Средь бала лжи (СИ) - Сафонова Евгения - Страница 23

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. СНОВА В ПУТЬ

— Дядя Арон!

Дэй поднял голову:

— Да, Лив?

Девочка сосредоточенно рисовала что-то в своей книге для записей.

— А вы не можете с Ташей по зеркалу связаться? — спросила она, усердно выводя цветным карандашом хвост огромного кота, походящего на колбаску с лапами.

— Таше не дали двустороннее зеркало, милая, — терпеливо растолковала госпожа Лиден, разливая чай. — Ты же знаешь, у нас в доме вообще нет зеркал.

— И зря! — Лив скорчила рожицу. — Почему у всех нормальных людей есть двусторонние зеркала, а у нас нет? Даже из дома все убрали, приходится перед чайником расчесываться!

Арон устало качнулся в кресле:

— Лив, я уже говорил. У меня есть очень опасный враг, который с помощью зеркал может нам навредить.

Госпожа Лиден поставила перед Лив кружку, истекающую сладким дымком. Попыталась погладить девочку по голове, но та, фыркнув, увернулась

— Зачем тебе Таша, милая? — ласково поинтересовалась старушка. — С ней всё хорошо, я тебе…

— С ней-то хорошо, а Джеми она с собой увезла! — Лив с такой силой ткнула карандашом в бумагу, что та продырявилась. — Почему он её рыцарь, а не мой? Это нечестно!

— Маленькая ты ещё, чтоб рыцарей себе заводить. Пирожок будешь?

Лив уже открыла рот, дабы сказать «нет», но, поразмыслив, кивнула: желание сладенького к чаю пересилило вредный протест.

Обеспечив названую внучку тарелкой брусничных пирожков, госпожа Лиден уселась за стол и открыла ларчик с вязанием.

— Чай пей, — наказала она Арону, сидевшему напротив. — Стынет.

Дэй послушно сжал чашку в ладонях, но пить не стал. Просто сидел, глядя на огонь в очаге.

— Лив, милая, не пойдёшь в свою комнату? — проворковала госпожа Лиден, не отрывая взгляда от наполовину готового шарфа; пальцы её орудовали крючком так ловко, будто жили собственной жизнью. — Что здесь сидеть — кухонька маленькая, тесная, мы, старички, над ухом бубним… пирожки можешь с собой забрать.

— А я в Ташину хочу!

— Иди в Ташину, иди. И спать там можешь, разрешаю.

Ликующе подпрыгнув, девочка сунула книгу под мышку, подхватила тарелку, кружку — и была такова.

— Что тебя тревожит, Арон? — спросила летописица, когда шаги Лив стихли вдали.

— Я не знаю, правильно ли поступил.

— Ты говорил, Таше ничего не грозит.

— Да. Говорил. — Амадэй в задумчивости качнул стул на ножках. — Лиар будет беречь её. От остального я её защитил… во всяком случае, на первое время, пока мы не поймём, что к чему. Но…

Замолчал. Сжал губы.

— Что? — произнесла старушка, когда пауза затянулась.

— Если вдруг игра продолжится раньше, чем мы ожидаем… Таша даже не поймёт, с кем борется.

— Что ты имеешь в виду?

Но он снова молчал.

Вывязав последнюю петлю ряда и вытянув нить, госпожа Лиден отложила вязание на стол.

— Арон. — Она мягко взглянула в лицо амадэя. — Может, всё-таки скажешь, каким образом ты обезопасил законную наследницу престола Срединного королевства? Учитывая, что кеары уже видели её в обществе заговорщиков…

— Таша отругала бы меня за то, что ты так много знаешь. — Он усмехнулся, не поднимая взгляда. — Забавно, но это была даже не моя идея. Я думал об этом… а предложила она.

— Что предложила?

— Таша — не наследница престола, конечно же. А ещё она, конечно, не оборотень. Росла она в Прадмунте, в доме семейства Фаргори, но мать её была лишь верной фрейлиной покойной принцессы. Или королевы, Таша сама толком не знает. И, конечно же, Мариэль тоже не была оборотнем. А потом один злой некромант решил развлечься и поиграть с понравившейся ему девочкой… и одним вечером Таша нашла свою мать при смерти, и та успела сообщить не только то, что Лив украли, но и что их семья — последние представители рода Морли. Впрочем, тайна настоящего имени Мариэль… ведь в Прадмунте она жила под вымышленным… ушла вместе с ней в могилу. Смерть пришла раньше, чем женщина успела сказать всё, что хотела.

— Беспроигрышный вариант, — кивнула старушка. — Наверняка в Адамант вместе с Таришем Морли прибыло много его родственников. А среди них наверняка присутствовали девушки, принятые в свиту монарших особ, и среди них была хотя бы одна, отдалённо походящая на Ташину мать.

— Дальнейшая история, в принципе, осталась почти без изменений. Таша кинулась в погоню, встретила меня, мы выкрали её сестру, выяснили, что злой некромант просто играет с ней…

— Дай-ка угадаю. Вы с Лиаром, конечно, не амадэи, а просто два брата, один из которых некромант, а другой — целитель-телепат?

Арон кивнул.

— И с кеарами вы никогда не встречались… и с заговорщиками, естественно…

— Именно.

— А что с Джеми и Алексасом?

— Бедные мальчики потеряли память. К сожалению, они не помнят ничего до того момента, как мы нашли их на дороге без сознания… ничего, кроме своих имён. Их рыцарство по отношению к Таше — забавная игра.

Госпожа Лиден покачала головой:

— Всё это, конечно, замечательно, но каким образом Таша умудрится пройти досмотр памяти и обмануть правдометры? Одно дело придумать ложную историю, а другое…

Вдруг смолкнув, уставилась на амадэя.

— Подожди-ка… нет, только не говори мне, что…

— Она сама об этом попросила, — тихо произнёс Арон.

Лишь самый внимательный слушатель смог бы различить в его спокойном голосе несчастные нотки.

— Злой некромант, тоже мне… — госпожа Лиден криво улыбнулась. — Арон, о чём ты думал, скажи на милость?

— О том, что изменить Ташину память и поставить блок в сознании Джеми и Алексаса — единственный способ обмануть кеаров, дознавателей и правдометры, — невыразительно проговорил тот. — И что Зрящий — единственный телепат, способный сделать это так, чтобы никто не заметил следов.

— Алексас? — Таша смотрела на юношу, пытаясь унять страх, холодом разлившийся под кожей. — Ты… колдуешь? Но поче… где Джеми?

Он не ответил. Просто смотрел на неё: спокойными, пронзительно синими, очень взрослыми глазами.

А потом — вдруг, внезапно — она поняла.

— Двоедушие… кончилось?