Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 123

«Ух-ты! Мать моя Морриган, вот это крутое воздействие!»

Ровена?

«Не, я не блокирую, ты и сам справляешься. Я просто анализирую на будущее».

Я же наблюдал за танцем и движением довольно красивых женщин. Именно красивых, а не просто симпатичных.

— Макс, глаза… — шепнула рядом сидящая Гермиона.

— Что «глаза»?

— У тебя глаза…

Мельком глянув вокруг, заметил, как вейловское очарование пагубно влияло на мужчин, буквально лишая рассудка, гипнотизируя. Многие повставали с мест, попытались лезть через перила, а их дамы тщетно пытались вразумить кавалеров, мужей, братьев. Гермиона тоже смотрела на это с недовольством и неким ужасом. А вейлы танцевали.

— А тебе всё равно? — с улыбкой подметила Астория, но тут глянула мне в глаза. — Ой.

— Забудь, — со спины раздался голос Дельфины, и Астория кивнула.

— Макс, — Гермиона выглядела обеспокоенно. — Ты смотришь на вейл как… как…

— Тебе знакомо чувство, когда откусываешь кусок только-только сварившейся курицы? Такое… Аж челюсти сводит и хочется жевать и жевать?

— Макс!

— Да я сам в шоке! — возмутился я, а вейлы всё танцевали. — Я ожидал, что под действием вейловских чар мне захочется сделать с ними несколько… Иное…

Гермиона покраснела, а сзади послышался тихий смех леди Гринграсс, одной рукой державшей палочку, указывая ею на парализованного мужа.

Музыка резко стихла, зрители возмущенно зароптали, и многие стали срывать с себя символику Ирландии.

— Мощно, — резюмировал я увиденное.

— Потому вейл и не любят, — с суровым лицом заметила Астория. — Лишь немногим дано игнорировать их чары. Вейла легко может влезть в твои мысли, заставить слушаться её, обожать и любить, выполняя любые прихоти. Они очень опасны. Для мужчин.

— Любопытная точка зрения, — кивнул я, вспоминая разрозненные данные по этим существам. — Но разве они не следуют своему собственному кодексу, не участвуют в различных диверсионных и шпионских акциях?

— А что мешает власть имущим их заставить? — с улыбкой ответила Астория, а Дафна вновь взяла в оборот Гермиону, вспомнив какую-то особо изощрённую тему по рунам.

Дальнейшее представление я не смотрел, хотя лепреконы знатно надули кучу незнающих людей, разбрасывая сотни тысяч своих фальшивых золотых монет.

Когда на поле начали выпускать состав сборных, особое внимание было уделено Виктору Краму — самому известному ловцу последних лет. Оно и понятно — не каждому дано будучи ещё школьником не просто играть за сборную страны, а приносить ей победы.

Всю игру на нашей ложе царила довольно спокойная атмосфера. Взрослые волшебники о чём-то шептались, и тема была явно не квиддичная. Дети же с любопытством следили за происходящим на поле. Даже Гермиона проявила энтузиазм, уделяя особое внимание работе ирландских охотников — больно слаженно и точно они работали. Именно «работали». Один гол за другим.

— Занятно.

— Что такое, Макс? — заговорили одновременно Астория и Гермиона, тут же хищно посмотрев друг на друга.

— Да ничего особенного. Просто я никак не возьму в голову, что такого сложного в том, чтобы поймать снитч?

— Как что? — удивилась брюнетка. — Его ещё найти надо, да и догнать и поймать этот вёрткий артефакт — задача не из лёгких.

— Эм… Я на квиддич раньше не ходил, конечно, — почесал в задумчивости бровь. — Но вот же он?

Я изначально видел снитч без всяких проблем, и даже когда отвлекался на разные интересные события, движения игроков или комбинации, всегда тут же возвращался взором к золотому мячику, бодро летающему по полю.

— Где?

— Да вон он, — я пальцем указал на снитч, что летал возле нижних трибун, но никто его почему-то не видел.

— Да где?

— Да вон! — пришлось пальцем следить за резкими, почти мгновенными сменами направления движения снитча.

— И вправду! И давно вы, мистер Найт, — с ехидцей, присущей слизеринцам, заговорила Астория. — Наблюдаете его?

— С самого начала.

— Тебе сам Мерлин в квиддич велел играть!

