Синеглазка для Грома (СИ) - Роман Виолетта - Страница 17

— Здравствуй Игорь, — произнесла она со слезами в голосе. — И прощай, — дама всучила в его руку какие-то листки бумаги и сорвалась бегом вниз.

— Юля! — крикнул ей в след и посмотрел на меня. Его глаза были полны тревоги.

— Черт! — прошипел сквозь зубы и выбросив на пол бумажки, ломанулся вниз. Я подняла одну из них. Это был билет в кино. Руки дрожали, а к глазам подкатывали слезы. Какая же я дура! Выдумала себе черт знает что! А у него девушка есть. И теперь они из-за меня поссорятся.

Нужно было скорее уходить отсюда. Подальше от своего позора, и от боли, которая стискивала грудь.

Глава 11

Я не хотела думать о грустном. Наотрез отказывалась принимать к сердцу свой постыдный проигрыш. Как вспомню вчерашний вечер и то, как удирала от Грома, так не по себе становится. Про ночь и слезы в подушку, я вообще молчу. Так что собраться утром на службу было трудным занятием. Помогала держаться только мысль о том, что Женька мне не простит, если я испорчу ей праздник. Собрав все силы в кулак, я упорно изображала прекрасное настроение. Но боюсь, могла перестараться. Сан Саныч как-то странно покосился на меня, когда я, после слов приветствия, сверкнула ему слишком наигранной улыбкой. Женя напомнила об обеденном перерыве и о поездке в городской ЗАГС.

Рядом с казармой были слышны громкие голоса марширующих по плацу солдат. А у самых дверей здания меня встречал Мишка с цветком в зубах. Заметив меня, собака ткнулась носом мне в ногу.

— Это мне?

Удивилась и подставила ладонь. Пес ослабил хватку и цветок ромашки упал мне в руку.

— Спасибо тебе, друг, — потрепала его по шерстке, засмеявшись.

Слава богу, Грома в кабинете не было. На столе лежала пачка документов и задание, написанное от руки. Со всей прытью принялась за работу. Пока готовила документы, посторонние мысли не мешали. А ближе к обеду в кабинет зашел Гром. При виде него, сердце тут же подкатило к горлу.

— Здравия желаю — поднялась из-за стола, отрапортовав заученное приветствие.

Он кивнул в ответ и молча прошел к себе. Выглядел комбат чернее тучи.

Тут же стало не по себе. Я боялась возможного разговора. Интересно, что он подумал, увидев накрытый стол с едой? Ладно. Черт с ним. Это была просто забота о начальнике — не более того.

Ага, убеждай себя, Вита. Только ты можешь так глупо оправдываться.

Но самое страшное было не это. Мне нужно отпроситься на время обеда в город. И поговорить с Громом нужно было незамедлительно.

Набравшись храбрости, постучала к нему в кабинет. Он поднял на меня хмурый взгляд.

— У вас что-то случилось?

— Да, просите. Но я хотела отпроситься в город в обеденный перерыв. Сугробов женится, я свидетель.

Гром молча смотрел на меня. Словно впервые слышал о Сугробове.

— А, да, — откинулся на спинке стула. — Помню, он говорил. Идите. Но без опозданий.

В первые секунды я даже не поверила собственным ушам.

— Конечно!

Я помчалась к выходу. Пока он не передумал и не испортил весь праздник, оставив меня в части. По пути к КПП, думала о горьком чувстве, поселившимся в душе. Мне было невероятно обидно, что Гром даже словом не обмолвился о вчерашней гостье, не потрудился объясниться.

— Фиалка, привет! — раздалось радостное откуда-то сбоку. Литвинов в пару размашистых шагов преодолел дистанцию между нами.

— Мишка передал тебе послание? — его губы скривила улыбка.

— Мишка? — нахмурилась, а потом вспомнила о ромашке. Она так и осталась в небольшой вазочке на подоконнике моего кабинета.

— Да, так это был ты?

Литвинов усмехнулся самодовольно.

— Ну а ты думаешь, пес сорвал цветок на клумбе, рискуя быть замеченным злым и беспощадным садовником?

— Это ты про Сан Саныча? — засмеялась, представив его в роли сурового охранника своих посаждений. Остап кивнул.

— Ну так что, как насчет похода в кино? На этих выходных у меня увольнительный.

Этот парень невероятно харизматичен. Подумать только, всего за одну минуту он изменил мое настроение из ужасного во вполне себе хорошее.

