Маркиза с сюрпризом (СИ) - Цыбанова Надежда - Страница 10

— Отец стар, — отмахнулся от обсуждения перечня болезней родителя Рассел.

И я его понимаю. Ныне пока еще здравствующий герцог фон Тилль старшенького заполучил уже в возрасте шестидесяти лет. Не везло бедняге с женами. Первая покончила жизнь самоубийством, другая неудачно оступилась на лестнице, одну вообще отравили. И по каждой траур носи пять лет минимум. Последняя прижилась, но долго не могла забеременеть. Чудо ниспослало на род фон Тилль лишь двух сыновей. Но старший в двадцать пять лет был призван Кененгом Девятнадцатым как Исполнитель. Неслыханное дело герцогских фамилий всего две осталось, а их детей еще и заставляют из рода выходить. Но что поделаешь — таков закон: служба короне выше титулов. И наследником стал младший братец. Думаете, он обрадовался? Угу, на радостях собрал свои пожитки в узелок и сбежал из дома. Говорят, в наемники подался, а может и разбоем промышляет. Герцог и Исполнитель комментировать ситуацию отказываются.

Я в пол уха слушала разговор о погоде, общих знакомых и ценах на картошку. Вынырнула из дремы, когда от расшаркиваний перешли к самому интересному:

— Могу я узнать о цели вашего визита?

— Цель. Да, — странно крякнул Рассел. — Вы в курсе, Ванесса, что ваша дочь ночью брала интервью у некроманта? — Мама ойкнула и испуганно округлила глаза. — Не переживайте, никто не пострадал: ни некромант, ни кладбище. Меня, правда, пытались подстрелить, — в комнате все задержали дыхание, — но Кларисса оказалась на редкость криворукой. — Язва. А было лучше, если бы я попала?! — Затем Его Величество имел неосторожность пригласить некроманта во дворец…

Какая право интересная формулировка. И такой многозначительный обрыв фразы. Ему бы к нам пойти работать.

— И что же случилось? — не выдержала первая мама.

— Этот Манфред, — чувствуется, Дорей хочет использовать другое слово, но в присутствие дам сдерживается из последних сил, — для начала оживил умершего кота Ее Величества. Скверный рыжий негодник и при жизни был тем еще засранцем, а уж после смерти… Потом этот уникальный решил что зверюшке скучно. Знаете сколько в подвалах замка дохлых крыс? Ровно двести тридцать шесть. Зато котик совместно со стражей развлекся. И еще парочка слуг повеселилась до инфаркта. И тут же была поднята из сострадания. Вам случайно слуги-зомби не нужны? Нет? Какая жалость! Когда все уже понадеялись, что некромант пошел спать… его нашли в королевском склепе. Жалкий остаток ночи, точнее утра я бегал по коридорам! Как мальчишка! Собирая призраки почивших королей! Хорошо еще монаршьи особы защищены посмертием от превращения в зомби, только бестелесные сущности! Знаете, сколько раз мне прочитали нотации об уважении к монарху?! — Под конец спича Дорей уже орал не сдерживая себя.

Мы с мамой переглянулись. Роза на попе беспокойно засвербела.

— И? — осторожно спросила у Рассела. — Вы пришли, чтобы поделиться с нами горем?

— Именно! — Мужчина звонко хлопнул себя по коленям. — Его Величество настоятельно просит избавить дворец от неумной доброты Манфреда. Выгуляйте его сегодня где-нибудь, пока мы готовим ему отдельный дом!

Я нервно икнула. С одной стороны приказы Кененга Девятнадцатого не обсуждаются, но нянчить взрослого дядьку, со сдвигом в мозгах, когда у меня горит статья, это навлечь на себя гнев Ганса. Прямо теряюсь в вариантах, что хуже.

— Почему я? — Нет, ну правда, как маг я никакой, да и общество меня не любит.

— Это уже желание самого некроманта, — развел руками Рассел. — Он отказывается гулять в компании с кем-нибудь другим.

На моем лице отобразилась борьба между долгом и желанием выжить. Перекосило меня знатно.

— Почему я? — Нет, ну правда, как маг я никакой, да и общество меня не любит.

— Это уже желание самого некроманта, — развел руками Рассел. — Он отказывается гулять в компании с кем-нибудь другим.

На моем лице отобразилась борьба между долгом и желанием выжить. Перекосило меня знатно.

— А мы ведь могли Манфреда вообще подселить к вам, — прозрачно намекнул на необходимость согласиться без колебаний Исполнитель. — Только одного некроманта оставлять нельзя.

