S-T-I-K-S. Северный регион (СИ) - Соловьев Сергей Михайлович - Страница 68

Когда до Хребта оставалось не больше сотни метров, Гном приказал водителю замедлить ход, позволяя товарищам выбраться из грузовика, на последок обновив массовый контроль. Уже выпрыгивая из кузова, приказал всем присутствующим в отряде сектантам забыть о том, что они видели их отряд и какие–либо странности в убитых недавно зомби. Сразу за этим приказал выждать пятнадцать минут после прибытия на базу, а потом начать любыми подручными средствами, тихо убивать каждого кто подвернётся им под руку но не друг друга, а если их раскроют, то просто убивать всех без разбора. Это ненадолго отвлечет руководство базы от недавних событий, а потом, даст ещё прилично времени форы, пока те будут разбираться что произошло.

По описаниям Патриарха, Зевс и его отряд без труда смогли отыскать горную тропу, ведущую почти к самой вершине Хребта, высота которого не превышала тридцати метров. В конце подъёма, оставили Венеру караулить окрестности и встречать их будущего помощника, а сами, двигаясь строго на север, через час не самого лёгкого пути через заснеженную скалистую местность, все же смогли отыскать нужную им пещеру, в которой обосновалась невиданная тварь.

Казалось бы — каким образом база килдингов выживает находясь на одном стабе рядом с такой зверюгой? Ответ подсказал все тот же Патриарх — сектанты начали на него молиться и приносить жертвы в виде иммунных, которых тащили со всей округи, привязывали, проводили жуткий для просто человека ритуал в ходе которого бедолаг лишали всех пальцев, ушей, носа и языка, оставляя лишь глаза — чтобы перед смертью, кроме боли, жертва смогла познать ещё и ужас который наводила эта тварь одним своим видом. Наблюдения за его действиями и́здали, так же стали частью ритуала и благодаря этому, сектанты смогли узнать многое о его способностях и силе, но вряд ли они смогли выяснить вообще все, на что он был способен. Но имеющейся информации Олимпу оказалось достаточно для того, чтобы проникнуться глубиной той опасности, в которую были готовы шагнуть. Но для начала, им потребуется приманка — живая, вкусная, говорящая… и где ее можно взять, Зевс и остальные прекрасно знали.

— Видишь снайпера? — обратился Зевс к лучшему ментату региона, но ответ его не порадовал.

— Да. Отсюда, приблизительно, пятьсот метров.

— Я могу подойти ближе, — предложил Гном, но поддержки эта идея не вызвала.

— Ты может быть и сможешь, — морщась от вида замёрзших луж крови возле входа в пещеру, сказал Сокол, — но я — не ты! По горам лазить не привык, да и бок ещё ноет.

— Это не гора, а маленький камушек, — самодовольно ухмыльнулся Гном, — не думаю что участок очень сложный, пусть и темно, но пройти скорее всего можно. Обвяжемся веревками, помогу где надо. У нас в лагере тренажёры сложнее были, чем эта гряда.

— Выбора у нас все равно нет, — наконец решив поддержать слова Гнома, кивнул Зевс, — пойдете вдвоем, а мы пока тут потопчемся.

Сокол, не особо друживший с физкультурой, что показательно сказалось на его фигуре, откровенно приуныл, но оспорить прямой приказ командира не осмелился. Крест достал из своего рюкзака верёвку, которой обмотался сенс, а второй конец отдал для обвязки Гному. Теперь, если даже его попутчик сорвётся, кваз сумеет его удержать, а потом поднять обратно на твердый камень. И если сенс не станет орать во все горло, из за чего их непременно заметит снайпер, то они просто продолжат двигаться дальше.

Путь был не особо сложен для подкованного в этом деле Гнома — получив силу кваза, он мог без помощи ледоруба цепляться за камни и держаться на них долгое время, правда для этого, ему пришлось снять свои термостойкие перчатки, а ветер на такой высоте морозил беспощадно, от чего руки, медленно, но все же замерзали даже после всех изменений его тела.

