Сюрприз для двоих (СИ) - Цыпленкова Юлия - Страница 53

- Я поняла, - она с абсолютным спокойствием, злым беспощадным спокойствием, поднимается и уходит из моей комнаты.

- Господи, что же теперь будет? я прикрываю лицо ладонями, чувствуя как по щекам бегут слезы. Димка, где же ты? мне кажется, что он должен меня услышать. Или я просто надеюсь на такое долгожданное чудо.

Но, к моему огромному сожалению, чуда так и не происходит ни в этот, ни в последующие три дня, которые словно огромный церковный колокол отбивают ровно месяц от последнего Димкиного звонка.

Весь этот месяц я практически не выходила из квартиры, боясь упустить момент, когда может позвонить Димка. Моя лучшая подружка недоуменно разглядывала меня, крутила пальцем у виска, когда я в очередной теплый летний вечер, отказывалась выйти с ней во двор, и уходила, обиженно сопя. А я даже ей не могла открыть свою маленькую тайну.

Мне было очень страшно. Димка не звонит, родители о чем-то шепчутся, запираясь по вечерам в своей спальне, лишь изредка мама тяжелым взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю, удостаивала меня. Мне страшно было увидеть глаза Димкиных родителей, ведь как можно было признаться им, что «милый и чистый Светлячок», как он меня всегда называл при них, сейчас беременна. Беременна!!! Я боялась всех и вся, начиная от недовольных взглядов моей матери, до, казалось, осуждающих взоров соседей, хотя ни кто о том, что со мной происходит, ничего не знал. Только отец, приходя по вечерам с работы, просто сидел около меня, стараясь подобрать какие-то слова, чтобы подбодрить. Казалось, только вот его стараниями я и выдерживала тот накал, который прочно обосновался в нашем доме.

- Маша, - спустя несколько дней меня вызвала на кухню мать, где до этого они с отцом о чем-то жарко спорили. Теперь послушай нас, дочь. Она холодно окинула меня взглядом, от которого я просто нервно съежилась. Отец настоял на том, чтобы ты сохранила этого ребенка. Я же считаю, что ты себе так только испортишь жизнь. я ошарашено смотрела в ее холодные глаза, ведь мне даже ни на миг не приходила в голову мысль избавиться от маленького существа, живущего внутри меня.

- Но оставаться здесь и позориться я тебе не позволю. слова матери словно ломают, а затем и убивают меня в тот момент. Поэтому, завтра ты забираешь документы из института, и переезжаешь к тете Тане она уже договорилась, продолжать учебу ты будешь там, как впрочем и все остальное. ее взгляд уперся на мой живот.

- Я поняла, - я тихо шепчу ей в ответ, стараясь сдерживать слезы, наполнившие мои глаза.

- Молодец, - она припечатывает свой приговор, можешь идти собирать вещи, завтра вечером у тебя поезд.

Я не скрываю слез, когда вернувшись в свою комнату, начинаю в какой-то бессмысленной путанице скидывать вещи в большую сумку, уже заранее приготовленную мамой.

- Маш, дочь. Ко мне подходит отец и крепко обнимает, словно пытаясь укрыть от всего окружающего мира, и я больше не сдерживаюсь, когда слезы переходят в откровенную истерику.

Я что-то невнятное шепчу ему, пытаюсь уговорить отменить жестокое решение матери, что-то говорю о своей любви к Димке, вываливаю на него все ту боль, что скопилась в душе, и страхи, нагнанные матерью. Он тихонько, как маленькую гладит меня по голове, пытается объяснить, что именно отъезд поможет мне во всем разобраться, а матери умерить пыл. И только после его обещания, что он обязательно передаст Димке мои новые координаты, я начинаю затихать и успокаиваться.

А потом спешный отъезд, холодное прощание с матерью, встреча с теткой, которая хоть и была родной сестрой моей мамы, но все же отличалась более мягким характером.

Я восстанавливаюсь на учебу в местном институте, завожу какие-то новые знакомства, живу у тетки в квартире, стараясь по-прежнему, не отходить далеко уже от этого телефона, казавшегося мне единственным островком надежды. Раз в неделю звонит папа, интересуется моими делами, рассказывает про свои, но все также отрицательно отвечает на мои вопросы про звонки Димы

- Папа, за что же ты со мной так? я стираю слезы со своего лица и беру в руки телефон, загоняя панику и истерику куда-то вглубь.

