Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 200

Через секунд двадцать боя стало ясно несколько вещей. Я принудительно замедлял себя до уровня восприятия и реакции обычного человека — этого недостаточно для быстрой победы над довольно талантливым, судя по отзывам, аврором младшего ранга. Очевидно, что я её медленно давлю — постепенно просаживается скорость боя. Однако, мы не используем откровенно боевые заклинания.

Решив немного ускориться, я начал создавать перенасыщенные магией Сту́пефаи, отправляя по пять-шесть сгустков в белый туман, в котором проглядывала порой фигура Нимфадоры. Именно в этот момент Нимфадора рывком ускорилась, почти тут же оказавшись рядом со мной. Решила войти в этакий клинч, используя мою возможную «занятость» концентрацией на перенасыщении Сту́пефаев магией?

С палочки девушки почти сорвался мощный Сту́пефай, но я взвинтил скорость до уровня Нимфадоры и воспользовался одним из трюков Дельфины, которым она любила вышибать меня вблизи — перенасыщенный магией Реду́кто из трансгрессии. Именно оно создаёт эффект мощной ударной волны. Правда, есть ещё пара способов, но тут нужно выйти из трансгрессии — трансфигурация пространства искажает некоторые эффекты заклинаний.

Нимфадора вылетела из трансгрессии как пробка из бутылки, ощутимо приложившись спиной о ближайшую стену и припав на одно колено, приложила руку к голове.

— Экспелиа́рмус. Инка́рцеро.

Тусклый лучик первого заклинания обезоружил Нимфадору, а вторым её плотно и качественно связало.

— Хм… Ты можешь ускоряться? Достойно…

— Мордред… — уныло проговорила Нимфадора, связанным бревном лежа на полу и немного морщась от боли в голове. — Ну почти же… Ты не должен уметь ускоряться!

— Я и трансгрессировать уметь не должен. Почему ты посчитала, что знаешь предел моих возможностей? Лучше переоцени врага и победи.

Развеяв связывающие чары, помог Нимфадоре встать и вернул палочку.

— Было довольно грамотным решением подловить меня на концентрации при перенасыщении заклинания. Я бы сам так поступил, будь уверен, что противник не может ускориться.

— Ага… Проиграла школьнику. А ты молодец, — Нимфадора ткнула меня кулачком в плечо.

— А давай-ка со мной, — зашёл на нашу половину Билл, — а то девушку победить — не много чести.

— Эй! Я вообще-то аврор! — возмутилась Нимфадора, но дуэльную зону покинула, попав в цепкие «диагностические» руки своей матери.

К счастью, диагностика прошла меньше чем за полминуты, и вновь раздался обратный отсчёт.

— Три… два… один…

На максимальном ментальном и физическом ускорении, хлёстким и небрежным, но очень быстрым взмахом палочки создал настолько быстрый одиночный невербальный Сту́пефай, какой только мог. Размывшись от скорости из сгустка в луч, Сту́пефай моментально ударил Билла, не успевшего поставить Проте́го, прямо в живот. Парень пулей отправился в стену и упал. Андромеда огласила мою победу и подошла продиагностировать Билла.

— Ничего страшного. Просто Сту́пефай и немного о стену приложился, — констатировала она, и посмотрела на стену. — Они тут не дадут разбиться.

— Ладно, господа. Мне действительно пора. Время ночное.

Кивнув всем присутствующим на прощание, направился к выходу.

— Я провожу! — Нимфадора вскочила с удобного кресла и вместе мы покинули помещение.

Когда мы поднялись на первый этаж, Нимфадора посмотрела на меня.

— Тебя ведь кто-то учит? Я поняла это по той волне — такие нюансы не пишутся в учебниках, как и методы ухода в трансгрессию.

— Да.

— Кто?

— Не скажу.

Уже у дверей дома Нимфадора вновь обратилась ко мне.

— Через пару дней приходи, у нас уже должно будет появиться надёжное средство связи.

— Если будет время.

Кивнув, наложил на себя магглоотталкивающие чары и покинул дом, тут же аппарируя в один из тёмных проулков на Гриммо.

