Анжелика и принц (СИ) - Кальк Салма - Страница 134

Давно, когда судьба столкнула Жанно с первым человеком Срединного моря его милостью Морским Соколом, то сначала он мог только лежать на брюхе, потому что спина его была не такова, чтобы вынести даже сорочку, не говоря о большем. Заживало долго, и чтобы Жанно не рехнулся от скуки, к нему приходили разные люди - развлечь, а то и занять чем-нибудь. Господин Марсилио Лоренцетти был не только отличным офицером, он ещё и рисовал портреты его милости Фалько и прочих с необыкновенной похожестью. Он и показал Жанно, как следует держать карандаш, чтобы на бумаге выходило то, что хочется, а не мазня какая-то, и объяснил про тренировку - ну, это что хочешь возьми. Просто раньше Жанно думал, что тренировать нужно только те вещи, в которых сила, а поэты и художники сразу готовыми рождаются, но господин Марсилио только посмеялся - ты ведь, говорил он, музыкант, ты знаешь, что не бывать хорошей музыке без долгих тренировок. Жанно с удивлением согласился - и принялся учиться. По словам господина Марсилио, глаз у Жанно был верный, оставалось только набить руку. И постепенно это получалось, и ему удавались и цветы, и животные, и корабли на море, и даже люди - Жанно потом нарисовал бессчётное количество портретов прекрасной Теодоры, его в тот момент путеводной звезды, правда, после её гибели он всё это сжёг.

И надо же - пригодилось давнее развлечение. Рисовать розы было совсем не сложно, скорее - забавно. Жанно не слышал, что девчонка думает о них - она молчала. И хорошо, что молчала, а то ведь Ли знал об этом его умении и сразу бы всё понял.

Что он тогда думал? Да ничего не думал, ведь девчонка определённо тянулась к Анри, так ему казалось. И Анри вроде понимал, что ей каждая капля его внимания - как солнце той самой розе. И так было до отъезда в столицу.

Жанно не хотел ехать в столицу, потому что не хотел смотреть на счастливую, как ему тогда казалось, пару. Но вышло иначе - он взглянул на девчонку, на её неуверенность - и сам положил свою голову кому-то в пасть. Страшному зверю по имени не то Странная Дружба, не то Безрассудная Любовь.

А в столице поджидали засады - королева Екатерина и её придворные дамы. Жанно видел, как Анжелика волнуется перед представлением ко двору - он и не подозревал, что она может чего-то бояться! И дурак Анри, вместо того, чтобы её за ручку держать и от себя не отпускать, только требовал, приказывал, командовал. А потом и вовсе пошёл танцевать вольту с Офелией де Сансер.

В тот момент Жанно понял, что дождётся свадьбы - и потом она будет его и только его, это уж как-нибудь удастся провернуть. Анри будет развлекаться с Офелией, и не станет им помехой. И решив это для себя, пригласил девчонку на вольту. Ух, как она обрадовалась! И пусть это только про танец, а не про него самого, но ведь уже хорошо, танец-то с ним. Правда, финал смазался видом на Анри с его Офелией - вот дурак, прости господи, не мог найти угол поукромнее. И это после того, как он пытался всем доказать, что женится на прекрасной деве не только из-за приданого, а по любви! Жанно не знал, куда деть себя от злости - и придумал вместе с Орельеном спровоцировать мужа Офелии на дуэль. Это оказалось несложно, и побить его - тоже. Но на душе определённо стало легче, хоть и не совсем. Потому что совсем оказалось из разряда несбыточного.

Все его прежние увлечения вдруг поблекли - казались некрасивыми, глупыми, пустыми. Ни капли не интересными. Даже отказать кое-кому пришлось, и смотрите-ка - на него даже не обиделись, и попытались воздействовать через господина маршала. Тот искренне хотел помочь, но не скажешь же ему, что положил глаз на невесту его племянника, принца и прочая? И поэтому никто другой не нужен? Но только ли потому, что то, чего хочется -недоступно? Или просто ему захотелось невероятного, принцессу из сказки?

К слову, принцессы-то в его жизни случались, а такое вот диво - возникло впервые. И оказалось недоступным не только потому, что дева была связана с Анри, но ещё и потому, что в её глазах Жанно не видел ни капли интереса.