Как же выживали в таких условиях зараженные? Ведь температура воздуха в регионе колебалась в шкале сугубо отрицательных значений, а одежда или хотя бы волосы на теле, у сколько–нибудь развитых особей отсутствовали. Этот вопрос мучил Гнома с первых дней пребывания в Улье, но позже, после всех событий что происходили в его жизни на континенте, он как–то позабыл о нем разузнать. До того момента, пока Гном не оказался заперт в тюрьме на базе сектантов, а из собеседников остался только один его не в меру болтливый товарищ. Он рассказал, что заражённых животных начальных стадий выручала их шерсть и подкожный жир, который не успевал быстро превратиться в питательное вещество для роста мышечной и костной массы, поэтому их и было кратно больше в этом регионе. А вот люди… Обычно, они либо быстро замерзали, не в силах сообразить найти себе убежище, либо, если очень повезло с кластером, прятались в зданиях с которыми сюда перенеслись, выходя на улицу только в том случае, когда слышали заманчивые для себя звуки, после чего жрали и возвращались назад в более теплое место.

У развитых же заражённых, по словам его товарища, изменялся метаболизм и функционал внутренних органов. Они, подобно человеческой печени, словно печка грели своего носителя изнутри полным составом. Сердце гоняло кровь с такой скоростью, что та просто не успевала замёрзнуть или хотя бы остыть, а костяные наросты и огромное количество мяса и мышц не позволяли морозу проникать глубоко в глубь организма.

Серьезная трудность на их пути к засевшему у предгорья снайперу, возникла всего один раз. Уже почти в самом конце, когда Сокол сумел разглядеть при помощи своего дара засевшего средь камней иммунного, перед ними возникла практически отвесная каменная стена, забраться по которой без специального оборудования никак не получится. Но решение в голове Гнома все же нашлось — подсадив товарища руками, он со всей силы подкинул тело сенса вверх, благодаря чему, Сокол сумел ухватиться за верхний выступ и перевалиться на его поверхность. Но вот сам кваз так просто забраться наверх не мог, поэтому Соколу пришлось искать выступ, за который можно было привязать свой конец веревки и на ней поднять тушу кваза наверх. Найти такой выступ не удалось, зато в снегу нашелся широкий и довольно высокий каменный упор. Сокол улёгся в снег, упёрся ногами в тот самый выступ и подав сигнал Гному, изо всех сил вцепился в верёвку. Масса кваза превышала массу Сокола почти в два раза, но опытный скалолаз работал плавно и без резких движений, поэтому вскоре, так же как и взмокший от натуги и волнения сенс завалился в снег, помог товарищу подняться и продолжил шагать вперёд.

Через пару минут пути, бойцы остановились и посмотрели с обрыва вниз.

— Вон там, — указал пальцем Сокол местоположение их будущей приманки для неназываемого, — видишь?

— Нет, — честно признался Гном и добавил: — но это не важно. Думаю, смогу достать.

— До него метров сто как раз, давай, — азартно прошептал сенс и замолчал.

Гном закрыл глаза, сосредоточился на нужных мыслях и отдал приказ в том направлении, куда указал Сокол. Спустя минуту, уже и он сам смог разглядеть при ярком лунном свете темный силуэт человека, быстро бредущий в ту сторону, откуда начался их подъем на вершину Хребта. В конце горной лестницы сектанта встретила Венера, убедилась что действие способности ее товарища работает как надо и повела его к пещере, где ждали возвращения Гнома и Сокола остальные члены отряда.

Когда все оказались в сборе, пустили вперёд с фонарем в руках приманку, а сами пошли следом, сохраняя приличную дистанцию между каждым иммунным.

Туннель ведущий в глубь пещеры оказалась настолько просторным (в ширину он был метра четыре, а высоту и того больше), что в нем мог себя чувствовать комфортно даже оставленный в лесу пикап. Повсюду были видны сталактиты, сталагмиты и прочие ледяные наросты на стенах и потолке пещеры, температура упала так, что даже через маски изо ртов бойцов просачивался плотный пар, а их веки и ресницы начинали слипаться.

Туннель был не прямым, а постоянно извивался, поворачивал и менял угол наклона, уходя все ниже с каждым пройденным шагом. На весь путь отряду в сопровождении сектанта с фонарем в руках, потребовалось целых десять минут обычного шага, что давало ответ на вопрос — как сектанты успевали провести ритуал до того момента, как голодная тварь идущая на крики жертвы покажется снаружи пещеры и всех их перебьет.