Маркиза с сюрпризом (СИ) - Цыбанова Надежда - Страница 48

В плену оказалось неожиданно комфортно. Кровать с периной, столик, пуфик, кушетка, шкаф, трюмо. За одной из дверей размещалася отдельная комната для уединения со своим организмом. Окно, правда, заколочено.

Я прижала ухо к дверному замку, прислушиваясь к происходящему в доме.

— Да спокойная она, — отчитывался побитый мной тип. — Один раз только взбрыкнула и все. Не истерла, не болтала.

— Это-то и хуже, — отозвался подозрительно знакомый голос, — мало ли что у нее на уме. Она вообще баба с фантазией. И это пугает.

Ага. А еще я злая и на память не жалуюсь, Тай Ларнауд.

Так, с врагом определились, осталось задуматься о спасении. Хотя глупо сбегать не получив материал для статьи. Нутром чую тут премия в двойном размере минимум. Эх, не прихватила я фотографический амулет.

Зеркало отобразило бледную всклокоченную смерть с мягкой улыбкой на губах. Святушки-матушки, брр, ну и ужас. Надо срочно приводить себя в порядок.

Время тянулось, словно мед не первой свежести. Уже даже закрались подозрения в отсутствии гуманизма по отношению к пленнице, ведь живот начал подвывать от голода.

Когда щелкнул замок, я сидела на кровати, чинно сложив руки на коленях. Я была готова ко всему. И это не помогло удержать отвалившуюся челюсть.

— Что, гадина, не ожидала? — прошипела Сандра Штелф, неся поднос. Посуда на нем позвякивала, видимо девицу переполняла злость.

— Ну, скажем, дух моей покойной прабабки оказался бы более приятным сюрпризом, — я гадливо поморщила нос. — Та еще стерва была, говорят. А ты тут, что ли, вместо прислуги?

Штелф от гнева пошла красными пятнами. Без слоя штукатурки выглядело это весьма не аппетитно. Еще и поднос сильнее сжала пальцами, будто собираясь швырнуть им в меня.

— Не смей! — прошипел из-за двери… младший сын виконта Дерюбе. — Хозяин сказал, что она нужна целой и невредимой!

Я всплеснула руками:

— Просто вечер встреч со старыми… А кто вы мне, бесценные мои? Друзья? Нет. Враги? Ой да, не смешите…

— Она зубы вам заговаривает, — в комнату вошла новая действующая морда. Никак не лицо. Хотя с чего это она новая?

— Тай, целехонький, — я прошлась взглядом по фигуре мага. — А жаль. Говорят, что при использовании илькатрона шанс выжить пятьдесят на пятьдесят. Так это все собрание или еще кого ждем?

— Нет, — маг с видом победителя чудовища прошелся по комнате. — Эти двое поступают в твое распоряжение на время пребывания здесь на правах гостьи.

Мне понравилась, как Сандра вздрогнула.

— На правах похищенной, я заявляю — прислуга у вас так себе. Девица хамоватая. Да и боюсь я еду из ее рук принимать, вдруг отравит. Или еще какой гадостью накачает. Не-не-не.

— Не беспокойся, дорогая, она тебе не посмеет навредить, — он потрепал Штелф по плечу. — Если что наш юный друг за ней присмотрит.

— Мне обещали информация, — я поправила манжеты и приняла заинтересованный вид.

— Ну, ты и наглая, — толи ужаснулся, толи восхитился маг. — Точно ведьма, теперь-то я не ошибусь.

В сюрпризе главное что? Правильно, элемент загадочности. Вот и не буду я сейчас разочаровывать Ларнауда. Приберегу эффект неожиданности до лучшего времени.

— За это и любима, — посмотрела поверх головы вздрогнувшей Сандры, накрывающей небольшой столик. — Ты мне, кстати, интервью должен.

Дерюбе подавился воздухом. Еще бы не каждая пленница будет себя вести как хозяйка положения.

— Вот это воспитание, — присвистнул маг.

Я хмыкнула. Прямо в точку попал. Нашей семье всегда принадлежали пастбища и даже девочек с младенчества приучали к выездам на них для контроля. Волки в наших краях не настолько отчаянные, чтобы в открытую нападать на отару, когда рядом люди, но и вести себя правильно перед хищником в нас вдалбливали. Нельзя показывать страх.

Если честно, я давила на то, что Ларнауд был молод. Мой ровесник или чуть старше. Это видно по глазам. А молодость и самомнение — опасные слабости даже для умника. Очень сложно удержаться, чтобы не похвастаться гениальностью.

