Сюрприз для двоих (СИ) - Цыпленкова Юлия - Страница 44

Я перехватил ее руку. Машка замахнулась второй, перехватил. Она попыталась меня пнуть, и я прижал ее к подоконнику, нависая сверху.

- Помнишь, - отчеканил я. И я помню. Потому никуда не уберусь.

- Ненавижу тебя, - уже шепотом повторила она, глядя мне в глаза. Димка

В карих глазах стоят слезы. Она опускает веки, и на щеке вновь появляется влажная дорожка. Я ловлю соленую капельку губами, целую снова. Щеки, глаза, подбородок, кончик носа, уголок губ. Машка обмякает, и я отпускаю ее руки. Они тут же сплетаются на моей шее и губы открываются навстречу. Я захватываю их в бесконечный плен поцелуя, нежного, словно мои губы лебяжий пух. Я боюсь вздохнуть и сделать лишнее движение, но она сама все крепче прижимается ко мне. Не могу сдерживаться, мозг взрывается от тихого женского стона. Мы целуемся уже остервенело, срывая последние преграды. Мы оказываемся у кухонного стола, я усаживаю на него Машку и замираю.

Мои ладони обнимают ее лицо, я смотрю на нее, и сердце щемит от такого знакомого доверчивого взгляда.

- Машка, - ее имя вырывается стоном из груди. Как же я соскучился, Машка Родная моя, нежная.

- Димка, - ее шепот прерывается. Димочка

- Машк , я люблю тебя, - признаюсь я, и чувствуя себя в этот момент таким беспомощным. Все еще люблю, Светлячок. Ты нужна мне

Я слышу, как она сдавленно охает, и снова ловлю ее губы. Женские ножки, сплетаются за моей спиной, я подхватываю ее и несу в комнату. Здесь бережно опускаю на кровать и нависаю сверху, с жадностью разглядывая знакомые черты. Машка Ее ладони скользят по моей груди, даря тепло и желание, давно забытое желание. Страсть, уже бурлившая в крови, сметает последнюю плотину.

- Димка, - стонет она, когда я снимаю с нее одежду, целуя каждый обнажающийся кусочек этого желанного тела. Милый, - задыхается Машка, когда мои губы терзают ее.

Не могу оторваться от нее, не могу насытиться. Довожу ее и себя до исступления вновь и вновь, не спеша пройти последнюю грань. Хочу эту женщину до безумия, хочу так, что промедление начинает доставлять боль, но не могу оторваться и ласкаю, вновь и вновь подводя ее к черте. Упиваюсь ее стонами, наслаждаюсь криками, в которых звучит мое имя, мое!

- Димка, я хочу тебя, - сипло умоляет Машка.

Я закрываю глаза и погружаюсь в ее тело. Глухой стон рвется с губ. Мыслей нет, осталось одно желание срастись с ней, чтобы всегда чувствовать невероятный трепет ее тела, чувствовать запах ее кожи, слышать хриплое рваное дыхание.

- Димочка

Насладившись мигом первого единения, я делаю движение навстречу своей женщине. Ее пальчики сжимаются на моих плечах, ноготки впиваются в кожу, и это еще больше подстегивает, но я опять замираю.

- Димка, - громко вскрикивает Машка.

Я до безумия хочу услышать то, что она говорила мне когда-то. Мне это нужно. Потом я готов терпеть вранье, что это не так, но сейчас хочу услышать, и я смотрю на нее, ожидая тех самых слов. Машка распахивает глаза и удивленно смотрит на меня.

- Люблю тебя, - выдыхает она, и я больше не медлю.

Врываюсь в ее тело, заполняю собой, веду ее в нашем танце, в нашем страстном танго. Я чувствую, когда она оказывается на самом краю, впиваюсь ей в губы, и мой Светлячок срывается. Я жадно глотаю ее протяжный громкий стон, не упускаю ни капли, и спешу следом, содрогаясь в ярком вихре нашего наслаждения, выкрикивая:

- Машка

Потом я долго лежу, глядя в потолок и слушаю тихое сопение моей женщины, уснувшей на моей груди. Черт, я, кажется, наконец-то, счастлив.

Маша

Я проснулась из-за того, что случайный луч солнца пробился через неплотно запахнутые шторы и светил мне прямо в глаза. Осмотрела окружающее пространство и не сразу поняла, где нахожусь. Мой взгляд окинул светлую комнату в голубых тонах и темно-синие гардины, закрывающие окно. "Димка" - больная голова выдала воспоминание. "Вот черт - воспротивился здравый смысл - это же надо было вчера столько выпить".

