Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 181

— Гермиона сказала, что ты наверняка появишься как можно тише, — пожал плечами на невысказанный вопрос Симус, а Гермиона просто прислонилась к моему боку, поудобнее пристроив голову на моём плече. Приобняв девушку, я, кажется, почувствовал покой от знакомой и приятной атмосферы.

— Я успела и распереживаться, ужаснуться, успокоиться, обрести надежду, вновь ужаснуться, вновь успокоиться, и вновь ужаснуться. И вновь успокоиться, — тихо говорила Гермиона. — Всё происходило так быстро, что я до сих пор не могу понять, в каком нахожусь душевном состоянии. Меня убедили, что ты в порядке и я буду там явно лишней. В больничном крыле. Расскажешь, что случилось?

— Или хотя бы пояснения к этому фильму дай, — дополнил вопрос Дин, а я краем глаза увидел, как он скинул с рук карту на стол. Интересно, во что играют?

— Подстава с кубком. Некий злоумышленник зачаровал его как портключ. Причём зачаровал ужасно. Наверняка, чтобы победитель прилетел в отвратительном состоянии и не мог сопротивляться.

— Но ты смог? Это же Авада была? — с беспокойством спросила Лаванда.

— Еле успел. Просто я тренируюсь и занимаюсь всякой физической подготовкой с малых лет, а магией — с первого курса, разве что на сон да еду прерываюсь…

Около десяти минут я рассказывал о том, что по моему мнению произошло на кладбище. Само собой, я придерживался легенды о потере сознания, потому большую часть монолога Волдеморта я не рассказал. Но поддержал саму идею того, что Волдеморт возродился, пусть это и не доказано.

— Да как можно вообще возродиться? — тихо возмутился Симус. — Он же умер. Всё. Конец.

— Я знаю минимум один способ остаться в этом мире после смерти, — так же тихо ответил я. — А там где есть один, найдутся и два. И больше. Также я знаю минимум два способа для создания тела, если есть в наличии душа. Три. Уже четыре, только просчитать нужно. Добавь фантазии, Симус — магия может всё, если хватит сил и навыков просчитать.

— Ой-ой, — прикрыла лицо Лаванда. — Что же будет? А что же скажет Министерство? Неужели они ничего не предпримут?

— Решительно ничего, — отвечал само собой, я. — Фадж при мне отказался даже рассматривать факт возрождения Тёмного Лорда. И я могу его понять — это крах его карьеры. Он не храбрый, не особо умный, не талантливый. Всё, что у него есть — иллюзия власти и взятки. За них он будет цепляться изо всех сил. Так что Министерство будет делать вид, что всё отлично. Кому нужно и так поверят в возрождение Волдеморта и будут готовиться.

— К чему? — вопрос был явно общий.

— К тёмным временам…

Гермиона слегка ткнула меня кулачком в бок.

— Слишком много пафоса.

— Я думал, ты будешь хотя бы немного возмущена.

— Я и возмущена, но что толку сотрясать воздух? Это всё не твоя вина, и даже министерство тут ни при чём. А винить Волдеморта в его желании возродиться и вернуться к привычным, хоть и ужасным делам… Ну, это глупо.

— Зелья пила?

— Зелья.

Удивительно, но моё появление так и осталось незамеченным. Магия ли это сего тихого уголка в гостиной, или просто некая невнимательность, не важно. Главное — покой.

Ближе к часу ночи мы тихо разошлись по своим комнатам, и я без лишних вопросов заснул.

***

Утро следующего дня после третьего этапа Турнира началось легко и обыденно. Как и всегда, я проснулся раньше всех и отправился на зарядку и прочие физические тренировки. Само собой, встретил в пустой гостиной Гермиону в синем спортивном костюме, и вместе мы отправились на пробежку. Замок спал. Каждый звук гулким эхом перекатывался между каменными стенами, теряясь в глубине коридоров старинного замка.

После пробежки, как и положено по графику, работа с собственным весом на трансфигурированных снарядах в Тайной Комнате. Леди Гринграсс пока здесь не было, и можно лишь гадать о причинах её отсутствия.

