Смерть и прочие неприятности. Opus 2 (СИ) - Сафонова Евгения - Страница 94

— Каким образом?

Лодберг закружил ее под рукой; ловко перехватив ее пальцы в финальном повороте, повел ее вперед степенным, уверенным шагом. Танцевал он хорошо.

— Насколько мне известно, в эту область магии керфианцы не углублялись, но я долго изучал прорехи между мирами. Я открыл заклятие, которое позволит вам увидеть тех, кого вы любите. Друзей. Родных. — Следующая фигура вновь развернула их лицом к лицу — чтобы Ева смогла недоверчиво заглянуть в светлые, очень цепкие глаза. — Полагаю, на родине у вас остался кто-то, кого вы не отказались бы проведать.

За серым туманом его радужек пряталось что-то, недоступное ей. За маской участливости — намерения, которые ей очень хотелось бы разгадать.

У услуг всегда есть цена. Особенно когда их предлагает незнакомец. И с каждым новым тактом Ева уверялась в мысли, что Лодберг из рода Миркрихэйр не похож на человека, который может продешевить.

— Это… щедро, — сказала она, прощупывая почву.

— Будь вы в другой ситуации, я бы сделал еще более щедрое предложение. Но, полагаю, вы в этом не заинтересованы.

Она отметила, как спокойно и просто это было озвучено. Никаких многозначительных интригующих ноток. Просто голый факт.

Едва ли Первый Советник Повелителя дроу встречался с демонами, но если бы встретился, еще вопрос, кто бы кому преподал пару уроков грамотного искушения.

— Не говорите обиняками, Советник. Вы не можете знать моих интересов.

— Это верно. — Глаза колдуна блеснули почти весело. — Зато я знаю, как вернуть вас домой.

Ева порадовалась, что новый переход вынудил ее отвернуться. Она неплохо владела собой — но не настолько, чтобы эта новость не отразилась на ее лице эмоциями, которые ей совсем не хотелось показывать.

«Я знаю, как вернуть вас домой». Фраза отдалась в голове потрясенным эхом, на миг заглушив и музыку, и бальный шум, разбилась на осколки слов, словно витражи на стенах вокруг.

…«вернуть вас домой». Вот так просто. То, о чем она не осмеливалась даже задумываться, вдруг без спроса подают ей на блюдечке.

…«домой»…

— Оп-па. — Мэт даже присвистнул от удовольствия.

Либо это проверка гнусной и бессовестной ложью — либо предложение слишком щедрое, чтобы Еву могла не ужаснуть предполагаемая цена. Прекрасно. И еще прекраснее то, что Ева прекрасно знала, как должна на это реагировать: никак. Будущая королева Керфи и счастливая невеста не могла думать о том, чтобы отказаться от магии, порвать с Его Величеством Мираклом тир Тибель и упорхнуть обратно в Москву, к своей скучной обыденной жизни в скучном обыденном мирке.

Или…

— Во всяком случае, я изобрел ритуал, который теоретически позволяет пройти через прореху с этой стороны. И выйти в том мире, что вы покинули, — как ни в чем не бывало продолжил Лодберг, когда они снова развернулись друг к другу. — Не знаю, известно ли это вам, но при должном мастерстве можно вычислить место, где откроется…

— Где откроется очередная прореха из нашего мира в ваш. Знаю. — Ева вскинула руку, чтобы их пальцы окошком соединились над головой. — Вы сказали «теоретически». А практически?

…в конце концов, пока никто не говорил, что это билет в один конец. Может, это и не так. И в любом случае ей семнадцать, а по ту сторону прорехи у нее остались люди, по которым она не может не скучать. Она юная особа, полная противоречий. Даже если это простая проверка, едва ли она провалит ее, выказав свою заинтересованность.

Страшно, что она так долго играла в те чувства, которых не испытывала, что уже боялась проявить настоящие.

— Практически мои опыты не увенчались успехом, — ничуть не смутившись сказал колдун, пока они сходились и расходились, меняясь местами через кружево легких и изящных восьми шагов.

— Что делает ваше предложение не настолько щедрым.

— Видите ли, этот мир не отпускает того, кто успел пустить в нем слишком длинные корни. И вернуться может лишь тот, кому есть, куда возвращаться. Я бы даже сказал, к кому возвращаться. Но все мои подопытные выбирали остаться здесь. Там их ничто не держало.