- Евгений Петрович, или вы даете мне отпуск с понедельника на две обещанные недели, или я пишу заявление по собственному. Я припечатываю свой приговор, устав слушать нелепые оправдания Евгеши на тему того, почему он не выдает мне до сих пор отпуск. И да, я договорюсь с Леной о переносе заказов на эти две недели, и со Станиславом, чтобы он принял особо страждущих, кому необходима срочность.

Шеф недовольно что-то бурчит в телефонную трубку, но мне уже глубоко наплевать, и я сбрасываю звонок.

- Лен, - следующей я позвонила подруге, - Я с понедельника в отпуске, так что, пожалуйста, перенеси всю клиентуру на две недели, либо отправляй к Станиславу.

- Маня, а что уже опять случилось? вот как она умеет определять, когда я вляпываюсь в неприятности для меня самой загадка.

- Лен, Дима узнал, что Кир его сын, но, я сделала глубокий вздох, наблюдая в окно, как серый «Лексус» покидает пределы двора не от меня.

- Вот, б !!! Ленка громко ругается. Светлова, ты идиотка!!! на меня несется поток ругани. Я же просила тебя, дуру!!! Как человека просила!!! Просила, чтобы ты ему сказала!!! Б !!! подруга уходит в раж, а я молча слушала ее, понимая, что Ленка была права с самого начала, и только мои внутренние тараканы оттягивали момент разговора с Димой. А ты тянула!!! Довольна!!! И чего ты добилась?!!! продолжала орать на меня Ленка. Дура ты, Машка!!! в трубке раздаются короткие гудки.

Вот теперь мне долго и упорно придется пытаться помириться с ней. Если Лена обиделась то так просто к себе она теперь никого не подпустит.

- Так, Машка, - вслух сказала сама себе, - Угомонилась. Дел наворотили, теперь осталось выяснить, как разгрести эту кучу, и уже спокойно поговорить с Димой. я посмотрела на свое отражение в зеркале прихожей. Будем бороться, Мань, - и в очередной раз кинула взгляд на отражение, и приняла решение.

Я взяла сумку, ключи от машины. И покинула квартиру, уже четко осознавая куда я сейчас поеду. «Ленка!» - грохотом звучит в моей голове, как только я спустилась во двор и подошла к автомобилю.

«Леныч , я тебя очень люблю и ты у меня самая лучшая. Не злись, пожалуйста.». Я отправила СМС-ку после того, как подруга трижды сбросила мой звонок.

«Не сейчас. Восемнадцать лет назад моя любимая девушка родила мне сына, представляешь?» - в голове вертится разговор с Димкой, и я вспоминаю эти любимые серые глаза, наполненные болью, обидой, злостью «Черт, Маша, ты за рулем!» - отрезвляющая мысль приходит в голову, не давая накатиться истерике.

«Угадай, кому я позвонил в первую очередь? Матери? Тебе!» - сердце сжимает болью, пропуская удары, сковывая тело «Маша, не смей!» я вновь возвращаюсь к дороге.

«А ты, черт тебя дери, носила моего сына!» - Да, Железнов, твоего сына! - я ору, словно пытаюсь докричаться до Димы.

«Ты не выдержала один месяц. Один. Месяц. Из армии дольше ждут» - Да, Железнов. Оттуда хотя бы знают, кого ждут. А кого должна была ждать я?!! Ты же толком ничего не объяснил!!! Тебя не было ЦЕЛЫЙ месяц!!! Ты не представляешь как это много ЦЕЛЫХ ДОЛБАННЫХ ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ!!! я, не скрывая свои эмоции, продолжаю орать, пытаясь разогнать тот страх, что сковал меня после таких жестоких слов Димы.

«Нужно было всего лишь сказать: «Дима, я беременна»» - Кому сказать, Железнов?! КОМУ?!! ответом мне звучит только тихой щебетание птиц, которые носятся у дороги, шелест шин, рычание двигателя.

«Господи, как же я теперь без него?» - выкрикнула и смахнула слезу.

«Мань, прекрати истерить ». - Я сделала глубокий вдох, затем выдох, и уже в более спокойном состоянии продолжила свой путь.

- Машуль ? - отец удивленно разглядывал меня, когда я въехала во двор, который постепенно укрывается сумерками.

- Да, пап. Это я. я пыталась скрыть всю злость, которая сейчас вновь накатила на меня. Мальчишки где? все же мой тон выдал то состояние, в котором я нахожусь.