Средь бала лжи (СИ) - Сафонова Евгения - Страница 83

Краски реальности вернулись в тот миг, когда ритм двух сердцебиений слился в одно. Звон в ушах утих, окружающий мир вновь проступил сквозь потустороннее золото — совсем такой, как прежде… но Лив знала, что всё изменилось безвозвратно. И, глядя в драконьи глаза, столь же ошеломлённые, как её собственные, откуда-то отчётливо, пугающе ясно понимала: теперь её сердце бьётся, не подчиняясь ей одной.

Близняшки позади что-то кричали в восторженном ужасе. Лив снова не было до них никакого дела.

«Ты», — выдохнул дракон, не открывая пасти.

Его голос не звучал, а просто… возникал. Прямо в её сознании, минуя уши.

И когда Лив поняла, что всё это значит — её пальцы, всё ещё лежавшие на багряной чешуе, дрогнули.

«Так ты… мой дракон?» — без слов прошептала она.

— История, конечно, занимательная, — нарушил молчание первый из шестерых, когда повествование амадэя подошло к концу. — Но всё же…

— Слабо верится, что вам так долго удавалось скрываться даже от нас, — тихо закончил второй.

— И что, эти ваши Воины действительно так хороши в бою, как о них писали в легендах? — хмуро уточнил третий.

— Меня больше интересует вопрос, вправду ли передо мной самый сильный целитель трёх Эпох, — рассудительно молвил четвёртый. — Позволите как-нибудь взглянуть на вас в деле? Хотя да, тут нужен особо тяжёлый случай, а чтобы таковой подвернулся…

— Что касается телепатии, — негромко изрёк пятый, — могу сказать уверенно. Он действительно лучше меня.

— Так и знал, — горестно вздохнул шестой. — А так надеялся получить подтверждение, что даже меня чутьё порой подводит!..

Ожидая вердикта волшебников под куполом из золотых листьев, вплетавших шелестящие нотки в журчащую песнь ручья, — Арон, чуть склонив голову, обвёл взглядом круг Мастеров, каждый из которых давно уже занял одно из шести кресел под белым древом.

Он не помнил никого из шестерых. Оно и немудрено.

Однако теперь знал всех.

Мастер Заклинатель. Первый наставник всех волшебников: тот, кто учит Магической Речи, слова которой способной изменять реальность. Учит, как подчинять Дар движению рук и губ, как призывать на помощь силы природных стихий, как чертить руны и произносить заклинания. Полный мужчина с залысинами на седой макушке, внушительном брюшком и внешне добродушной улыбкой.

Мастер Библиотекарь. Тоже один из первых учителей — тот, кто обеспечивает каждому выпускнику Школы прекрасное общее образование. Он отвечал за чтение, письменность, счёт, краеведение, историю и языкознание; не волшебные, но необходимые каждому предметы. Тихий молодой человек в очках, с тёмными кудрями и глазами — и эта темнота ещё более оттеняла его бледную, давно не видавшую солнца кожу.

Мастер Мечник. Третий из тех, кого ученики знают с самого первого года, тот, кто развивает не ум, но тело. Даже девочки к окончанию Школы обязаны недурно фехтовать, что уж говорить о тех, кто выбирает специализацию «боевой маг»: сталь, подкреплённая заклятиями, в бою часто оказывается полезнее любых чар. Поджарый, точно гончая, хмурый мужчина с сединой в бороде, скрывавшей лишь малую часть шрамов на его лице, и длинными волосами, высеребренными ею же.

Мастер Зельевар. С ним знакомятся на втором году обучения; тот, кто учит дарить жизнь противоядиями, сыворотками и микстурами — и не учит, но рассказывает, что может её отнять. Яды в Школе Волшебников не варили, в отличие от Школы Колдунов, но их действия и состав заставляли зубрить, пока слова не начнут отскакивать от зубов. За учеников, выбравших специализацию «целитель», Зельевар мог лично поручиться даже перед королём: не подведут. Сухонький старичок с пышными усами, ухоженной бородкой и блестящей лысиной, любитель задавать вопросы, чтобы самому же на них отвечать.

Мастер Странник, с которым знакомятся на третьем году обучения. Учивший творить путевые заклятия и перемещаться в пространстве, а также заглядывать в чужие умы. Тем, кто к этому предрасположен, он рассказывал, как выпустить разум из клетки тела и взглянуть на мир глазами птицы или зверя — людей в качестве временного пристанища волшебникам использовать не дозволялось. Сдержанный темноволосый юноша с веснушками на строгом лице и странным, завораживавшими глазами цвета аметиста.

И Мастер Иллюзионист, последний. Ещё один Мастер, право познакомиться с которым ученики получают лишь с третьего года; который учит обманывать глаз и творить вещи осязаемые, слышимые, пугающе реалистичные — а на деле лишь воздух, которому придали форму несколько слов. Старый знакомый Вермиллион, когда-то Морли.

— То, что вы не слышали о нас, немудрено, — повторил Арон озвученное ранее. — Амадэям всё же доступны заклятия десятого уровня. Чары такой мощи, которые из людей мог творить лишь великий Ликбер.

— Приятно, что вы признаёте заслуги того, кто некогда вас сверг, — Заклинатель сказал это со смешком, но глаза его были жёсткими. — Знаете ли, то, что вы нам поведали, опровергает все наши представления о том, кто основал эту школу.

Арон лишь улыбнулся.

— Я не старался сделать свой рассказ удобным и приятным для вас. Я говорил правду, — заметил он. — А правда, как известно, порой оставляет после себя неприятный горький привкус.

Гирен сидел на своём тулупе, привалившись спиной к альвийскому древу Иршен. Древо это посадил ещё Ликбер, а ему семя дала сама Королева Лесная; белая кора походила на шёлк, и золотые листья, сплетавшие потолок зала, шептали что-то, в чём при желании можно было расслышать таинственные, неведомые доселе слова.

Наблюдая за происходящим, старик усмехался.

Он видел, что Арон злил Заклинателя. Очень злил. Ибо Мастер Заклинатель был человеком, привыкшим к своему могуществу и своей власти, и к трепету простых смертных перед ними. Не самое положительное качество для Мастера… с другой стороны, Заклинатель никогда этим не злоупотреблял. Просто он, как и всякий житель Аллиграна, помнил: с момента основания Школы Шестеро являются одной из самых могущественных сил в Аллигране. Некоторые уверяли, что и самой.

И то, что теперь перед Шестерыми стоял человек — или шут его знает, кто, — проявлявший к ним не больше почтения, чем выказывает король при встрече с Первейшим Предстоятелем*, явно выводило Заклинателя из себя.

(*прим.: фактический глава аллигранской кристалинской церкви. Номинальным главой или Верховным Предстоятелем является король)

— Господа, сейчас перед нами не стоит проблема человеческих качеств Основателя, — осёк Мечник возражения коллеги, вот-вот готовые сорваться у того с языка. — Наш король при смерти. Теперь мы имеем возможность найти и покарать того, кто за это ответственен.

— И предотвратить новое Тёмное Время, — добавил Библиотекарь.

— А также спасти милую юную особу, которая однажды сможет подать старому немощному мне стакан воды, — заключил Иллюзионист.