Синеглазка для Грома (СИ) - Роман Виолетта - Страница 4

Снова послышался какой-то стук. А потом звуки похожие на шаги.

— Эй, боец, почему вещи на полу?! — раздался грубый мужской голос. А я застыла в ужасе. — Боец!

Распахнув глаза оборачиваюсь и застываю. Передо мной стоит высокий, крупного телосложения мужчина. Абсолютно голый. Его взгляд наглым образом сканирует мою фигуру. Только спустя несколько секунд у меня включаются защитные механизмы.

— А-а-а-а! — начинаю кричать, закрывая грудь и бедра руками.

— Какого?! — рычит он, но продолжает наглым образом пялится на меня. Да еще и сам ни черта не прикроет свое… ого. У него там все в порядке. От собственных мыслей краснею еще больше.

— Убирайтесь отсюда! Вы в своем уме?! Уходите!

Видимо до него только сейчас доходит суть происходящего.

— Черте знает, что творится! Почему дверь не закрыла?! — рычит, принимаясь одеваться.

Я выглядываю из-за выступа. Крепкая мужская спина уже облечена в рубашку.

— Так здесь петелька сорвана! Что же мне делать было?!

— Что делать было? Что делать? Хотя бы не орать, у меня перепонки едва не лопнули!

Что-то еще проворчав, он вышел за дверь, громко хлопнув ей напоследок. А я еще минуты три стояла в ужасе и в полной прострации, позволяя горячей воде обмывать мое тело. А потом будто молнией шандарахнет.

Что же я растеклась тут? Нужно делать ноги, пока еще кто не зашел!

Закрыв вентиль крана, быстренько вытерлась полотенцем и натянув обратно свою одежду, извалянную по полу, выскочила в коридор.

Быстренько пробравшись в комнату, скинула вещи на стул. Не включая свет, стянула с себя футболку с брюками и оставшись в одном белье, опустилась на кровать.

Было как-то тесно. С виду кровать казалось шире. А сейчас я еле помещалась на ней. Справа от меня была стена. Но она казалась мне такой горячей. И я слышала, как она…дышит. Осознание накрыло паникой. Я завизжала громко, но вскочить не успела-огромная, тяжелая рука придавила меня обратно к матрацу, зажав мне рот.

— Какого черта? Ты кто? — пробасил мужской голос.

— М-м-м, — промычала. Он так сильно давил на грудь, что я не могла вздохнуть. От этого стало страшно.

Мужчина пошарил второй рукой по стене и включил небольшой светильник над кроватью. Глаза ослепило светом. А потом я увидела над собой хмурое лицо и колкий взгляд голубых глаз.

— Опять ты?! — прорычал, продолжая удерживать меня. Моя оголенная грудь упиралась в его разгоряченное тело. Он убрал руку с моего рта.

— Опять вы?!

— Кто послал тебя? Говори! — в его взгляде было столько гнева. Я замерла в испуге.

Я судорожно пыталась вспомнить фамилию прапорщика. Помню, там было что-то от грызунов.

— Грызунов, — произнесла первое, что пришло на ум и прикусила губу, силясь вспомнить, правильно ли я его назвала. Это было странно, но в этот момент мне казалось, если я не скажу ему правды, бугай пристрелит меня или придушит.

— Грызунов? — сощурился недобро. А потом отвернулся в сторону. А я отметила про себя его красивый профиль. Выпирающие скулы у мужчины всегда были моей слабостью.

— Тогда все ясно, — он наконец-то отпустил меня и поднялся с кровати. Слава богу, на нем сейчас были надеты брюки и майка — тельняшка. Он схватил со спинки стула рубашку и принялся ее надевать.

— Черт знает что! Грызунов совсем страх потерял! — пробурчал он себе под нос.

— Что вы сказали?

Мужчина обернулся ко мне, окинул сердитым взглядом.

— Ты губу не раскатывай. Не светит тебе ничего, так что можешь одеваться.

Я только сейчас поняла, что снова предстала перед ним практически в неглиже. Натянула на грудь одеяло, пытаясь прикрыться.

— Что вы такое несете? Я и не собиралась…

— В общем так, — перебил меня, не дав закончить мысль. — А теперь иди к Грызунову и передай, что меня проституткой не купить. И отпуска своего ему теперь не видать, как своих ушей!

— Что-о-о? — мне показалось, что я ослышалась. Но — нет. Этот мужлан стоял и пялился на меня презрительно, словно я грязь на его берцах.

