Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 130

— Чует моё сердце, — обрадованно известил всех Дамблдор, — что гости из Шармбатона близко.

— Где? Где? — завертели ученики головами.

Через пару мгновений, над запретным лесом в небе появилась карета с запряженными в неё пегасами. Через несколько минут карета приземлилась рядом с нами, а к животинкам сразу бросился Хагрид — ну, оно и не удивительно.

Двери кареты распахнулись и на землю спрыгнул мальчик в голубой мантии, нашарил что-то у подножия и выдвинул золотую лестницу, по которой спустя миг, придерживая полы атласно-чёрной мантии, спустилась дама, ростом не уступающая, а возможно и превосходящая Хагрида. В принципе, пегасы и карета были ей под стать.

Мадам Максим, а это было именно она, разительно отличалась от того, что я видел в фильме. Ну, не первый раз, право слово, не первый. Просто очень красивая женщина, но размером раза в два с половиной больше. Может больше.

Мадам Максим подошла к Дамблдору, протянув руку для поцелуя. Ну, как «протянула» — чуть подала её вперёд, и та оказалась прямо напротив лица директора.

— Дорогая мадам Максим! Добро пожаловать…

Начались обычные расшаркивания, после которых из кареты выпорхнули француженки. У меня, как, наверное, и у большинства мужской половины Хогвартса, возник закономерный вопрос — сюда привезли лучших учениц по внешним данным, или там просто все красивые? О, вейла!

— Макс, — зашипела Гермиона. — Погаси прожектора в глазах. Они реально светятся. Что там такое?

— Вейла.

— Да? О! Любопытно… — Гермиона даже с каким-то энтузиазмом начала искать возможную вейлу, и ведь нашла. — Ага, могу поспорить, что это вон та симпатичная блондинка.

— Симпатичная? Одна девушка называет другую симпатичной?

— Глупо отрицать очевидное. А ты что думаешь?

— Ощущение быстро прошло. Надеюсь, за это время я смогу привыкнуть к этой особенности.

Стоит отметить, что француженки были одеты не по погоде — очень легко, в одинаковую форму наподобие делового костюма лилового оттенка с юбкой чуть ниже колен. Вместо мантии у них была накидка на плечи, а высокая причёска у всех пряталась под аккуратной шляпкой. И да, девушкам было холодно и именно это я хотел отметить — у них тоже не было нормальных согревающих чар, стабильных. Но в таком случае можно и нестабильными воспользоваться, если только на улице находиться. Нет?

Обговорив с Дамблдором нюансы содержания пегасов, мадам Максим в сопровождении нескольких преподавателей отправилась в Хогвартс, а наш директор остался дожидаться представителей Дурмстранга, которые не заставили себя ждать слишком долго.

Выплывший из-под глади Чёрного Озера корабль, самый настоящий Летучий Голландец, произвёл на учеников куда большее впечатление, а уж когда по трапу на причал сошёл вместе с остальными ещё и Виктор Крам — шепотки превратились в гул. Болгары выглядели куда более адаптированными к неблагоприятной погоде, а потому радостные объятия и разговоры двух директоров, Каркарова и Дамблдора, не отразился на самочувствии учеников Дурмстранга, больше похожих в своих меховых накидках и пальто на каких-то солдат.

Когда расшаркивания подошли к концу, мы наконец-то отправились в замок, сразу в Большой Зал, где гости уже распределились по столам факультетов. Дурмстранговцы пристроились за Слизеринским, а Шармбатонцы нашли себе место за столом Рэйвенкло.

Дамблдор поприветствовал всех, и гостей, и нас, и призраков, пожелав всем чувствовать себя как дома. С этими словами на столах появилась еда. Разговоры я не слушал, отстранился.

— Ты слишком задумчивый, — ткнула меня локотком Гермиона. — И ты не знаешь, как погасить эти фонари в своих глазах? У тебя даже зрачок уже вертикальный.

— Так заметно?

— Нет. Вообще не заметно. Просто я знаю, куда смотреть.

— Ну-ка, отведай супчика, — Гермиона заботливо налила мне полную тарелку, судя по запаху, рыбного супа, который так и хотелось назвать ухой. — Этим летом в Ницце ела, буйя-а-бес, называется.

— Будьте добгы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес! — громко попросил кто-то позади.

Обернувшись, увидел вейлу, стоящую рядом. Длинные белокурые волосы волной падали почти до поясницы. Коварная птичка-человек. Или человек-птичка?

