По ту сторону снов - Гамильтон Питер Ф. - Страница 155

– Еще неделя, – пообещал он. – Может, меньше.

– Да неужели? Сколько времени нужно, чтобы восстановить боеголовку?

– Думаю, день. Максимум два. Некоторые работы мы сделаем уже в пути.

– Значит, останется только запуск?

– Ага. Марек уже должен был собрать комплект ракет-носителей.

– А ты вернешься на планету, прежде чем взорвать квантумбустер? Это безопаснее, чем оставаться в космосе. Да?

Оба АНС-дроида вдруг притихли. Взгляд Найджела оставался спокойным, но его кривоватая улыбка перестала быть насмешливой.

– Кайсандра, – неловко начал он, – мне нужно быть там на случай, если что-то пойдет не так.

– Там? Там – это где?

– Я должен управлять процессом до самого конца. Прости, я думал, ты поняла.

– Нет! – вскричала она. – Не надо! Отправь одного из АНС-дроидов. Они справятся.

– Они справятся, если все пойдет по плану. Возможно, они даже справятся, если план сорвется. Но я не могу рисковать: слишком многое поставлено на карту. Целая планета, полная людей, Кайсандра. Если случится что-то неожиданное, если по какой-то причине придется менять тактику, я буду изобретать решение на ходу.

– Но… они тоже могут это сделать!

Кайсандра с ужасом поняла, что у нее перехватило горло, а на глаза навернулись слезы. Если разговор продолжится, она в любой момент может заплакать.

– АНС-дроиды способны на многое, в том числе на перебор логических вариантов. Их биопроцессорный мозг – вершина человеческой технологии. Но если понадобится решение за пределами логики, его смогу принять только я. Я не могу допустить ни малейшей случайности, Кайсандра. В «Небесной властительнице» должен быть я лично.

– Нет!

– Если я смогу взорвать квантумбустер на расстоянии, я это сделаю. Разумеется. Но мы должны подготовиться и знать наверняка.

– Ты умрешь. И умрешь навсегда. Если квантумбустер разорвет Бездну на части, не останется Джу, куда бы ты отправился. Не будет Ядра, чтобы принять твою душу.

Кайсандра слышала свои слова и ненавидела себя за них; оказывается, ее старые укоренившиеся убеждения не были уничтожены сведениями, которые Найджел подарил ей, а лишь спрятались в глубину сознания. «Я мыслю здраво и логично. Правда. Просто это слишком…»

Найджел подошел к Кайсандре и обнял ее точно так же, как обнимал на их свадебной церемонии. Только теперь он не похлопал ее по спине, а погладил.

– Я не умру, – тихо сказал он. – Я не говорил тебе раньше, потому что не хотел тебя расстроить или запутать. Но мое тело – на самом деле клон, в который были загружены мои воспоминания и личность. Настоящий я по-прежнему там, Кайсандра. Прямо сейчас я существую во внешней Вселенной. Я жду.

– Что? Не может такого быть.

– Это правда.

– Хочешь сказать, ты – на самом деле не ты?

– Конечно, я, – фыркнул Найджел. – Но ты знаешь мое эго: я слишком важен и не могу на самом деле умереть, вот я и отправил этого меня в Бездну – сделать мою собственную грязную работу. Я никогда не предполагал вернуться обратно, хотя я и не догадывался, что мое задание окажется таким. Кайсандра, я никогда не ожидал встретить тебя. Странные вещи подбрасывает нам судьба.

Она кивнула, не позволяя себе заговорить.

– Когда-нибудь где-нибудь мы снова встретимся, – сказал Найджел. – Я тебе обещаю. И это будет самый счастливый день за все мои тысячи лет, ведь я увижу тебя, живущую настоящей жизнью, которой заслуживаешь. Вот для чего здесь все делается. Вот для чего существует эта версия меня. Позволь мне исполнить свою судьбу, чтобы я мог увидеть, как ты добиваешься своей.

– Я не хочу другого тебя. Мне нужен этот ты.

– Другой я – оригинал. Он лучше меня. Вот увидишь. Только никогда не говори ему, что я так сказал, ладно? Пусть это останется между нами.

– Ты всегда должен быть прав?

– Я таков, каков я есть.

– Я тоже хочу быть права, хотя бы раз.

– Вот моя девочка.