— Солдат Литвинов. Занята я в выходные. Работы у писаря очень много, — помахав ему на прощание, направилась в сторону КПП. Но пройдя пару шагов, обернулась.

— А за цветы спасибо… Мишке.

Остап улыбался во все тридцать два.

— Привет, Фиалка! — ко мне подошел Эскулап. Парень выглядел озадаченным. — Увидишь черепаху с выцарапанной надписью «ДМБ 91», лови и ко мне. Сбежала, блин.

Теперь засмеялась я.

— Что ж ты за десантник такой, Дементьев, раз от тебя черепаха умудрилась сбежать?

Он посмотрел на меня с обидой.

— Мы пока по плацу гоняли, она ноги и сделала.

— Эскулап! Отстань от девчонки. — раздался строгий голос Литвинова.

***

В припаркованной неподалеку машине уже ждали Ваня с Женей. Как только запрыгнула в салон, Ваня стартанул. Сначала все сидели в полном молчании. Женя выглядела шикарно. Вроде бы обычное ее повседневное платье, но сегодня его белая ткань казалась мне белоснежной, а ее красная помада ярче как никогда.

Первой тишину нарушила Женя.

— У нас сотрудница из отпуска вернулась. Такая фифа неприятная, — проговорила она с неприязнью. — Ее сегодня сам комбат в город возил. Какие-то документы ей потребовалось оформить, — последние слова подруга прошептала мне.

Вот так и тесен мир. Оказывается, та самая Юля трудится в Женькином отделе. Думать о том, что сегодняшним утром, когда я изо всех сил боролась с собой и с назойливыми мыслями о Громе, он был с другой было невыносимо. Просто отлично, Счастливцева! Ты настоящая неудачница!

Постаралась прогнать эти мысли прочь. Сегодня праздник у моих друзей, и я не собираюсь омрачать дурным настроением.

— Вань, а почему Литвинова из твоей роты Бар-кафе называют?

Спросила первое, что пришло в голову.

— Литвинова? — усмехнулся Сугробов. — Так он у нас пижон столичный. Еще когда новобранцем был, кто б его ни спросил, чем на гражданке занимался, он всем отвечал: «То в бар пойду, то в кафе». Вот и прицепилось прозвище.

Немного помолчав, Ванька добавил.

— А вообще бабник жуткий.

И почему я не удивлена? Он с таким рвением бросился обхаживать меня — сразу видно, у этого парня припасен внушительный запас приемчиков по соблазнению девчонок.

Спустя полчаса мы были у Загса. Ребята дико нервничали. Да и ясно, у них такое событие! Даже я была сама не своя. Пройдя по длинному коридору, мы остановились у кабинета начальницы.

Постучав в кабинет, первым прошел Сугробов.

— Разрешите?

Спустя мгновение, он обернулся и сделал нам знак проходить. Женя схватила меня за руку, и сжала так крепко, что у меня на глазах едва не выступили слезы.

— Все хорошо будет, — улыбнулась ободряюще.

Кабинет был небольшим. Вдоль стены располагался длинный шкаф, а перед ним широкий деревянный стол. За ним восседала грузная женщина с высоким шиньоном, в виде огромной гульки и с тонкими черными усиками над кромкой верхней губы. Дама окинула нас тяжелым взглядом.

— Нам бы расписаться, — голос Сугробова прозвучал слишком тонко для офицера армии. Как и следовало того ожидать, на мадам его предложение не возымело совершенно никакого эффекта.

— Заявление пишите, через месяц распишем, — сказала, как отрезала.

— Нет, вы не поняли, — он нервно потоптался на месте, посмотрел на Женьку. Та зыркнула на жениха. Сугробов понял, что отступать ему некуда.

Выудив из кармана купюру, он положил ее в папку женщине.

— Простите, но нам позарез сегодня нужно. Невеста очень расстроится, если не будет свадьбы. Мне уезжать в командировку, может не дождаться. Вы посмотрите на нее. Такую красивую, да уведут же сразу, — он приобнял раскрасневшуюся от смущения Снегиреву.

Женщина перевела свой взгляд на подругу. По всей видимости оценивала, прав ли Сугробов, и стоит ли ему переживать.

— Ладно.

Она махнула рукой и открыла папку. Хмуро посмотрела на купюру лежащую в ней. У меня замерло сердце от страха. Неужели оскорбиться взяткой Сугробова? Ох, может он зря, деньги то положил? Как бы беды не было…