Голос во тьме (СИ) - Танго Аргентина - Страница 36

«А у его светлости ноги отвалятся подойти», — кисло подумал Натан и пошел навстречу синьору Фьяманте. Ну какого черта?! Бреннон был уверен, что этот тип — коренной риадец, на черта ему иларская фамилия? Пылающий, видите ли!

— Ну? — спросил комиссар. — Где Пег?

Племянница тут же высунулась из оконца, может, и не свежая, как майская роза, но такая бодрая, что Натан позавидовал ее семнадцати годам.

— Дядя, как ты? Все целы? Вы его поймали?

— Нет, — ответил комиссар, — утек. Но за ним гонится Рейден. А ты?

— Со мной все в порядке. Синьор Фьяманте нашел…

— Мы нашли, — нетерпеливо перебил пироман, — возможное место появления маньяка.

— Это хорошо? — осторожно спросил Бреннон. Пироман фыркнул:

— Вы все еще думаете, что подобные люди самозарождаются, как мыши в сене? Запомните уже — стихийные порталы не выдумка, и маньяк будет нести в себе его отпечаток до конца своих дней.

— То есть, если вы найдете исходную точку, — заинтересовался Натан, — то сможете проследить за маньяком?

— Надеюсь. Ну, или по крайней мере, смогу собрать амулет, способный отследить отпечатки магии портала. Тогда, при некоторых усилиях, можно найти и носителя.

Бреннон поскреб бородку.

— И чего вам за это надо?

Глаза пиромана блеснули.

— О! Вы сообразительный человек, — со смешком заметил он.

Пегги распахнула дверцу экипажа и высунулась из него вся, чтобы принять участие в своей судьбе:

— Дядя, если вы его не поймали, значит, он снова придет за мной. Или начнет убивать девушек, чтобы я пришла к нему. Я… я все еще не могу вернуться домой.

— Джен будет тебя охранять.

— Что вы будете делать, когда обнаружите маньяка? — осведомился пироман. — Ваша ведьма — единственная, кто в состоянии к нему приблизится.

— Я не позволю вам забрать Пегги, — сказал Бреннон, сверля синьора взглядом. — У меня есть кое–какой способ ее спрятать.

Пироман сжал губы и упрямо уставился на комиссара из–под сведенных бровей.

— Вот как? Тогда вам ни к чему знать, что за место мы нашли, и амулет, я так полагаю, тоже не нужен?

— Дядя! — воскликнула Пегги и положила ладошку на плечо пиромана: — Пожалуйста!

Она обращалась явно к своему синьору, и он ответил ей недовольным взглядом; за все это время Маргарет ни разу не выдала ни его имени, ни фамилии даже случайной оговоркой. Когда она успела такой стать? Или всегда была, а они не замечали за нежным лицом, большими глазами и красотой феи?

— О чем ты вообще думаешь, Пег? О своей репутации? О добром имени, например?

— Но ведь никто и не узнает, — пожала плечами девушка. — Все уже видели, как я уехала.

— При чем тут узнает или нет? — сказал Бреннон. — Пегги, ты доверяешь себя совершенно постороннему мужчине, о котором не знаешь ничего!

Племянница так серьезно и спокойно посмотрела ему в лицо, что Натан вдруг ощутил полное бессилие. В самом деле, может, она уже знает пиромана так близко, что лучше и не задумываться? Вероятно, будь он ее отцом, он бы и нашел выход. Но он был только ее дядей и не знал, что ей сказать. И что сказать ее родителям? «Когда–нибудь это все равно случилось бы, вам же никто не обещал, что это будет тот, кого вы сами выбрали»?

— Давайте попробуем компромисс, — сказала Маргарет. — Я спрячусь в твоем укрытии, дядя, но ты разрешишь мне помочь синьору Фьяманте.

— А он сможет гарантировать твою безопасность?

— Знаешь, это уже просто невежливо с твоей стороны, если учесть, сколько уже он для меня сделал! И для тебя тоже!

— Вам все еще недостаточно моего слова? — насмешливо спросил пироман.

— С чего мне верить слову человека, который даже не знает своего имени?

— Ну давайте еще поторгуемся, — фыркнул чародей. Маргарет наклонилась к нему и что–то зашептала, касаясь каштановыми локонами его волнистых волос. Синьор помолчал, побуравил Натана пристальным пронизывающим взором.