***

Шестое число, на утро которого была назначена встреча с леди Гринграсс, наступило крайне быстро. Этими свободными днями начала августа я воспользовался по полной, чуть ли не запершись в тренировочном зале на Гриммо, покидая его лишь на сон и приём пищи. Чем занимался? Ставил эксперименты с гемомантией — давно уже пора было, хотя действительно тайное место, дом на Гриммо, в моём полном распоряжении оказался не так уж и давно. Мог бы и прошлым летом, но слишком уж я сильно загорелся идеей ученичества, а этот июль провёл в библиотеке. Но! Если встреча с леди Гринграсс и её блестящие идеи не займут слишком много времени, то август точно пройдёт в этих занятиях.

Выяснил я о именно своей гемомантии не так уж и много нового, но оно было. Эксперименты с купленными животными показали, что я могу влиять лишь на себя и на создаваемую кровь. Эксперименты с создаваемой кровью показали, что она не настоящая. Это скорее некое материальное проявление энергии, как и верёвки Инка́рцеро — они есть, но они не подчиняются воздействию как на материю. Ох, а ведь как сильно это упростило бы поиск материала для трансфигурации, ведь что-то сделать из воздуха намного сложнее, чем из плотной материи.

Понимание моих гемомантических способностей, как возможность создавать и оперировать особой энергией, у меня было и раньше, а точнее — лишь догадки, ведь эти способности не пересекались с магией. Однако всё равно я считал, что это были как бы отдельные способности — усиление или ослабление тела, и создание крови. Возможно, моим заблуждениям потворствовало поведение созданной крови — она подчинялась законам физики как жидкость, вот и воспринималась жидкостью.

Теперь же, когда я точно воспринимаю гемомантию как манипуляцию некоей энергией, передо мной открылись невероятные возможности! Правда, я их не вижу. Дело в том, что в других существах, судя по моим манипуляциям, этой энергии нет, а значит и манипулировать ею я не могу. Попытки использовать её вместо магии при создании заклинаний ни к чему не привели — ну создаю я конструкт из этой энергии, и что? Ничего не происходит, а при достаточном насыщении в воздухе просто появляется кровавая структура магического конструкта, словно насмехаясь надо мной.

Смешивание этой энергии с магией при создании конструктов в количествах ощутимых, но недостаточных для формирования крови привели… Ну, к чему-то привели точно, ведь эта энергия «улетала» вместе с конструктом, вот только какой-то ощутимой разницы или изменения в эффектах заклинаний я не обнаружил. Однако, в материализованном, «кровавом» состоянии, эта энергия запросто может ломать физические объекты, разрушать, уничтожать даже магические связи и конструкты, но опять же, я и так это знал.

Ещё одним немаловажным наблюдением стало увеличение степени контроля гемомантии и объёма материализуемой энергии по мере роста контроля и чувствительности к магии. Этому есть логичное объяснение — и то и другое является некоей энергией со схожими принципами управления ими. Ну и я всё ещё расту и развиваюсь, взрослею, набираюсь опыта, что неизбежно приводит к улучшению качественных и количественных показателей в работе с энергиями.

В общем, с одной стороны я узнал много, а с другой — ничего. Самое неприятное, что мне попросту неоткуда взять литературу или наставника по работе с гемомантией. Похоже, мне придётся как древним магам — познавать всё на личном опыте, экспериментами, и надеяться, что это меня не убьёт. Хотя, я знаю как минимум одно применение — обработка материалов на любой мыслимой степени чистоты, вырезание в ней идеальных ритуальных схем и прочего, а ещё, что немаловажно, материализованная энергия в виде крови является великолепным проводником магии.

Это всё, что мне удалось выяснить за три с небольшим дня запойных тренировок в доме на Гриммо, а утром шестого я уже был одет в новенький чёрный деловой костюм-тройку в редкую-редкую вертикальную полоску. Пальто поверх, кашне, палочка в кобуре, вторая — в трости. За плечом неизменная сумка с Незримым Расширением, в которой я таскаю все свои пожитки — два часа потратил, чтобы навести в ней порядок и всё рассортировать по своим местам.