А ты с чего-то уверен, что мне есть, к кому возвращаться, подумала Ева, пытаясь разобрать хоть что-то за непроницаемым дружелюбием на его лице. Из чего можно сделать вывод, что Белая Ведьма насплетничала тебе про мою сестру.

Ева тоже читала Динкин твиттер. И прекрасно помнила, как часто та выкладывала фото счастливых сестер Нельских, сопровожденные сердечками и подписями вроде «зависли в океанариуме с сестренкой, люблю ее».

— Снежана тоже была среди ваших подопытных?

— Была, — легко подтвердил Лодберг.

— Она сирота?

— Насколько я знаю, в том мире у нее остался отец, но у них были не слишком хорошие отношения.

— И ни одной подруги? Друзей? Вещей, от которых она не смогла бы отказаться? — Ева не могла представить, чтобы геймера и программиста прельстил мир без компа и интернета. Динку бы точно не прельстил. — Хотите сказать, она просто добровольно выбрала магию и почетную должность знаменосца?

— Она выбрала меня.

Тихий ответ почти слился с голосами скрипок. Или как их там называли местные — сути это не меняло.

Так вот чьи объятия утешили тебя после расставания с принцессой дроу, думала Ева, пока они бок о бок скользили по белому мрамору, сиявшему отблесками кристаллов и оконных витражей. Неожиданно. Или очень ожидаемо — если посмотреть с другой стороны.

В одном Белая Ведьма была права: они и правда безошибочно находили дорожки к трону. Только вот далеко не всегда прямые и легкие.

— В каждом из миров есть много прекрасных вещей, ради которых стоит жить, — продолжил колдун, отступая для завершающей фигуры. — Здесь. Там. Просто жить. Но в конечном счете люди всегда привязывают нас легче и надежнее всего. — Он поклонился, не опуская головы, и его неотрывный взгляд пробрал Еву почти до мурашек. — Думаю, вы можете это понять.

Приседая в реверансе, она вспомнила далекий, очень далекий вечер, когда Герберт задал ей простой и такой многогранный вопрос.

…«ты останешься со мной»?..

— Почему вы предлагаете мне это?

Ева не замечала людей и эльфов вокруг, расходящихся для отдыха или заступающих в центр зала для нового танца. И не сопротивлялась, когда ее подхватили под руку, увлекая куда-то: наверное, вернуть Герберту или проводить к Мираклу. В голове теснилось слишком много мыслей, догадок и лихорадочных соображений, чтобы задумываться о таких вещах.

Сейчас они были просто еще одним маленьким потоком в великосветском море, старавшимся не пересечься с другими.

— Не верите, что я просто хочу помочь?

— Увы, Советник. Такой подарок, как безосновательная вера, дается далеко не всем. Если и дается, то прискорбно легко теряется.

Лодберг засмеялся. Коротким, очень приятным смехом, в нужной степени бархатистым и звонким.

— Считайте это подкупом. — Он прокладывал путь сквозь толпу с небрежной легкостью. Те, кто замечали их приближение, торопились расступиться, но многие гости были слишком заняты беседой — и тем не менее колдун пробирался вперед так уверенно, что Ева ни разу не задела чей-то неаккуратно выставленный локоток. — Я заинтересован в том, чтобы наладить хорошие отношения с вами и вашим женихом.

— Или с моим женихом через меня.

— Читайте, как вам угодно.

— По-вашему Миракл будет вам благодарен, если вы поможете его невесте сбежать в другой мир?

— Истинно любящий вас будет благодарен, если я помогу вам обрести счастье. Вне зависимости от того, является ли вашим счастьем он — или дом. — Притормозив мягко, как швартующаяся лодка, колдун наконец выпустил ее руку. — Кажется, Криста, у меня для тебя подарок.

Ева запоздало повернула голову, прекратив вглядываться в его четкий профиль в тщетных надеждах узреть подсказки о происходящем.

Повелитель дроу, Повелительница людей и Повелители эльфов поприветствовали ее калейдоскопом улыбок, включавших в себя пестрый спектр эмоций: от расположения до почти откровенной хищности.