Новый год с последствиями (СИ) - Лисовская Ирина - Страница 48

Но не это волновало сейчас больше всего, и подруга видела все по моим глазам. Вон как пристально наблюдает, даже сощурилась, заметила подвох!

— Почему у меня такое чувство, что это лишь вершина айсберга?

— Есть еще несколько мелочей, — нехотя призналась.

Наверно, желала растянуть момент истины, до сих пор сложно свыкнуться с мыслью, что я теперь не одна. В прямом смысле этого слова.

— Отец сейчас в больнице. Тоже, кстати, с гипсом на ноге, — я усмехнулась. — Умалишенный сосед стрелял с травмата по бутылкам и попал папе в коленку, — Настя присвистнула, а потом сказала:

— Радуйся, что травматическим оружием палил, там же вроде резиновые пули, да?

— Да, все обошлось малой кровью…

Вот теперь настал тот момент, когда следовало бы добить и успокоиться, но у меня из-за нервозности трусились руки. В горле застрял ком и, кажется, все остальные слова.

— Давай уже, признавайся! — подруга не выдержала долгой паузы.

Приподнялась и сосредоточенно смотрела прямо мне в глаза. Я раскрыла сумку и достала оттуда тест. Еще раз взглянула (вдруг ошиблась и сейчас покажусь совсем глупой), две красные полоски никуда не исчезли, лишь слегка побледнели, но факт оставался фактом. Глубоко вдохнув, протянула подруге белый прямоугольник со словами:

— Я беременна, — пока она с отвисшей челюстью смотрела на него, уточнила: — От Вити.

Настя застыла как памятник и даже не моргала. Прошла долгая минута, прежде чем подруга осознала мои слова и оторвала взгляд от теста. В ее серых глазах четко просматривался шок. Конечно, наверняка не то хотела услышать.

— Подожди-подожди! — быстро затараторила она. — Ты уверена, что ребенок от Вити? Да и потом, мало ли, что показал этот кусок пластмассы, — попыталась успокоить, но все бессмысленно.

— Я практически на девяносто процентов убеждена, что беременность есть. Так что тут без вариантов.

Наступила неловкая тишина. Я вздохнула, прижала ладонь к еще плоскому животу и попыталась понять, какие испытаю эмоции. Либо слишком рано, либо же для меня новость до сих пор является чем-то призрачным. Еще бы пару недель назад могла прыгать от счастья до потолка, но теперь… Конечно, малютка не виноват, что ему достался такой ужасный папаша, и убивать его из-за этого у меня и в мыслях не было. Подруга будто уловила мой настрой, уточнила:

— Если так, то что дальше? Будешь рожать?

— Естественно, — моментально ответила, как само собой разумеющееся.

— А Миша? — аккуратно задала она следующий вопрос.

Сердце в ту же секунду защемило от тоски. На глаза навернулись слезы, я чаще заморгала, не хочу показывать подруге свою печаль от неминуемой потери. А то, что это произойдет, у меня не было сомнений. Миша сам мне сказал, что не любит сюрпризы. А тут вдруг такое!

— Ему не нужна чужая обуза. Так что наши отношения себя исчерпали.

— Но они же даже не успели начаться! — воскликнула Настя.

Она словно упрекала меня, и от этого стало только хуже. Сама не поняла, в какой момент потеряла самообладание и разрыдалась. Все навалилось одно на другое, я не выдержала. Подруга, кряхтя и ругаясь, доползла до меня и обняла. Погладила по волосам, шептала какие-то несуразные милые вещи, стараясь утешить.

— Мне нужно ему написать… — сквозь слезы пробормотала и шмыгнула носом. — Пока могу, потом будет сложно.

— Писать? Лер, ты собралась бросить мужика по смс? Сбрендила?

— Но что мне делать? — Настя отстранилась и окинула гневным взглядом. — Страшно, понимаешь? Вот у меня такое ощущение, что Миша попросту рассердится. Со стороны так выглядит, словно я специально все подстроила, чтобы в итоге повесить на него ребенка.

— Прости, конечно, но ты несешь какой-то бред.

— Да почему?! — разозлилась на нее.

Ведь все логично! Будь я на месте Михаила, послала бы себя куда подальше.

— Потому, — заупрямилась Настя. — Не вздумай рвать отношения, поняла меня? Для начала давай хотя бы сходи к врачу, а там уже решим, идет?

Кивнула, лишь бы та отстала. Все равно поступлю по-своему. Зачем мне подтверждение врача, что это изменит? Только время до часа X растяну, а потом вообще не сумею собраться с силами, чтобы раз и навсегда рубануть топором по нашему с мужчиной будущему.