Я наткнулась на круглые глаза горничной. И счастья там не было, лишь панический ужас. Представив, как наш аккуратный и небольшой домик трещит по швам от «понаехавших», я вздрогнула и быстро выпалила:

— Погуляю! Чего ж не погулять!

Ох, как я была не права, поддаваясь на шантаж этого пройдохи. Да лучше бы каждое утро устраивала баталии за ванную комнату и спала в кладовке, чем подвязалась понянчить некроманта.

Нет, сначала все было чинно и благородно. Мы не спеша прогуливались по Центральному парку и любовались природой. Пока не нашли мертвого воробушка. Воскрешенный маленький птиц решил, что он теперь тут главный. У голубей случился культурный шок, когда на них сверху спикировал недоорел. Местному поголовью котов тоже был нанесен моральный урон.

Знаете, сколько сердобольных горожан закапывают в Центральном парке умерших домашних животных? Вот и я не знала. Когда уже за нами преданно следовала целая армия из котов, собачек, хомячков и прочих зверюшек, я мечтала оказаться где угодно: на плахе, в камере или в тесной компании стражей. Но лишь бы подальше от добрейшей души некроманта. Каждое поднятие он сопровождал сюсюканьем «ох, ты бедняжка». Следовавшие за нами соглядатае, только и успевали развеивать чары расходуя гору амулетов, а то наше небольшое шествие грозило перерасти в массовый психоз.

Парк мы покинули спустя два часа и кучу моих нервных клеток.

Городской фонтан некроманта не впечатлил — рыбок даже мертвых тут не водилось. Зато стоило Манфреду попасть на улицу торговцев и от стыда мои щеки сравнялись по цвету с волосами. Ну а как иначе, когда мужчина только что шедший с тобой под ручку внезапно срывается с места и с гиканьем вприпрыжку бежит к лавке с леденцами. Я посмотрела на вытянутые лица соглядатаев в серых непримечательных костюмах и со вздохом бросилась догонять некроманта. Продавец, видя столь резвых покупателей, нервно вцепился в прилавок. Бедняга думал, что его будут сейчас чуточку грабить. После леденцов была сладкая вата, моченые яблоки и пышные пироги. Манфред с энтузиазмом ребенка метался между торговцами. А я все краснела и краснела под сочувствующими взглядами. Не буду же я каждому объяснять, что мало того, что он некромант, так еще и не в себе малость. Хотя какая тут «малость»!

Ладно, испытание едой мы как-то пережили. Но апофеозом прогулки стал плащ дамы. Красивый такой, переливающийся. С меховым воротником. Я не отношусь к защитникам зверей, которые вместо нормальной работы рисуют транспаранты и выходят на улицу с пикетами, но меня покоробила мордочка лисы с глазами-бусинками. Зачем так явно демонстрировать, что у тебя натуральный мех? И если уж ты решила показать всем какой толстый кошелек у мужа, нечего так визжать если твой воротник оживет. Один из сопровождающих нас только провел рукой по лицу, когда дамочка осела на брусчатку в обмороке.

Совместное горе сближает, мы доказали это с соглядатами, объединившись с единственной целью — увести некроманта с проходных улиц. Но темные подворотни оказались куда опаснее. Поднятый очередной «бедняжка» в засаленной одежде и беззубым ртом финальным аккордом завершил нашу увлекательнейшую прогулку.

Один Ганс радовался как ребенок, когда я принесла ему заметки по нашей прогулке. По-моему, скоро при слове «премия» мы с главредом будем синхронно дергать левым веком.

* * *

Хлоя замерла перед моим рабочим столом памятником оскорбленной добродетели. На всякий случай передвинула на другой край все тяжелые предметы подальше от загребущих ручек.

— Везет же рыжим маркизам! — с надрывом простонала не натуральная блондинка.

Право слово, заход неординарный. Я поставила локти на стол и опустила подбородок на сцепленные руки в ожидании дальнейших стенаний. И Хлоя не разочаровала.

— Вот вечно так! И некромант ей! — Ага, то-то же меня всей редакцией выпихивали на кладбище. — И на задержание маркиза опять она! — А кто меня в полисмецию послал? — А как бедной девушке заработать себе на еду, если все сливки отдают Рыжей Исе?! — Вот прибедняться не надо, Ганс буквально вчера выписывал тебе премию. Еда, конечно, разная бывает. Вот в популярном у богатеев «Мираже вкуса» недавно ввели новое блюдо: черная икра покрытая золотой пылью. Съешь бутербродик и месяц потом на сухарях жить будешь. — И вот теперь герцог! А я бы его охмурила! И замуж вышла!