Анжелика и принц (СИ) - Кальк Салма - Страница 87

Пока слуги несли новую порцию закусок и кофе, все принялись выяснять у Лики - откуда она знает такую чудесную игру. Пришлось вдохновенно врать, что прочитала в старинной книге, найденной в библиотеке Лимейского замка. А поскольку в тот момент куда-то делась Туанетта, то никому и в голову не пришло ловить её на вранье.

Дамы начали откланиваться, и все, как одна, выражали надежду, что её высочество ещё раз их всех соберёт, и они займутся этим милым развлечением. А может быть, Анжелика знает что-то ещё?

Анжелика-то, конечно, знает, но прилично ли при дворе играть, скажем, в дурака, то есть

- в еретика? Да-да, в смешанной компании и на раздевание. А что, на всех надето по целому сундуку, да ещё драгоценности, надолго хватит.

- Анжелика, не задержитесь ли немного? - спросила её принцесса Маргарита, когда все ушли.

- Да, ваше высочество, - вежливо кивнула Лика.

- Скажите, вы... по доброй воле идёте замуж?

- Да, - Лика постаралась улыбнуться как можно более безмятежно. - А вы?

Ну да, принцессам вопросов не задают, но она уже спросила. Вдруг прокатит?

- А я - из соображений государственной необходимости, - пожала плечами принцесса. - У меня не было шансов, что меня выдадут замуж за какого-нибудь придворного, которого я знаю с детства. Впрочем, король Генрих воспитывался с моими братьями, как и ваш жених. Так что. мы даже давно знакомы. А вы ведь знаете жениха недавно?

- Да. Но если вы про дядюшку Жиля, то он мне вот вообще не понравился. Анри лучше.

Он моложе и не такой упёртый. То есть нет, упёртый, конечно, но с ним можно договариваться. Мне случалось. А с его дядей - полагаю, не получится.

- Я бы тоже выбрала племянника, хоть о нём и сплетничают, что.

- Что Офелия, мужа которой побил Саваж, его любовница? Так даже и мне насплетничали. Будет плохо себя вести - тоже заведу любовника. А пока - не пойман, так и не. разбойник, - захихикала Лика.

- Ну да, у вас там поблизости Саваж, - усмехнулась принцесса.

- Да сдался всем этот Саваж! Мы вообще друг друга терпеть не можем на самом деле, верите? Особенно он, и это он вчера в людях был приличный, а вообще я у него - дурная девка. И помогает он мне по просьбе Анри и Лионеля, они ж друзья!

Принцесса улыбнулась - видимо, подумала что-то своё. Ну и пусть её. И сменила тему.

- А Жанна де Совиньи - вы хорошо её знаете?

- Как сказать-то. Мы вроде подруги детства, но после болезни я забыла изрядную часть своей прежней жизни. И его преосвященство де Вьевилль сказал, что это ещё хорошо, могло быть хуже. Поэтому я вижу, что она - знакомый мне человек, но не более. Если я скажу вам, что она кажется мне наглой и бессовестной, вы не прикажете меня повесить?

- Она пользуется покровительством моей матери, - вздохнула Маргарита, - и может быть какой угодно, увы. Я видела вчера вашего жениха с Офелией, в саду, когда уже стемнело. Они скрывались, но недостаточно.

- Я видела вашего жениха с Жанной в окне, когда мы уезжали домой. Они даже не скрывались. А своего - в вольте с этой. крысой.

- Значит, нам надо держаться друг друга, - улыбнулась принцесса. - Наедине и для своих -меня зовут Марго.

- Для своих я Лика, - ну ни фига же.

А это вообще правда?

Дамы пожали друг другу руки и расстались, и Лика вышла наружу, но тут оказалось, что нигде нет Туанетты. И даже честно стороживший снаружи Марсель ничего не может сказать по этому поводу - вышла, и всё тут, обещала вернуться. Не вернулась.

3.10 Антуанетта. Два горшка на ложку

Антуанетта смотрела на Анжелику - на то, как та трепещет и паникует пред представлением ко двору - и понимала, что сама паникует ничуть не меньше. Только ей, всё же, проще - она не на виду. Его высочество Анри не поведёт её за руку к его величеству - но и опасности для неё, что и говорить, меньше. Анжелика шепталась с Жакеттой про отравление каким-то очень редким магическим ядом, а на прямой вопрос они прямо ответили - да, прежняя Анжелика умерла от отравления. И господин граф де Безье - тоже. И хоть травил, по мнению Анжелики, безголовый идиот, цели своей он вполне достиг - оба умерли.