В Фосбери они пустили поезд по другой ветке, переведя стрелки на Южную городскую линию. Никто не осмелился противостоять телохранителям Слвасты, когда товарищи ворвались в сигнальную будку и потянули за большие железные рычаги, переводя стрелки. И неважно, что так далеко от Варлана революция не была признана. Бетаньева свернулась калачиком на одном из длинных сидений и уснула под мерное покачивание вагона.

Хавьер разбудил ее при первых признаках рассвета. Бледно-золотистый свет проникал через окна с восточной стороны. Единственной туманностью, оставшейся на небе в этот час, был Уракус – ядовитое красновато-коричневое облако с изгибающимися топазовыми ветвями, будто межзвездные пыльные бури, подобно двум гигантским космическим сорнякам, обвивались друг вокруг друга. По непонятной причине область пустоты в центре туманности сегодня казалась больше. Внизу, на земле, лежал туман, затопивший низины, как ленивая маслянистая жидкость, из которой выступали деревья и крыши хозяйственных построек ферм. Линия горизонта была смята холмами.

– Где мы? – спросила Бетаньева, потягиваясь. Все ее тело болело после сна на неудобной скамье. Но – хвала Джу – хотя бы часть усталости прошла.

– Пять часов до Диоса, – сказал Хавьер. – Только проехали местечко под названием Нормантон.

– Понятия не имею, где это. – Бетаньева помассировала основание шеи, которая затекла от того, что она спала, пристроив голову на подлокотник. – Никогда не бывала в здешних краях.

– Я жил в Сигене пару лет, но это все.

Девушка окинула взглядом вагон. Похоже, бóльшая часть отряда телохранителей спала, но те, кто не спал, были настороже. Слваста сидел на скамейке в дальнем конце вагона, между Андрисией и Янрисом. Бетаньева приложила все усилия, пытаясь не хмуриться.

– Она не заменит тебя, – тихо сказал Хавьер.

– Слваста, наверное, считает меня… ох, дерьмо! Хавьер, так кем же был Кулен?

– Не знаю, – сказал здоровяк и усилил панцирь, желая скрыть свои эмоции. – Только не паданцем, уж точно.

Бетаньева понизила голос.

– Кулен заявил, будто он был машиной. Он не был человеком. Настоящим человеком.

– Он заботился о нас, вот все, что я знаю. Чем бы он ни занимался, это намного больше, чем революция. Гораздо больше.

– Они вернут нас в настоящую Вселенную, сказал он. Что, во имя Джу, он имел в виду?

– Понятия не имею. Может, он говорил о Вселенной вне Бездны, из которой пришел Капитан Корнелий?

– Но… вернуться туда? Как? Это просто безумие.

– Да. Но он определенно не походил на нас с тобой. Я думал об этом. Я считаю, он был лучшей разновидностью человека. Он пришел в Бездну с целью помочь нам.

– Здесь ты прав, – поспешно сказала Бетаньева. – Он в самом деле был лучше нас.

Она видела, как сильно страдает Хавьер.

– Значит, ты тоже считаешь это возможным?

– Что-то в этом есть. Интересно, Найджел тоже замешан в его планах?

– Думаю, да.

Бетаньева снова осмотрела вагон и встревожилась, заметив Капитана Филиуса, сидящего напротив Слвасты.

– А Слваста спал?

– Да. Он проснулся несколько минут назад. Поэтому я тебя и разбудил.

– Хорошо. Если спал, значит, он успокоился. Мы можем попытаться вразумить его.

– Меня он слушать не станет. Только не после вчерашнего. Мы с Куленом были вместе. Слваста не поверит мне. Разговаривать с ним должна ты.

Бетаньева положила свою руку поверх его.

– Кулен всех обманул.

– Может, я и хотел обмануться. Он был… совершенством.

– Я знаю. Я помню. Так прекрасен, что я даже не ревновала, когда он оставил меня ради тебя. Я лишь радовалась его счастью. Можешь себе это представить?

– Не знаю, – сказал Хавьер дрожащим голосом. – Мне просто больно.

Девушка сжала его руку.

– Я пойду поговорю со Слвастой.

Андрисия смерила Бетаньеву оценивающим взглядом, пока та шла по проходу между скамейками. Они со Слвастой явно обменялись телепатемами. Андрисия встала с места и одарила Бетаньеву нейтральной улыбкой.