***

Искренне улыбнуться подруге оказалось не так просто. Душа рвалась на части, меня выворачивали наизнанку мысли о предстоящем разрыве с Мишей. Зачем только позволила привыкнуть к нему. Влюбиться! Конечно, был один единственный идеальный выход из положения — аборт. Скривившись, тряхнула головой и сделала глубокий вдох. Нет, на такие крайние меры я идти не собираюсь.

— Ну, ладно. Что мы все обо мне. Ты как поживаешь? С Сашей поддерживаешь отношения?

Нужно было срочно переключиться на другую тему. Но увидев, как Настя понурила плечи, выругалась про себя. Отлично, Киселева. Теперь плохо не тебе одной. Ну, молодец, что тут скажешь.

Она ухватилась за мою ладонь и встала на здоровую ногу, доползла до кровати и уселась. Схватила подушку и обняла руками, словно держалась за спасательный круг.

— Нет, он избегает меня с того дня. На звонки если и отвечает, то обходится сухим приветствием и безразличным: «Как дела»

Я промолчала, хотя на языке крутились слова: «Сама виновата» Вижу по угрюмому выражению лица подруги, что все прекрасно осознает. Только от этого никому не легче.

— Осуждаешь меня, — она не спрашивала, а я не отрицала. — Думаешь, я такая черствая, что ничего не понимаю? Понимаю, еще и как. Только вот скажи мне, а нужен ли он Анисье? Небось веселится сейчас на полную катушку, и побоку на чувства Саши.

— Зря ты так, — обронила с упреком. — Мы с ней, знаешь ли, хлебнули горя на днях. Но, ты права, разрыв отношений рыжая пережила почти стойко. Просто Саша ей потакал во всем, а нужно было держать в узде.

— Да попробуй приструнить эту нахалку, — буркнула подруга, а потом добавила: — А в итоге она психанет и скажет, что встречается с тираном, — рассмеялась.

— Все может быть.

Настя не стала расспрашивать, в какие неприятности мы попали с Анисьей. Но я видела неподдельный интерес в ее взгляде.

— Мы с ней ездили в деревню к моим родителям. В общем, нарвались на шайку местных хулиганов, едва унесли ноги.

Вкратце рассказала, не вдаваясь в подробности. Вспоминать снова пережитый ужас и нервничать мне сейчас совершенно не с руки.

— Ну, понятно, — только и ответила Настя.

Разговор после упоминания Анисьи совсем не клеился. Подруга не выглядела счастливой, наверняка чувствовала себя преданной или что-то в этом роде. Я вздохнула и достала смартфон, посмотрела на время. Прошло уже два часа, а мне показалось, что пять минут!

— Пойду я, наверно. К отцу надо зайти тоже, — засобиралась домой.

— Ты приходи еще, а то я с этим гипсом и выйти толком никуда не могу, скучно дома одной.

— Конечно! — обняла подругу.

Настя взяла костыли и пошла за мной в коридор. Я оделась, забрала сумку и, попрощавшись, вышла из квартиры.

Спустилась вниз и встала на крыльце. Вдохнула свежего воздуха и собралась с силами. Если не сделаю этого сейчас, то потом и вовсе не решусь! Телефон я не прятала в карман, специально держала в руке. Найдя в вызовах нужный номер, написала дрожащей рукой смс:

«Миша, мы не можем быть вместе, прости…»

Пока не передумала, отправила и выключила телефон, от греха подальше. К горлу подкатил горький ком. Ноги подкосились, я оперлась плечом о стену и закрыла рот рукой, чтобы заглушить рыдания. Ну же, соберись! Дома будешь оплакивать свою нелепую жизнь! Слезы катились ручьем, мне казалось, что они жгли глаза и оставляли после себя пекущие дорожки на щеках. Почему же так больно? Сердце постоянно сбивалось с ритма, я пыталась угомонить кипящие эмоции внутри, дышать глубже, но ничего не получалось. Нельзя, соберись! Все повторяла про себя, только разве от этого легче?

Кое-как совладав с наступающей истерикой, оторвалась от стены, служащей для меня опорой, поплелась домой. С затуманенным от слез взглядом шла на автопилоте. В голове не осталось ни единой мысли, я была опустошена и разбита. Кто знает, может Миша только порадуется моему сообщению и вздохнет с облегчением. Рос ведь пытался мне что-то сказать, но я как трусиха перебила его и вставила свои «пять копеек» Ничего, прейдет время, все забудется и уже не стану так болезненно реагировать, вспоминая моего светловолосого красавца. Уже не моего…