Попыталась повернуться на другой бок, когда сильная мужская рука, до сих пор лежавшая у меня на животе, вдруг напряглась, и я оказалась прижата спиной к мужской груди.

- Поймал. - Произнес мне в затылок сонный голос Железнова.

- Дима, - я повернула голову и посмотрела на улыбающееся лицо Димки, который прищурил один глаз, а вторым с каким-то безумным удовольствием рассматривал меня. Сейчас он очень напоминал кота. Огромного, сытого, довольного кота. - А что мы с тобой делаем в одной кровати? я боролась с соблазном прикоснуться ладошкой к чуть небритой щеке мужчины.

- Я тебя обесчестил, благочестивая монашка. - Мужская ладонь погладила мой живот и переместилась на бок. - Машк , в сказки о срочной амнезии я не поверю.

- Вот, черт, - я негромко выругалась, вспоминая события прошедшей ночи. - Дима, ты воспользовался моим состоянием, - я взвизгнула, когда его пальцы пощекотали меня по талии, а губы коснулись моего плеча.

- Да, ты что? Не может быть. - Он меня дернул и уложил на спину, крепко прижав своим телом к кровати. - Значит, мне показалось, что ты была не против. - В серых глазах плескалось веселье.

- Дим, ты дурак или прикидываешься? - я с недоумением смотрела на него. - А если бы вернулась твоя благоверная, а мы тут вдвоем в одной постели? - я оттолкнула Железнова, вырвалась из крепких объятий и встала с кровати, завернувшись в одеяло.

- Оттуда не возвращаются, - замогильным голосом произнес он. - И да, я дурак, ты не знала? - Дима поднялся и подошел ко мне, положил руки на плечи и прижал спиной к своей груди. - Машк , ты нужна мне, - тихо сказал Железнов, прижимаясь щекой к моей макушке.

- Кажется, мы это уже проходили. - Я громко выдохнула и развернулась, чтобы посмотреть ему в глаза и, боясь поверить в то, что он говорит.

- Маш, Светлячок ты мой дорогой. - Дима утянул меня к кровати и усадил к себе на колени. - Ее больше не будет в моей... нет, не так, в нашей жизни. - Железнов нежно поцеловал меня в лоб, словно успокаивая капризного ребенка. - Я же обещал тебе сегодня все рассказать. Клянусь честно ответить на твои вопросы, на все-все-все. Но сейчас выкини Лильку из головы. Нет ее, нет, и не будет.

Я разглядывала какую-то футуристическую картину, висевшую на стене, пытаясь понять глубину той пропасти, в которую сама себя вчера толкнула. "М-да, Светлова, ты круглая дура" - твердил все тот же занудный здравый смысл.

- Машк , я тебя уже никуда не отпущу. - Голос Железнова пробивался сквозь мои мысли, занятые самобичеванием. - Ты слышишь, Светлячок, никуда не отпущу. - Он поцеловал меня в макушку.

Я на мгновение прикрыла глаза и, заглушая глас здравого смысла, расслабилась. То ли от этой не хитрой ласки, то ли от Димкиных слов, то ли от объятий на миг поверила... Просто, без всяких внутренних сопротивлений и обид.

- Машуль , давай так. Ты сейчас сходишь в душ, а я приготовлю нам кофе и завтрак. - Он все так же крепко меня удерживал у себя на коленях.

- Хорошо, - тихо прошептала в ответ, потеревшись носом об мужскую щеку. - И да, ты колючка.- Выпуталась из кокона одеяла, схватила какую-то футболку, висевшую на спинке стула, и ушла в ванную.

- Маша-а-а, - Дима догнал меня, обнял сзади, умостив свои ладони на моем животе. - А может...? М-м-м? - в голосе мужчины слышалось откровенное предвкушение. - Я очень соскучился по тебе, Светлячок. - Он уткнулся носом мне в волосы.

- Доктор сказал в душ, значит в душ. - Я перефразировала бородатый анекдот, повернула голову и поцеловала Димку в щеку. - И да, если можно, мне еще таблетку аспирина.

- Пьянь мелкая, - Железнов беззлобно хмыкнул, и, так и не выпуская меня из своих рук, повел на кухню. - Садись.

Я посмотрела на пол, где уродливым рисунком красовалось темно-коричневое пятно и осколки дорогущей фарфоровой посуды. "М-да, Мань, постаралась ты вчера" - здравый смысл начинал возвращать себе право голоса.

- Дим, давай, я это уберу. - Я покраснела и опустила глаза в пол, боясь смотреть на Железнова.