— Ну вот ещё. Библиотека сама себя не прочитает.

— И правильно, — веско подвела итог сидящая за нами леди Гринграсс. — Нечего растрачивать себя на это абсолютно бесперспективное занятие.

Остаток игры, в которой безоговорочно лидировала Ирландия, мы изредка комментировали особо опасные трюки или явные нарушения со стороны жестко играющих болгар. Команда у них классная, как я понял, но она «звёздная». Другими словами, отдельно взятый игрок сборной Болгарии может существенно превосходить игрока аналогичной позиции у Ирландии. Однако, командной игры у болгар нет, а Крам не смог быстро найти снитч. В итоге, разрыв составляет сто шестьдесят очков в пользу Ирландии. В результате Крам решил, что тянуть дальше смысла нет, ведь его команда начала выдыхаться, а ирландцы словно заводные — им плевать. Играют медленно, если сравнить с болгарами, но очень технично и слаженно.

В итоге, как и в каноне, Крам словил снитч, но сборная Болгарии проиграла, уступив на десять очков сборной Ирландии. Невольная улыбка проступила на моём лице.

— Ну всё, господа. Результат был ожидаем, — вставал я с кресла. — И делать нам тут больше нечего.

Раскланявшись со всеми, с Гермионой под ручку отправился прочь со стадиона. Минуя счастливых болельщиков Ирландии и других сборных, совместно празднующих победу, мы с горем пополам добрались до нашей палатки.

— Фух, — Гермиона повалилась на диван. — Можно же было и обычную одежду надеть?

— Не недооценивай внешний вид, — я присел рядом. — Сегодня тебя увидели, как юную леди, а не просто что-то чуть лохматое, в непонятных джинсах и ветровках.

— Чуть лохматое «что-то»? — лениво повернула голову в мою сторону Гермиона. — Не устала бы я так сильно, то обязательно стукнула бы тебя чем-нибудь тяжелым. Да.

Пару минут мы просто сидели, потом выпили по стакану сока, а после стали собираться ко сну.

— Знаешь, Герм. Собираем вещи. Готовимся к экстренному уходу.

— Зачем?

— Спортивные мероприятия, куча людей, алкоголь. Радость победы, горечь поражения. Волшебники. Представь обычных футбольных болельщиков, но волшебников. С палочками и возможностью творить магию.

Пару секунд Гермиона пребывала в задумчивости, а после прониклась и даже малость побледнела.

— Собираемся!

За десять минут мы собрали все наши вещи, от ложек до одежды. Сами оделись в тёмные вещи, Гермиона заклинанием перекрасила джинсы, кроссовки и куртку в чёрный цвет. В таком виде, в боевой готовности, мы легли на диване в гостиной и задремали.

Внезапный шум снаружи выдернул меня из состояния дрёмы, а следом вскочила и Гермиона.

— Ну вот.

Я вытащил палочку, набросил сумку на плечо и подошёл к выходу. Гермиона последовала моему примеру, но перед выходом погасила огонь в камине палатки. Как только мы вышли наружу, шум мгновенно усилился. С разных сторон доносились панические крики, волшебники бежали, а невдалеке полыхнуло пламя и грохнул взрыв. Наведя палочку на палатку, магией свернул её в походное положение и закрепил за спиной лямками, надев её в итоге как рюкзак.

Ещё недели две назад я думал о том, чтобы проверить свои силы против тех бандитов, что устроили этот беспредел, однако теперь, когда держу за руку Гермиону и отступаю в противоположную от взрывов сторону, мне отнюдь не хочется встречаться с теми ребятами. Я вовсе не боюсь, нет, но девушку-то надо защитить. Ох, услышь она мои мысли, отчитала бы за то, что считаю её несамостоятельной. «Не зря же тренировалась!» — вот, что она мне скажет. Лучше молчать.

К счастью, Гермиона не требовала мчаться на помощь кому-то там, а послушно отступала, держа наготове палочку.

Добравшись до полосы леса, мы начали пробираться вглубь. Сбоку мелькнули знакомые одежды, а через миг на нас наставили палочки женская половина семейства Гринграсс.

— За мной, — без предисловий сказала Дельфина, и я на каких-то рефлексах дёрнулся в её сторону, благо Гермиона спорить не стала. — Выходим за границу антиаппарционных чар. Оттуда уходим портключом.