— Ладно, — сдался маг перед моим невозмутимым видом и чуть приподнятой брови. Развернул один стул ко мне спинкой и оседлал его. — Давай поговорим.

Штелф как бы невзначай замедлилась. Кажется, кого-то тут держат в неведенье. Я ее терпеть не могу, но при удачном раскладе есть вариант перетянуть ее на свою сторону. А вот с Дерюбе не получится, он слишком слушается «хозяина». Тай просто кивнул, а младший сын виконта бросился за дверь исполнять.

Я вытащила из ридикюля блокнот и руку.

— Начнем с основного. Расскажите о себе.

Ларнауд удивленно моргнул. Не ожидал, что блистать злым гением так просто никто не позволит?

— О себе? Хм. Давай-ка прибережем эту бесспорно ценную информацию на потом.

— Так и запишем: ничего выдающегося, — пробормотала я себе под нос, но достаточно громко, чтобы быть услышанной.

Ларнауд на провокацию не повелся, а лишь многозначительно фыркнул.

— Тогда о своих целях. Чего ты хочешь достичь в жизни. К чему стремишься.

— К мировому господству, — бросил она скучающим тоном, словно разговор шел о выборе шейного платка.

— И как успехи? — с серьезным лицом спросила я. Априори любого интервью: слушать собеседника внимательно и не ржать, даже если он несет откровенный бред.

— Вот решил начать с завоевания вашей милой страны. Свергну Кененгов и захвачу власть. Причем абсолютно бескровно. Я молодец?

Хорошо, что я не притронулась к еде, а то бы точно подавилась. Под удивленным взглядом мага я согнулась пополам от хохота. Потому что удержать оказалось невозможно. Смеялась я долго и со вкусом, размазывая слезы по щекам.

— Серьезно? — с трудом отдышалась я. — Взять и сместить Кененгов? Реально? Мда, такого подготовленного и извращенного самоубийства этот мир еще не видел.

— Что ты имеешь в виду? — Ларнауд держал себя в руках, но бешено бьющуюся жилка на виске его выдавала.

— Как только твой гениальный зад умоститься на троне, камень выпьет кровь, а тело высушит. Были показательные случаи — изучай историю.

Маг нахмурился.

— Трон можно заменить.

Я снова не удержалась и рассмеялась. Не задалось интервью, что поделаешь.

— Вот это и называют — недостаточным планированием. Нельзя уничтожить трон. И нельзя, чтобы он пустовал. Иначе магия взбесится. В Хетрене точно никто не выживет. Эхом прокатится по другим странам. Возможно, там хоть кто-то спасется. Жаждешь мирового господства над руинами? Оригинально, ничего не скажешь.

Ларнауд метнул взгляд на Штелф.

Ей-то откуда знать такие подробности. Сразу видно, папенька растил свою розочку исключительно в элитной теплице и подкармливал не менее элитным навозом. Если в этой белокурой головке родится мысль, тараканы умрут от инфаркта.

— Почем уже? — после минутного колебания решил обогатиться знаниями маг.

— Совместим интервью с лекцией, — я холодной улыбнулась. — Когда-то давным-давно в этом мире жили драконы. — Ларнауд открыл рот, но я опередила его. — Молчать! Слушать! — Сама аж вздрогнула, как тон стал похож на учительский. — Итак, драконы. Они и вправду жили. Одни маленькие, другие крыльями закрывали небо. У каждого было человеческое воплощение. Не то чтобы он оборачивался в нас, это как связанные кровной клятвой. Почему умерли драконы неизвестно, но вместе с ними погибли и люди. Все кроме одного. Кто-нибудь из вас знает, откуда пошло название Хетрен и почему только у нас много магически одаренных, а в других странах единицы? Эхэхэх. Наше королевство стоит на костях дракона. И имя ему было Хетрен. Такая вот громадина. Следующий вопрос: угадай, как звали человеческое воплощение дракона? Причем заметь, мода называть Кененгами всех своих детей пошла не сразу. Как говорится, не в имени дело, а в крови. Если выстроить портреты королей в ряд, можно поиграть в игру «Найди десять отличий». Они все как близнецы. Ген жены всегда оказывает рецессивным с мальчиками, для этого проводиться специальный обряд. И поэтому бастарды не угрожают власти, поскольку они не чистокровные. А разбавленные гены магия не примет. Вот с дочерьми уже как повезет. На троне может сидеть только Кененг, потому что он сердце дракона, пусть и мертвого. И вся магия это кости, по которым мы ходим. Вот как-то так.