Средь бала лжи (СИ) - Сафонова Евгения - Страница 129

Победитель виверна резко откинул руку в сторону. Когда кровь скатилась с золотого лезвия чёрными шариками, посмотрел в безжизненные жёлтые глаза.

Повернувшись, насмешливо отсалютовал Мечнику, так и застывшему подле товарищей с клинком в ладонях.

— Сожалею, что лишил работы. — Бледное лицо со рваным шрамом на щеке — та же маска, которую летом видела Таша — кривила улыбка. — Но я не мог допустить, чтобы вы показали свою несостоятельность ещё и в этом. — Лиар кинул меч на камень, и тот подкатился под ноги Арону. — Прости, братишка, пришлось позаимствовать твой.

И, более не обращая на присутствующих никакого внимания, быстрым шагом направился к дракону; тот, с присвистом дыша, следил за приближением амадэя мутным взглядом.

— Так ты знал? — Арон смотрел на брата почти спокойно. — Знал, кого на самом деле мы тут найдём?

— Непослушных детей надо воспитывать. Единственный действенный метод воспитания, как я неоднократно убеждался — дать детям набить себе шишки. — Лиар деловито ощупывал края ран на шее дракона. — Царапины пустяковые… драконья регенерация справится, через пару часов восстановится.

— Сколько ещё будешь играть в доброго и заботливого?

— Всё ещё мне не веришь? Дело твоё. Учти только, что Ташины шпионские игры подходят к концу. — Круто повернувшись, Лиар смерил брата скучающим взглядом. — Если хочешь помочь мне вытащить её, через день будь в этом же месте над горами. В убежище сестрицы не попадёшь просто так, но вам откроют, если подождёте. Привратника просьба не убивать — он мне ещё понадобится.

— Какой…

— Решай, Арон. Мне вполне по силам сделать всё самому, и мне надоело бегать за вами нянькой. Либо в назначенный срок ты придёшь за Ташей, либо… — тёмный амадэй улыбнулся, прежде чем истаять чёрной дымкой — и лишь голос его, заканчивая фразу, прошелестел во тьме, — либо не придёшь.

Проследив за его исчезновением, Мечник спрятал клинок и сплюнул в сторону. Иллюзионист, прижав Лив к себе, молча баюкал девочку: та перестала метаться, но дышала тяжело и почти хрипло.

Взгляд Арона, застывшего над своим мечом, был устремлён в пустоту.

— Чувствуешь что-нибудь? — хмуро спросил Заклинатель, тронув Странника за плечо. — Что-то, что указывало бы на сокрытое?

Волшебник покачал головой.

— Древняя магия. — В свете волшебного пламени в его руке глаза Странника светились сиреневым. — Если она есть, я не знаю, как её обойти.

— Я знаю, — неожиданно произнёс Арон. Медленно перевёл взгляд на лицо волшебника. — Знаю, кто нам поможет.

Пару секунд два телепата смотрели друг на друга.

Когда Странник кивнул, Арон, нагнувшись, вернул в ножны свой безукоризненно чистый клинок — и под вопросительными взглядами волшебников подошёл к Лив, всё ещё лежавшей на руках Иллюзиониста.

— Ждите здесь. Думаю, мы вернёмся быстро. — Амадэй коснулся ладонью щеки девочки: та слабо бормотала что-то сквозь сон. — Жаль, что теперь я ничем не смогу тебе помочь…

— Куда вы? — негромко спросил Иллюзионист.

Вернув свой меч в ножны, Арон мельком улыбнулся.

— Боюсь, ответ вам не понравится.

Шагнул к Страннику, который ждал его с протянутой рукой — и как только пальцы их соприкоснулись, оба исчезли.

— Куда они собрались?! — гневно воскликнул Заклинатель.

— Тише. Всех вивернов в округе перебудишь. — Прислонившись спиной к драконьему боку, Иллюзионист сполз на каменный пол. Устроив Лив на своих коленях, провёл пальцами по лицу девочки, заботливо убрав волосы, налипшие ей на лоб. — Если Лео помог ему уйти, значит, наше святешейство задумал что-то не совсем противоестественное. Меня это вполне устраивает.

— А если амадэй его околдовал?

Мечник, кряхтя, присел рядом с Иллюзионистом, сложив ладони на рукояти меча:

— Я бы на твоём месте в нём не сомневался.

— С чего бы это?

Мечник усмехнулся, но глаза его были совсем невесёлыми.

— Потому что мне хватает сомнений по поводу его братца, — сказал он. — И если к этому ещё прибавятся сомнения по поводу лучшего из амадэев, тут и до паники недалеко.

— Взглянем правде в глаза, Ваше Высочество, — удовлетворившись длительностью воцарившейся в библиотеке тишины, изрёк Андукар. — Наша армия сильна, но люди тоже неслабы. К тому же Зельда помнит, что некоторые её товарищи по короне, так сказать, живы и здоровы. Наверняка они не отнесутся равнодушно к тому, что их вероломная сестра решила прибрать господство над Долиной к своим рукам. Нет, борьба будет долгой, упорной и кровопролитной… если, конечно, и король, и Шестеро, и амадэи не отвлекутся на куда более серьёзную угрозу.

— Зельда… собирается… открыть Врата? — от потрясения Ташин голос стал хриплым. — Выпустить демонов… в наш мир?

Эйрдаль мягко улыбнулся:

— Идея закольцевать историю стала для Зельды несколько навязчивой.

— Но это же безумие! — хрип мгновенно перешёл в крик. — Они не щадят никого, для них нет разницы, человек ты или нелюдь — они будут убивать всех, всех и каждого, без разбора!

Андукар поднёс палец к губам, безмолвно призывая её к ответному молчанию.

— Ты ведь знаешь, что магистры способны призывать этих самых демонов из-за Врат? — когда Таша затихла, спросил он. — На краткий срок… или на долгий. Зависит от заклятия и сил призывающего.

— Об этом даже в детских сказках пишут.

— И в этом случае, как ты помнишь, демон беспрекословно подчиняется воле призвавшего его.

— Один демон, которого призвали, но не тысячи, которых выпустили!

— Зельда уверена, что нашла выход.

Секунду Таша непонимающе смотрела на него.

Затем вспомнила те же самые сказки и свои любимые «Сказания Аллиграна» — и ужас понимания пробежал холодом по спине.

— Дракон, — прошептала она, вывернув левую руку в суеверном оберегающем жесте. — Сильнейший демон Бездны, правящий остальными. Призвать его невозможно, но если прийти самой… — она судорожно сглотнула. — Зельда собралась подчинить себе Дракона?!

— Скорее заключить сделку. Все люди мира в обмен на то, что его детища не трогают тысячу нелюдей. — Глядя в её лицо, Андукар поощрительно улыбнулся. — Да, ты права. Зельда решила поиграть с огнём, я и сам прекрасно это понимаю. Но она уверена, что у неё всё получится. И ей абсолютно нечего терять. Собственная жизнь не имеет для неё никакой ценности: всё, чего она хочет на самом деле — видеть этот мир в огне. Дожить до момента свершения своей мести. Потерпит ли она удачу или неудачу с тем, кто ждёт за Вратами… вне зависимости от исхода, ненавистные ей люди будут уничтожены.