Антуанетте не хотелось умирать, поэтому она сумела найти в своём положении какие-то дополнительные хорошие стороны.

Утром в день представления Антуанетта волновалась - и за выражение лица Анжелики, и за её несдержанный язык, и за своё платье, и за всё подряд вообще. И только когда они с Анжеликой и Жакеттой вышли на крыльцо, и она увидела спокойных мужчин - от сердца немного отлегло. Всё будет в порядке, они не дадут свершиться ошибке, гадости, несправедливости или ещё какой беде.

Правда, Анжелика ныла, что не хочет в карету, но кто бы её спрашивал! Получила от жениха изумрудный гарнитур - носи и молчи, в конце-то концов, и делай, что положено.

Дворец Антуанетту ошеломил. Нет, она, конечно, знала, что он велик, и что в нём они встретят множество народу - но пространство, звуки и запахи оглушили. Жакетте тоже было не по себе, а Анжелика-то, Анжелика - идёт да по сторонам поглядывает, будто так и надо. Интересно, где это она видела такое количество людей?

К счастью, его величеству Антуанетту не называли, спокойнее будет. Зато подопечная представила её принцессе Маргарите - наверное, это хорошо. И уже после можно было отойти со всеобщего обозрения.

Анжелика неплохо держалась в беседе с соседкой госпожой де Совиньи, той самой, о которой сплетничают, что её обхаживает Генрих Рокелор. И сумела не проронить ни слова, когда они случайно встретили Жиля де Рогана - того самого дядюшку, который тоже хотел на ней жениться - или даже ещё хочет.

А после оказалось, что вечером им предстоит вернуться во дворец - на бал.

Королевский бал - это чудесно, могла ли Антуанетта мечтать, что попадёт на королевский бал? О нет, она не хотела, чтобы её пригласил сам король или кто-то из его братьев, но само слово - бал! Настоящий бал, а не вечер для соседей, пусть в Лимее это и был очень многолюдный вечер для соседей!

Свежая сорочка, красивое платье, жемчужные нити, чудом оставшиеся от матушки. Анжелика пришла, осмотрела её и предложила жемчужную брошь - сказала, что она должна хорошо подойти ко всей композиции. Антуанетта не нашла в себе сил отказать. И потом, глядя в зеркало, убедилась, что несносная девчонка права - да, так стало лучше и интереснее. Сама она в последний момент растеряла все носовые платки - и Антуанетта с лёгким сердцем дала ей свой. Хоть что-то дать, только брать - нехорошо. Особенно у человека, к которому так непросто относишься.

И после уже не говорить ей ничего, пусть делает, что хочет. Ну, почти - пусть знает, что если отправится по улице верхом - то всё её красивое платье покроется пылью. Но ей, кажется, всё равно.

Бальная зала во дворце была прекрасна, а на балконе сидели музыканты - десяток, а то и поболее. Антуанетта никогда не танцевала на таком многолюдном балу, и таком представительном. И более того, даже на самую первую, самую почётную павану её пригласили - она в тот момент была очень благодарна графу Саважу. Он - человек своеобразный и непростой, но танцор хороший, это Антуанетта знала по занятиям с господином Ожье, на которых тот бывал намного чаще, чем его высочество. Его шаги легки и изящны, а поклоны - совершенны.

Зато на второй танец Антуанетту пригласил Анри. Она чуть не растаяла на месте от захлестнувшего её счастья, и была благодарна выучке - тело всё равно что само выполнило поклон, коснулось губами запястья, прежде чем подать руку, а губы сложились в вежливую заинтересованную улыбку. Антуанетта не помнила того танца, помнила только, что она танцует его с самым замечательным мужчиной на свете.

Но на этом счастье не закончилось! Анри ещё приглашал Антуанетту на балетти -Анжелика их не танцует. С другой стороны, в зале так много красавиц, и есть такие, что глаз с него не сводят - но танцует-то принц с ней!