Средь бала лжи (СИ) - Сафонова Евгения - Страница 154

Но тогда, наверное, он ещё не так хорошо помнил, что такое милосердие.

— А теперь скажите, хозяин… вы точно в порядке?

Посмотрев на слугу, он тихо рассмеялся.

— Как же ты всё-таки проницателен, мой милый Альдрем. — Он повёл рукой, и фитиль, вспыхнув, вытянулся ровным и светлым огнём. — Да, я в беспорядке. Но, знаешь… пожалуй, мне это нравится.

Слуга с поклоном отступил:

— Это главное.

Убивать легко. Как и умирать, впрочем. Но вернуться к жизни, если подумать, тоже не слишком сложно. Особенно если мертва душа, но не тело.

Останется только убедить в этом её.

Убеждать в этом себя он не заслуживает.

— Что ж, довольно лирики на сегодня. — Он встал. — Настало время дел насущных.

— Финал? — печально спросил Альдрем.

— Да, — сказал он. — Игра подошла к концу.

— Значит, все эти дни ты просто спал? — спросила Таша, с невыразимой нежностью глядя на кудрявую макушку Джеми.

Вместе с ней спускаясь по лестнице Альденвейтса, мальчишка озадаченно почесал затылок. Для этого ему пришлось на миг высвободить левую руку из железной хватки Лив; освобождать правую — на неё опиралась Таша, пока не слишком окрепшая для самостоятельного передвижения — он не решился.

— Во всяком случае, ничего, кроме кошмаров, не помню. — Кудри мальчишки топорщились со свойственной одному лишь Джеми несуразностью, и эта несуразность сейчас казалась Таше милее всего на свете… за исключением разве что тёмных глазёнок Лив, восторженно оглядывавшей белоснежную лестницу королевского дворца. — Просто стою я на кухне в гостинице, собираюсь чай попить, и тут — раз! И темнота перед глазами. А потом просыпаюсь… вокруг поле битвы, рядом ты лежишь, а поодаль Арон, Лив, Мастера — и мирно так сидит дракон. Здорово, да? — Джеми скорбно поморщился. — Мне-то казалось, я на пару часов отключился, не больше.

— И как ты могла поверить, что Джеми умер, не понимаю? — фыркнула Лив: она весело прыгала через ступеньку, смиренно дожидаясь на каждой, пока старшие последуют за ней. — Разве может он просто так взять и умереть?

Перед глазами Таши на миг встали каменные кресты, снег и зеркальные осколки.

— Нет, — ответила она, и печаль в голосе была едва заметна. — Не может.

— Но как ты не заметила подмены? — нахмурился Джеми. — Это же очевидно, разве нет?

— Не так очевидно, как ты думаешь…

Толком мальчишкам никто ничего объяснить не удосужился. К тому же все дни, минувшие с их пробуждения перед замком Зельды, братья Сэмперы вынуждены были старательно скрывать от окружающих Двоедушие — хорошо хоть блок Арона надёжно охранил их сознание от Мастеров. И пока Таша никак не могла придумать, как бы так аккуратно поставить её рыцарей в известность, что Герланд прекрасно знал о треклятом обмене телами. Более того, наверняка их опекун и провёл подготовку к ритуалу: кто же ещё? И теперь им нужно будет понять, как альв связан с Лиаром, и разоблачить его, а того пуще — убить… и Принца забрать из Фар-Лойла… и…

Но пока Таша решительно не знала, как всё это сделать. И поскольку на ближайшую пару часов у них были куда более актуальные дела, а именно — долгожданный суд над Норманами, всё это определённо могло немножко подождать.

— Надо будет вас с Кесом познакомить, — заявила Лив. — И с Верми. Они хорошие, вы их полюбите обязательно!

— Ну да, ну да. — Таша ласково потрепала Лив по тёмной макушке. — Кто бы мог подумать: моя сестрёнка — драконья избранница!

— А суд вообще долго будет?

— Суд этот — формальность и не более, вот что я скажу, — важно проговорил Джеми. — Могли бы уже сегодня Кэйрмиль голову отрубить, и дело с концом. И всем тем, кто сейчас в подземельях сидит. А то как заявится за ними Зельда, и…

— Не думаю. — Глядя на ступеньки, Таша задумчиво покачала головой. — Сюда ей точно так просто не проникнуть. Да и, наверное, она теперь долго раны зализывать будет…

Королевский дворец, бесконечно воспеваемый в книжках и песнях, действительно поражал воображение — однако ослепительная белизна вокруг начинала понемножку раздражать. Светлоту жилых покоев разбавляла мебельная пестрота, дворцовые анфилады радовали глаз разнообразным шиком, но вот беломраморную стерильность лестниц не нарушали ни ковровые дорожки, ни какие-либо посторонние предметы. Зато их троице (с Алексасом в качестве наблюдателя) периодически встречались придворные, спешившие склониться перед зваными гостями в почтительном поклоне: с момента возвращения из логова Зельды их успели объявить спасителями страны и народными героями. Таша и вовсе авансом возглавила негласный список фаворитов Его Величества — так что лебезить перед ней начинали уже сейчас.

— Чувствую себя ужасно неловко, — буркнул Джеми, когда очередной бедолага не решился выпрямиться, пока они не прошествовали мимо.

— Привыкай к славе…

Больше всего Таше сейчас хотелось вернуться в свою комнату, забыться и заснуть. Но суд она, как Ищущая и друг Норманов, пропустить никак не могла. Пришлось облачиться в подобающее случаю платье, нашедшееся в подаренном герцогом чемодане (его услужливо доставили из арпагенской гостиницы ещё вчера), и побрести на долгожданное заседание. От услуг горничных, настойчиво предлагавших помощь Морли-малэн, Таша решительно отказалась: в данный момент она могла вынести присутствие лишь двух людей на этом свете, и эти два… ладно, три — человека сейчас шли рядом с ней.

— Как только суд закончится, надо будет погулять по Адаманту. И в Школу зайдём. — Лив никак не могла успокоиться. — Я же буду там учиться, ты знаешь?

— Да знаю, знаю…

— Все знают, — добавил Джеми со снисходительной и чуть завистливой улыбкой.

— Я не хотела одно время. Но когда Мастера тебя спасли… Они ведь хорошие на самом деле. Хоть и не хотели меня с собой брать. — Лив нахмурилась. — А ты знаешь, что дядя Арон нам с тобой врал?

— О чём? — на удивление спокойно спросила Таша.

— Что мама за нами вернётся! Мне господин Гирен сказал. На самом деле она болеет очень тяжело, и не хочет возвращаться, но мы ведь найдём её? — Лив подняла на сестру исполненный надежды взгляд. — У нас теперь Кес есть, мы быстро долетим, где бы она ни была, и Мастера нам помогут её найти и вылечить! Возьмут у кого-нибудь из нас кровь, мы по карте узнаем, где мама, ну и…

Таша сделала ещё шаг, сойдя с последней ступеньки.

И остановилась.

— Лив…

Конечно, для подобного разговора это было не лучшее время и не лучшее место. Но Таша так устала от лжи, что хотела покончить с ней раз и навсегда.

Со своей собственной — в том числе.