Ну уж нет. Никому не позволю так говорить со мной.

— Как вы меня назвали???? — я поднялась с кровати вместе с одеялом и пошла на него.

Опешив от такой наглости, он даже немного попятился. Но потом остановился, придя в себя.

— Ну или как ты себя называешь?

— Да какое право вы имеете так называть меня?!

— За последний час ты дважды предстала передо мной во всей красе. Так что да, ты именно та, кем я тебя назвал, — он сложил на груди свои огромные руки. При этом мужлан выглядел весьма довольным собой.

— Одевайся и выметайся отсюда. И передай Грызунову, чтобы он получше мои предпочтения узнал. Тощие воблы не в моем вкусе.

Он сейчас что, сказал, будто у меня плохая фигура?!

— Да как вы смеете?! — взорвалась на крик. Он замолчал, удивленно глядя на меня.

— Никакая я не проститутка! Мне Грызунов разрешил переночевать здесь. А вы мало того, что ворвались ко мне в душ и пялились на меня, так еще и в кровати облапали! Я напишу на вас заявление за домогательства! Вы хам и подлец!

Он опешил вконец. Его глаза стали больше в два раза.

— Господи, да ты чокнутая чтоли?! Кто тебя домогался?!

— Вы!

Он рванул вперед, ко мне. Я схватила с пола туфель и выставила его каблуком вперед.

— Не подходите, слышите, я буду драться.

— Ты собралась избить меня туфлями? — вздернул ехидно бровь.

— Туфлей! Этот каблук отправил в нокаут одного приставучего таксиста. И вам не поздоровится, если не уберетесь отсюда!

Мужчина застыл. Но вовсе не от испуга. Уголки его губ слегка приподнялись в улыбке.

— Нет, ты точно чокнутая. Черт с тобой, оставайся здесь. Утром, чтобы тебя здесь не было! А Грызунову так и передай, что ему конец.

Схватив куртку, он выскочил из комнаты, громко хлопнув за собой дверью.

Глава 4

Гром

Снова снились взрывы. Снова оглушительный свист в ушах и кровь, заливающая глаза словно пот. Он раненный в ногу. Руки дрожат, пока я пытаюсь достать из нагрудного шприц- тюбик с промедолом. Он стонет, мимо проносятся пули, где-то рядом взрывается фугас. Меня подкидывает, падаю прямо на него. Олег теряет сознание.

— Держись, слышишь?! Держись, бл*! — кажется, что ору, на самом деле едва слышимый хрип срывается с губ.

Вкалываю ему в ногу обезболивающее, щупаю его пульс. Живой. Подхватив под плечи, тяну за собой, пытаясь уйти с линии огня. Но следующий взрыв отключает все…

Резко поднимаюсь в сидячее положение. Со свистом вдыхаю разгоряченный утренний воздух. Несколько секунд уходит на то, чтобы понять — я в безопасности. Больше нет Афгана, нет взрывов и пуль, проносящихся мимо, нет духов. Я в своем кабинете.

Разминаю шею и плечи. Все тело сковало болью. Чертов диван способен только на то, чтобы на нем хранились папки с документами. Спать на нем — издеваться над собой.

Настроение хуже не придумаешь. Поднявшись, и убрав скромные постельные атрибуты, принимаюсь за зарядку. Отжимаюсь от пола три захода по тридцать, боксирую с тенью — немного попускает. Боль уходит и вместе с тем горечь сна.

Он снится мне постоянно. Каждый месяц, по два раза. И после него я каждый раз с трудом собираю себя, буквально по кускам.

Взяв из шкафа полотенце, отправляюсь в туалет. Коридор пуст — слишком рано, еще и пяти нет. Освежившись холодной водой с рукомойника, выдыхаю. Голова приходит в норму. Выглянув в окно, вижу, как к казарме бежит мой заместитель.

При виде него тут же вспомнилось ночное происшествие в общаге. Да уж, ночка выдалась веселой. Мало того, что в квартире трубы прорвало, так еще и Грызунов вместе с комнатой подкинул проблем. Это же нужно было додуматься, притащить туда проститутку! Попросил, называется, ключи, а он буквально за пару часов провернул операцию.

Совсем с катушек съехал с этими бабами. Разговор был о девках так, за стаканом коньяка, в шутку. А этот идиот решил, что я всерьез отпущу его в отпуск накануне проверки, если он мне девку приведет на ночь. Можно подумать, я бы сам не смог справиться с этой задачей, будь у меня желание.