Анжелика и принц (СИ) - Кальк Салма - Страница 164

- Это правильно, у такой дамы и конь должен быть подходящий, - Маттео оглядел остальных. - А сейчас я вас совсем добью, хотите? Вы тут сколько учитесь, лет по десять каждый, так?

Мальчишки закивали.

- Одиннадцать, - вздохнул белокурый Рино, ему огонь давался хуже воздуха и воды.

- А Лика... напомни, ящерка, ты сколько времени маг?

- Четыре месяца, - пробормотала Лика.

- Вот, - Маттео оглянулся и посмотрел пристально на каждого. - Всё ясно? Ещё раз услышу про чучело или что там ещё у вас на языках бывает - устрою вам каждому с ней поединок один на один. И вы не камни, расплавитесь быстрее - если что. А плавить камни она умеет. Если кто жив останется - там уже посмотрим, что с вами дальше делать.

Лоренцо, надменный красавчик из какой-то до фига знатной местной семьи, весь из себя высокий и мускулистый, и волосы рыжеватые в хвост - куда там Ликиным хвостикам, подошёл и поклонился ей.

- Прости нас, Анжелика, - и почесал обожженное ухо. - Вот, возьми, - и приколол ей свой значок в виде осьминога, у них у всех такие были.

- А тебе? - не поверила Лика.

- А мне ещё сделают, - кивнул он и отошёл.

Вот так - Чумкой была, розой была, драной кошкой была, соколицей была, командиром наёмников была, ящеркой была, осьминогом не была - так и сказала вечером Жанно. Он с ухмылкой выслушал её рассказ и потом, Лика слышала, благодарил заглянувшего к нему Маттео. Потому что, сказал, иначе ему бы пришлось этих паршивцев крепко побить, а так уже не надо.

После тренировок ехали на море, купаться. Маттео и парням было норм, а ей пришлось завести себе какую-то символическую рубашечку и что-то типа панталон до колен. Или уходить далеко, за большие камни. И в этой-то одежке Маттео и углядел её татушки, у него самого тоже были - как и у Жанно, вокруг рук выше локтя.

- Ух ты, а почему только одна рука? Что, ещё нога? А почему так странно?

Лика не стала говорить, что есть ещё, ну его.

- Ты лучше скажи, говорят, можно сделать, чтобы там была защита и блокировка боли.

- Можно, - кивнул тот. - Надо в Свете спросить, у них должны быть мастера.

И он спросил. Лику пригласили приехать, её руку и ногу тщательно осмотрел седой целитель, согласился, что боевому магу без такого рода защиты нельзя, и согласился провести процедуру. Лика собралась с духом и сказала, что это ещё не всё, сняла рубаху и показала остальное. Тот изумился странному выбору мест расположения, но сказал - раз уже есть, так это же полдела, остальное сделаем.

На процедуру пришлось приехать с раннего утра и натощак, и заняла она полдня -пришлось ещё и отпрашиваться в тот день с занятий. Правда, мастер Леонардо счёл такое дело уважительной причиной и Лику без вопросов отпустил.

А ещё это оказалось очень больно. И нельзя было ту боль никак уменьшать - что-то там господин целитель объяснял, почему так, но Лика ничегошеньки не поняла и просто вздыхала и терпела. А когда терпеть стало сложно - тихонько плакала. К счастью, ей никто ничего не говорил - наверное, понимали, и сам целитель, и пара его помощников. Завершили процедуру и оставили Лику спать.

Маттео приехал за ней уже ближе к вечеру, сказал - дома доспишь, пошли. Помог одеться - распухшая рука не лезла в рукав, а нога - в сапог. Спина же была вообще как подушка.

Дома Жанно утешал её, как мог, и говорил, что она очень сильная и вообще невероятная. И что к утру всё пройдёт.

К утру и впрямь прошло, и жить с тех пор стало существенно проще. Боль чувствовалась намного меньше, а защита в некоторых случаях ставилась всё равно, что сама. Что очень облегчало тренировки.

Таким образом, жизнь худо-бедно вошла в некоторую колею. Но Лика скучала - по Жакетте и их общим делам, по Орельену и их приколам, по Лионелю и их разговорам, даже по Анри с Туанеткой скучала. И вот как раз когда она это совсем-совсем поняла, и появился Анри - собственной идеальной персоной.