Правда, и на Анри она смотрела уже не так, как вначале, и не так, как накануне отъезда из Лимея. Дурное отношение отвратит кого угодно.

А когда они вместе с ней застали Анри с Офелией - он понял, что не станет дожидаться свадьбы. И она просто будет его, он ещё не знал, как, но понимал - будет, он не отдаст её Анри, никогда. Анри обойдётся. И Жанно после с удовольствием дал другу в глаз -просто так, без магии. Ибо нечего.

Ах, как хороша она была в Козьем переулке! Ни одна известная ему дама не встала бы против врага рядом с ним, а его прекрасная роза - встала, и даже ни на мгновение не усомнилась в том, что надо поступить именно так. Она знала, что потом придёт слабость и боль, но она также и знала, что иначе им не выбраться. Нет, выбраться, но - только вместе.

На следующее утро, когда она пропала, а отряд сопровождал его величество в Пале-Вьевилль, он казнил себя по-страшному, и думал - если бы накануне, по возвращению в дом Анри, решился бы объясниться с ней - пропала бы она или нет? Потому что был шанс, что это происки врагов, но Жанно был почему-то уверен - роза сбежала сама. Просто не вынесла. Она старалась, терпела, наверное - как-то объясняла себе всё происходящее. А тут уже не смогла.

И не передать его радость - когда она появилась из невидимости посреди поляны. Бой?

Ну и пусть, пела его душа, они вместе, они справятся. И верно, вместе - справились. Да, было непросто, но - справились ведь!

А после... о нет, он решился поцеловать её только, когда она сама недвусмысленно сказала, что думает. Пусть это и не было признанием в любви, это были слова от рассудка, но - совершенно искренние. А если она искренне считает его в чём-то лучшим - это же повод показать, что он умеет кое-что ещё.

Да, как песня. Как сказка, как баллада, лучшая из баллад. Оказывается, она может и смутиться, и покраснеть - кто бы мог подумать? Может быть невероятно нежной, а может - яростной и страстной. И может говорить ласково, и такими словами, что -заслушаешься.

И Анри, глупец, ничего этого не оценил? К дьяволу Анри.

Жанно очень понравилась её идея отправиться в Фаро. Да, ей туда надо, и вообще место хорошее, и он там себе применение найдёт - уж наверное, его милость Великий Герцог возьмёт его на службу. Только вот. просьба Ли сбила на подлёте, что называется.

Но с другой стороны, может, так оно и лучше? Не сбежать трусливо, а уйти с развёрнутым знаменем? Жанно разве что решил, что драться с Анри не станет. Потому что - зачем? Если тот будет как-нибудь нехорошо себя вести - ну, побить-то всегда можно. Но -никаких дуэлей, ни оружных, ни магических.

К счастью, помог Лионель. К счастью, сама роза - не промах, и тоже готова бороться за их любовь, теперь он уже не сомневался нисколько, что любовь у них - общая, на двоих.

А Анри. и вправду, пусть утешится с госпожой Антуанеттой, которая так глупо попала в историю. Правда, старший из братьев де Во нашёл в той истории свой конец, а её камеристку Мари выгнали, разобравшись, за ворота - к людям де Во, которые, оказывается, решили их покинуть, числом три человека. Вот и пусть проваливают.

Когда Жанно поднялся в захваченную Ликой комнату Анри, она уже ждала его на кровати

- в сорочке. В длинной сорочке под горло, и даже пальцы ног глухо спрятаны. Что ещё за новости?

Правда, когда он стащил с неё, хохочущей, ту сорочку, то обомлел. Потому что оказалось, что там, внутри, есть ещё одежда, да какая, откуда только взялась! Прозрачные чулки с кружевом, вызывающе чёрные на её нежной коже. Такая же прозрачная рубашечка - без рукавов, плечи обнажённые, а грудь видна вся под невероятной тонкой тканью. И снизу -дивная конструкция из чёрных верёвочек, вроде и всё наружу, а вроде и нет. Жанно прямо рот разинул, когда всё это увидел, а она смеялась, и обнимала его, и говорила, что это специально, да, и она знала, что он оценит, и он может всю эту мишуру хоть порвать, но -другой нет, её домашние запасы ограниченны. И что в ночь после их официальной помолвки, да ещё после такого гадкого вечера - нужно что-то особенное, и хорошо, что у неё с собой её рюкзак.