— Боюсь, мадемуазель, — улыбнулся я, но судя по не знающей, то ли смеяться, то ли переживать Гермионе, получилось не очень, ведь раз проявились глаза, проявились и клыки. — Мне и этой чудной кастрюльки будет мало. Больно уж аппетит нагулял, а марсельская уха нынче диво как хороша.

Похоже, такого ответа вейла не ожидала и даже как-то смутилась. Парни вокруг не сводили с неё глаз, а у Уизли даже слюна потекла. А вот Гарри ничего, держится. На себе влияние шарма я не чувствую, а эффект «горячей курочки», как я сам это называю, почти пропал.

— Неужели вы откажете милой леди? — улыбнулась вейла, демонстрируя ровные белые зубы. Похоже, шарм ударил с новой порцией силы, и вот что меня позабавило, некоторые девушки начали смотреть на вейлу не с неприязнью, а как-то задумчиво. Интереса ради проверил Гермиону — ждёт развязку.

— В целой кастрюле? Безусловно, — кивнул в ответ. — Но могу предложить присоединиться к нам за ужином, за этим столом, и тогда как минимум одна порция всенепременно достанется милой мадемуазель. Если, конечно, кто-то перестанет лишать рассудка окружающих людей.

Вейла стрельнула взглядом, вздёрнула носик, и с улыбкой давая понять, что уха не стоит того, чтобы сидеть среди слюнопускателей, удалилась.

— То есть, ты предложил вейле к нам присоединиться? На тебя точно шарм не действует? — с улыбкой уточнила Гермиона, возвращаясь к еде.

— Вот и хотел выяснить в относительно безопасной атмосфере. А эти, что, всё?

Окинув взглядом стол, понял, что да, всё.

— Похоже на то.

Через пару минут ребята более-менее пришли в себя. Рон, как и многие парни, с глупой улыбкой предавались мечтаниям, бесцельно ковыряясь в еде. Девушки поглядывали недовольно на парней, на вейлу, и с удивлением на тех из соратниц по несчастью, кто вдруг осознал внезапную заинтересованность в вейле.

— Похоже, — с ухмылкой Гермиона поглядывала на таких вот девушек. — Вейла влияет не по половому признаку на людей.

— Да, как я погляжу, для многих сегодня день открытий, прям.

Во время ужина к преподавателям присоединился Барти Крауч старший и Людо Бэгмен.

Когда тарелки опустели, вновь заговорил Дамблдор, представил всем Крауча и Бэгмена, налил всем в уши море воды, и Филч наконец-то вынес ларец, а в ларце — кубок. Его поставили на отдельный постамент рядом с преподавательским столом и Дамблдор рассказал о том, как нужно подать заявку — кинуть бумажку с именем и школой в кубок. Директор пообещал оградить кубок некоей Запретной Линией от посягательств тех, кто не достиг семнадцати. В общем, на этом пир подошёл к концу и все мы разошлись по гостиным.

Для привычного обсуждения итогов дня мы с Гермионой устроились на незаметном диванчике в гостиной, в которой и все остальные занимались ровно тем же самым — обсуждали итоги. Но говорить особо не хотелось, а потому я пристроил свою голову на коленях Гермионы, и мы просто слушали разговоры других.

— Ты всё равно думаешь попробовать? — девушка начала гладить меня по волосам.

— Безусловно. Это будет интересный опыт.

— Очень опасный. Мы не знаем, какие будут испытания и что там будет поджидать чемпионов.

— Это не повод отказываться, тем более не факт, что я смогу обойти защиту. Запретная линия — что за бред. Лучше бы назвал заклинание.

— Ха-ха-ха, — звонко рассмеялась Гермиона, закопавшись пальцами в моей шевелюре. — Ищи дурака.

— Значит завтра буду ломать защиту.

— Знаешь как?

— Представления не имею.

***

С раннего утра и до самого позднего вечера приходящие и уходящие из Большого Зала ученики трёх школ могли наблюдать занятную картину — молодой блондин в чёрных брюках и водолазке с закатанными рукавами и ножнами для палочки на обоих предплечьях с непоколебимым упорством и энтузиазмом, с палочкой в каждой руке, крутился вокруг Кубка Огня. С палочки в левой руке он то и дело отправлял порою еле видимые струйки магии, тут же растекавшиеся по куполу невидимой до этого момента защиты — лишь голубая светящаяся линия на полу говорила о её существовании. Иногда парень делал пассы палочкой в правой руке, вырисовывая символы, протыкая невидимый купол, вызывая в нём различные световые и шумовые реакции. Иногда парень ходил вокруг защиты, водя вдоль одной палочкой, делая защиту видимой, иногда — по полчаса стоял на месте, размышляя.