4.28 Анри. Я свободен от молвы, от предсказанной судьбы... (с)

Лимей опустел.

И Анри даже не подозревал, что его это так заденет.

Кузен Шарль отбыл в столицу вместе с супругой - после того, как господин маршал Вьевилль известил, что в столице безопасно. К счастью, дворец горел не везде, пострадало только то крыло, в котором жила кузина Марго, остальные оказались в относительном порядке - если не считать пропавших гобеленов, мебели и некоторых ценностей. Какую-то часть пропавшего нашли, но как водится в таких случаях - не всю.

Кроме короля, во дворец вернулись мадам Екатерина - бодрая и деятельная, принц Генрих - в целом маршал его даже похваливал, точнее - его действия во время беспорядков, он показал себя бесстрашным бойцом и толковым командующим, и принц Франсуа. Кузина Марго сообщила, что во дворце не чувствует себя в безопасности, и приняла покровительство семьи Вьевиллей. Её супруг пока ещё не встал после ранений -что-то было с теми ранами не так, а магический целитель оказался для него бесполезен.

Мадам Екатерина предлагала казнить изменника, маршал Вьевилль остужал её пыл -подождите, мол, ваше величество, вдруг сам помрёт.

Говорят, столица понемногу возвращалась к обычной жизни, возвращались торговцы, цветочницы и покинувшие город придворные. Если их величества вернулись - значит, жизнь налаживается.

Друзья тоже разбежались из Лимея, кто куда.

Лионель застрял в Безье - после того, как они вместе с Жаном-Филиппом, Орельеном, братьями Велассио и - внезапно - дядюшкой Жилем взяли замок штурмом, да таким бравым, что, говорят, ворота расплавили. Более того, Анри не слишком понял, что там у них произошло, но Антуан пал от руки Саважа - что они не поделили? Точнее, Анри недоумевал до тех пор, пока Лионель не явился к нему и не рассказал об откровениях того Антуана. Анри был чертовски зол на тех, кто пакостил в его землях, и понял, что невероятно благодарен прекратившему это Жану-Филиппу. И ему весьма по душе пришлась идея обменять последнего уцелевшего де Во на приданое для Антуанетты -наверное, она когда-нибудь захочет выйти замуж?

Жан-Филипп, убивший Антуана, сам попал под арбалет, и теперь выздоравливал аж в Фаро - Жакетта утверждала, что спасти его смогли бы в любом случае только там, потому что очень уж нехорошо вышло. Счастливчик, что и говорить - а если бы при них не было братьев Велассио? Правда, внутренний голос тут же напомнил об Орельене и его портале. В общем, Жан-Филипп в Фаро, и его... супруга там же при нём.

Дела графства Безье временно отдали под управление Лионелю и дядюшке Жилю -напополам. И они там науправляли, ясное дело. Приставили к делу местных разбойников, тех, кто не слишком замазался на службе у Антуана - разбирать разрушения, возникшие в ходе штурма, замку явно понадобится новая стена и новые ворота. И башня нуждается в ремонте. Тех же, кто особо прославился, повесили без всякой жалости. И правильно, что ещё с ними делать?

Третьим управляющим был назначен Саваж, как супруг Анжелики де Безье, но он пока не был в состоянии куда-то прибыть и что-то решать. Поэтому ждали его выздоровления. Но было ясно - приданое Анжелики он получит, и может быть - что-то ещё.

Между делом свои права попробовал предъявить родственник покойного графа Флориана Филипп де Безье, тот самый, который выгнал Антуанетту из родительского дома. Но Лионель подготовил его величество, и тот пока придержал Филиппа - мол, ждите, разберёмся.

Анри навестил замок - Орельен поспособствовал, и сам полюбовался на пресловутые расплавленные ворота. И даже восхищался бы, наверное, если бы кто-то случайно не сболтнул, что расплавила их Анжелика. Когда увидела, что Саважа подстрелили. И что её чуть не разорвало тут на месте, и спасали её вчетвером - самые сильные из оставшихся магов. А потом отправили в Фаро, и там она, говорят, поступила в обучение в Орден Луча - элитную школу боевых магов, и её взяли без разговоров.

Услышав такое, Анри подумал - и хорошо, что она больше не невеста ему, и жена совсем другому человеку. Вот пусть Саваж с ней и справляется, она и правда ему подходит. Принцу Лимейскому не нужна жена, которая со злости плавит камни.