— Если вы хотите, то ведь все равно рано или поздно придется сказать, — тоном няньки, увещевающей капризного ребенка, сказала девушка.

— Я бы предпочел поздно.

— Но вы ведь сами говорили, что он вам нужен. Как он, по–вашему, должен будет вас называть? А доверять?

Бреннон с удивлением выслушал этот обмен загадками. Однако аргументы вроде бы пиромана проняли. Он еще раз оглядел комиссара с головы до ног и процедил:

— Энджел Редферн. Теперь вы готовы наконец меня выслушать?

— Эдмурское крушение случилось семь лет назад, — сказал Натан. — История вышла громкая — не только из–за числа жертв. Железнодорожников заставили пересмотреть все рельсы едва ли не с лупой, изучить каждый винт в вагонах — так что, в каком–то смысле, принесла она и пользу. Определенно эти душегубки на колесах стали безопаснее.

— Так что же случилось? Я слышал об аварии, но был занят на континенте и не вникал в детали.

Комиссар распустил бечевку на первой пачке газет из полицейского архива и положил газету на рабочий стол. Пес опустил морду на столешницу и скосил глаза на передовицу.

— Эдмур, чтоб вы знали, уже пару сотен лет производит дилижансы, кареты и экипажи. Спрос на которые изрядно упал, когда в стране началась прокладка железных дорог. Жители города несколько раз устраивали бунты, когда власти провинции решили провести железнодорожную линию к Эдмуру. Тем не менее, протесты ни к чему не привели, и в городе построили станцию и вокзал.

Натан протянул Лонгсдейлу гравюру с изображением торжественного открытия станции. Консультант посмотрел, передал ведьме, а та положила ее под нос пса. После того, как Джен потеряла маньяка во время преследования, она вела себя очень тихо и скромно.

— Еще во время постройки ходили слухи, что рельсы все время подтапливают эти, как их… грунтовые воды. Естественно, подрядчик не хотел терять такой куш и строил с упорством бобра на плотине. Так вот, семь лет назад, горожане, вдохнув как следует дыма и копоти от поездов, решили, что с них хватит, и задумали устроить бучу. Разумеется, они не собирались кидаться на рельсы. Эйк Талбот, которого признали зачинщиком, — комиссар вытащил из коробки копию дела и бросил на стол, — показал, что они планировали перекрыть движение поездов, когда те прибудут на станцию, сразу в обе стороны.

— И что у них вышло? — спросил Лонгсдейл.

— Вышло, что жертв оказались тысячи. Седьмого января жители, дождавшись, когда поезда встанут, перегородили пути. Вожаки уже влезли на баррикады и давай провозглашать свои требования. Не знали они только того, что владелец железнодорожной компании решил вдвое увеличить число поездов, следующих по этой линии. Служащие вокзала пытались донести до них эту нехитрую весть, но горожане заперли их в подвале вокзала. Выбраться удалось только одному носильщику багажа. Он передал телеграфное сообщение на обе станции — до и после Эдмура. К тому времени полиция явилась разгонять беспорядки, подтянулись прочие горожане, началась массовая драка.

— Они не успели остановиться? — жадно спросила ведьма, слушавшая рассказ комиссара как сказку на ночь. — Врезались в толпу, да?

— Угу, — буркнул Натан. — К тому времени, когда телеграфные сообщения дошли до станций, поезда уже на полном ходу приближались к Эдмуру. Разумеется, машинисты увидели толпы народа и, как показало расследование, пытались затормозить.

— Но не удалось, — сказал консультант.

— Потому что, — продолжал Бреннон, — рельсы вдруг поехали, как утюг по шелковой простыне. Оба движущихся состава, оба стоящих на станции, сама станция, здание вокзала — все рухнуло меньше, чем за полчаса. Внизу оказалась глубокая и узкая пещера, точно вдоль путей. Говорят, из провала несколько суток раздавался постоянный крик — а спасатели не могли спуститься вниз и достать до самого дна.

— Разве застройщик и владелец железнодорожной компании не знали о карстовой пещере внизу? — спросил Лонгсдейл. Пес презрительно фыркнул.

— Знали, — хмуро отозвался Натан. — На суде позже всплыли отчеты геологов, которые занимались изучением грунта перед постройкой. Но владелец компании решил, что дело обойдется сваями под фундаментом вокзала и станции.