо…

Принц наклонил голову, пытаясь поймать мой взгляд.

— Это не может быть хорошо или плохо, Ён-Ми. Это — ты, вот и всё.

"Ён-Ми" — "красота цветка", называла меня Ран-Чжу. Новое имя было чем-то вроде посвящения — подтверждением моей принадлежности к клану. Я улыбнулась, услышав его теперь от Юнг-Су. Ладонь принца легко сжала мою, и я довольно глупо хихикнула — подобных вольностей в нашем общении ещё не было. Юнг-Су тут же выпустил мою руку, и я, стараясь скрыть неловкость, спросила:

— Принц Юнг-Хи — ведь один из "избранных", которым позволено выходить в мир людей? Разве Ран-Чжу не могла бы сопровождать его?

— Нет, — лицо Юнг-Су мгновенно посуровело. — Она просила об этом?

— Идея целиком принадлежит мне. Прости, я не должна была вмешиваться.

Я опасалась, что моё предложение, о котором Ран-Чжу на самом деле ничего не знала, будет иметь для неё неприятные последствия. Но она продолжала появляться у меня, как обычно, так же щебеча о прелестях "внешнего мира" и своём желании когда-нибудь в нём побывать.

— Хотя… — однажды заявила она. — Пребывание здесь тоже могло бы стать сносным, если бы…

Она замолчала, опустив веки и явно ожидая моего вопроса.

— Если бы что? — рассмеялась я.

— Если бы ты осталась с нами! — Ран-Чжу порывисто ухватила меня за рукав и затараторила, не давая возразить:

— Тебе ведь здесь нравится! И с нами ты была бы в безопасности от того, кто тебя обратил…

— …так же как и от того, ради кого стала бессмертной, — я мягко высвободила рукав из её пальцев. — Извини, но это никак не…

— Ты действительно так к нему привязана? — Ран-Чжу недоверчиво прищурила глаза. — Возлюбленного ты могла бы найти и здесь.

— Правда? И кого?

— Думаешь, принц Юнг-Су взялся обучать тебя просто со скуки?

— Перестань, Ран-Чжу, я ведь говорила, что…

— Мы здорово донимаем этим Мин-Хи. Стоит ей появиться, девушки начинают шептаться, что ты — возлюбленная принца и скоро станешь его новой наложницей…

— Ран-Чжу… Единственное, чего ты этим добьёшься: она попытается вырвать мне сердце во время следующей трапезы.

— Ничего подобного. Мин-Хи не посмеет поднять на тебя руку. Она уже много раз просила принца отослать тебя прочь. И знаешь, что он ответил?

— Нет. И мне интересно, откуда ты знаешь.

— От кисэн — откуда же ещё. Он сказал, что ты — его гостья и останешься здесь сколько пожелаешь.

— Иными словами — месяц.

Взгляд Ран-Чжу вдруг переместился на что-то за моей спиной. Я посмотрела в том же направлении. К ажурной беседке, отражавшейся в одном из многочисленных прудов королевского сада, шествовала принцесса Мин-Хи в сопровождении прислужниц.

— Змея вышла на прогулку, — ехидно прокомментировала Ран-Чжу.

— Ран-Чжу-ши[7]…- мы обе, как по команде, обернулись.

Почтительно сконившись, перед нами стояла кисэн.

— Ран-Чжу-ши, — тихо повторила она. — Принцесса Ми-Ок послала за тобой. Она ждёт в голубой комнате.

— Дьявол! — взорвалась Ран-Чжу. — И какого дьявола ей надо?

Услышав однажды это ругательство от меня, теперь она повторяла его при каждом удобном случае.

— Жена принца Юнг-Хи? — удивилась я.

— Она прекрасно знает, что я с тобой! — возмущалась Ран-Чжу. — Дьявол! Ну да ладно. Постараюсь отделаться от неё быстро.

Когда они исчезли, я опустилась на траву. Мин-Хи задумчиво перебирала струны пипы, и вот нежная печальная мелодия полилась над прудами с качавшимися на воде лотосами, живописными арочными мостиками и беседками, над бамбуковыми и сандаловыми деревьями, кедрами, плакучими ивами, цветочными террасами с пионами, лилиями, хризантемами… Сад был огромным, и я всякий раз восхищалась его красотой…

Мин-Хи начала петь. Удивительно, насколько проникновенно звучал её голос. Прислужницы исчезли, принцесса была одна — и не только сейчас в этой беседке. Одиночество было её уделом со дня, когда она покинула двор своего отца. Столетия безрадостного существования рядом с супругом, так и не ответившим на её любовь… Я невольно подумала об Аренте. Если бы он смог понять… Рядом со мной его ждали бы те же горечь и разочарование, которые изливались в жалобной песне Мин-Хи… Мимо пролетел ночной мотылёк, серебристой нитью блеснула зацепившаяся за лист паутинка… Вот уже две недели я здесь. И ещё ни разу до этой ночи не оставалась наедине с собой… Постоянное присутствие принца, Ран-Чжу или кисэн отвлекало от мыслей о Доминике, но сейчас желание увидеть его охватило с такой силой, что я не могла мыслить здраво. Скоро начнётся тренировка с Юнг-Су, потом общая трапеза и снова тренировка… а после я обещала Ран-Чжу сыграть с ней и её подругами в мяч… Моё отсутствие будет наверняка замечено и вряд ли понято… Усилием воли я овладела собой, и вдруг в ветвях ивы, шелестевшей листьями в нескольких шагах от меня, сверкнул зеленоватый огонёк. Ещё два мелькнули в кустах совсем рядом со мной и ещё несколько чуть поодаль… То исчезая, то появляясь, светлячки кружились в воздухе, словно дразня… и я не помня себя сорвалась с места…

[1] Пипа — китайский щипковый музыкальный инструмент типа лютни.

[2] Ямато — древнее название Японии.

[3] Конкубина — наложница.

[4] Паджи — длинные присобранные внизу штаны с широкими штанинами, один из самых древних элементов корейского женского костюма.

[5] Вихэ — корейск. "верх, верхний". Так в Силла называлась длинная верхняя кофта, которую носили подпоясанной поверх штанов-паджи.

[6] Со-са-ри — каменные изображения духов-хранителей: столбы в 8 футов вышиной, верхушки которых представляют грубо вырезанные изображения человеческого лица. Их часто помещали при входе и выходе из деревень или домов.

[7] "-ши" — суффикс, который добавляется к имени при уважительном или формальном обращении, обычно переводится, как "господин" или "госпожа".

Доминик был в нашем мире, но… едва его увидев, я торопливо спряталась за ближайшим нагромождением камней. Он был не один. Вокруг на обломках скал и плоских камнях расположились десятка два бессмертных. Я узнала Андроника, рядом с ним небрежно развалился Луций… Встреча предводителей — поистине я выбрала удачный момент для появления! Гигант с пшеничного цвета волосами рывком поднялся со своего камня и что-то пробасил про вырванные сердца и Рагнарёк[1].

— И где, по-твоему, находится этот центр земли, Улуф? — перебил его Андроник. — В легендах его упоминали не только твои предки, но какая нам от этого польза?