Следом — возвращение в гостиную и душ. Только после этих обязательных процедур, выполнение которых уже давно проходит словно на подкорке, мы вновь встретились в гостиной, но гриффиндорцы уже просыпались, а я всё-таки не в шапке невидимке — начались сонные, но уже восторженные расспросы на тему: «А что это там было такое?!». Кое-как отвертевшись от ответов и сославшись на просьбу Дамблдора не давать комментариев, я под ручку с Гермионой отправился в Большой зал.

После обильного, сытного и разнообразного завтрака, на котором можно было увидеть блюда из самых разных кухонь Европы, Дамблдор встал со своего не очень скромного кресла за столом преподавателей и решил толкнуть речь.

— Уважаемые ученики и гости школы Хогвартс, — голос директора без лишних чар звучал чётко и ясно. Правда, все притихли, но разве это важно? — Третье, финальное испытание Турнира вчера подошло к концу, но концовка эта была совершенно неожиданной.

Дамблдор оглядел всех присутствующих.

— Безусловно, у всех вас множество вопросов касательно как событий в лабиринте, так и о том месте, куда перенеслись чемпионы. Однако я хочу попросить вас немного сдержать свою любознательность — чемпионам нужно отойти от напряжения этих событий. Все результаты, итоги и выводы будут озвучены на прощальном пиру через два дня.

Дамблдор кивнул, благодаря за внимание, а все ученики и гости начали потихоньку расходиться по своим делам. Само собой, сарафанное радио имени Лаванды уже с утра во всю работало, потому сейчас ученики перетирали косточки моей версии событий, которую я поведал вчера. Это, в некоторой степени, остудило их энтузиазм.

Стоит отметить и тот факт, что если на меня смотрели в положительном ключе, то на Гарри с опасением. Причины я узнал сразу же — дело в статье Скитер, где она упоминала о болях в шраме Поттера, расписывая при этом различные психические отклонения, способные проявиться от следов сильных проклятий и чар. В общем, в глазах общественности Поттер сейчас не является «благонадёжным членом общества».

Не сговариваясь, мы с Гермионой отправились в Тайную Комнату, где обнаружили сидящую на стуле возле палатки леди Гринграсс. Она задумчиво смотрела на статую Салазара Слизерина, контуры которой были чётко очерчены в полумраке зала.

— Доброго утра, — поприветствовали мы, подойдя.

— Доброго…

Мы подошли и встали рядом, ожидая каких-то распоряжений. Обычная практика, да, вот только мы их получали сразу, а тут — ждём.

— Забавно, — Дельфина всё так же глядела на статую Слизерина. — Волшебники считают, что ты применил модификацию Инсе́ндио.

— Наслышан.

— Это насколько нужно быть безграмотными, чтобы не узнать один из сложнейших защитных тёмномагических комплексов? Хотя, чему я удивляюсь? Это ведь было Проте́го Дьябо́лика?

— Да.

Вновь воцарилось молчание.

— Из достоверных источников мне стало известно, что там, не знаю где это происходило, погибли несколько волшебников. Они по незнанию защитили себя чарами от огня и поспешили на помощь Сами-Знаете-Кому. Кстати, — Дельфина посмотрела на нас. — Прекращайте называть его по имени. С его воскрешением вновь активировались чары Табу. Если кто-то произносит его имя, это сразу становится известно Пожирателям Смерти. Исключениями являются Хогвартс и прочие защищённые территории. Я покажу чары для закрытия небольшой местности и как определять, есть ли эта защита вокруг.

— Ломиться через Проте́го Дьябо́лика, не зная условий — верная и мучительная, хоть и быстрая, смерть, — резюмировала сказанное Гермиона, вновь порадовав меня отсутствием негативной реакции.

— Да. Погиб Уолден Макнейр. Всегда был туп, как пробка. Как пробка же и сгорел в дьявольском пламени. Торфинн Роули. Всегда был сведущ в разных чарах и наведении хаоса, но импульсивен и неаккуратен. Эта импульсивность и подвела его вновь. Генри Гринграсс…

— Ох… — Гермиона прикрыла ладошками лицо.

— Не переживай, — Дельфина посмотрела на неё с улыбкой. — Это должно было случиться рано или поздно. О смерти этих троих все будут молчать — это невыгодно никому. Однако стоит понимать, что если там были все те Пожиратели, кто оставался на свободе, то многие слизеринцы узнают… Узнают, что из-за твоего, Макс, заклинания, погибли для кого-то важные волшебники, а могли погибнуть и родители нынешних учеников.