№333, или Притворись, что любишь 2 (СИ) - Рымарь Диана - Страница 55

Но уж больно Роман спокоен, и я хочу понять почему. Ведь ни один человек в здравом уме не был бы спокоен, зная, что по его следу идут ищейки фонда.

— Ромочка… — отвлекаю Войтова от его порномыслей с моим участием. — Можно тебя спросить?

— Конечно, милая… что хочешь… — с придыханием отвечает он.

— Ты потрешь мне спинку?

Вручаю ему губку и поворачиваюсь спиной. Слышу его шумное дыхание, представляю, что сейчас с ним творится. Намеренно издеваюсь, чуточку привставая, чтобы оголить большую часть спины. Чувствую прикосновение губки к коже и заговариваю:

— Я очень волнуюсь, Ром…

— Что тебя беспокоит? — хрипит он мне на ухо.

— Что нас найдут… Что разрушат нашу идиллию…

— Кто? — он начинает тереть мою кожу агрессивней.

— Ты знаешь кто… — тихо шепчу, как будто даже вслух боюсь произнести.

— Ты про службу безопасности «Всемогущих»? О, ты можешь не беспокоиться об этом, Элена!

Я резко разворачиваюсь к нему, смотрю прямо в глаза.

— Правда?

— Да! Милая, когда я вышел из тюрьмы, признаюсь, был готов на всё, чтобы вернуть тебя обратно! Слава богу, твой менеджер падок на деньги, мне удалось его подкупить, чтобы достать адрес твоего нового… того урода, который держал тебя у себя! О, чего мне только стоило не убить его сразу, как только увидел… Ведь я моментально почувствовал, что он плохо с тобой обращается!

Не могу слушать эти лицемерные речи, боюсь вырвет. Возвращаю разговор в интересующее меня русло:

— Так почему нам не нужно бояться клуба?

— Твой менеджер изначально знал, что я планирую тебя забрать, он обещал замять скандал за определенную плату… Нешуточную, надо сказать. Но к счастью, всё вышло еще лучше, ведь твой джентльмен выставил тебя за дверь! Ты сама сказала это вчера.

В этот момент мне хочется откусить себе язык, а Роман тем временем продолжает:

— Я уже связался с твоим менеджером. Отправил деньги за мою девочку…

Он гладит меня по плечу, а я замираю, не в силах сделать даже вздоха.

«Никто меня не спасет, никто не поможет, я заперта в одном доме с Романом Войтовым!»

— А Аня? — еле шевелю губами. — Что будет с ней?

— Борис Антонович уверил меня, что девочке подыщут хороших приемных родителей, и через несколько дней Аня покинет здание клуба…

Я мертвею, мечтаю лишь о том, чтобы земля разверзлась и поглотила меня. Жажду оказаться в кипящей лаве, чтобы сожгла меня дотла за доли секунды, и, наконец, отпустила эта невероятная, всепоглощающая боль, ушла тоска…

«Аня!»

Войтов замечает мое состояние и на свой больной лад пытается меня успокоить, водит мочалкой по моим плечам и приговаривает:

— С ней будут хорошо обращаться, менеджер сказал, лично проследит, чтобы приемные родители были приличные, я даже приплатил за это сверху! Я знаю, ты любишь дочь, но мы не можем взять ее к себе, ты же понимаешь это, да?

О да, это я понимаю, это я очень даже осознаю. Но и фонду не верю тоже, Борису подавно! Продажная сволочь! Что, если Аня окажется вместо приемной семьи в Норвежском филиале?

«Не думай об этом, а то сойдешь с ума!» — приказываю себе.

Привычно задвигаю этот самый ужасный страх всей моей рабской жизни подальше, в глубины подсознания, и молю, чтобы не вылезал на поверхность.

— Рома, я тебя умоляю, пусть ее не удочеряют, пусть она останется в фонде… — эта просьба всё же выскакивает из моего горла, разъедая рот горькой кислотой.

Он резко поднимается, швыряет мочалку в воду так, что брызги летят мне в лицо, хотя я едва их замечаю.

И говорит:

— Это не обсуждается, Элена! Если ты еще хоть раз попросишь о подобном, я очень крепко тебя накажу!

На прощание он окидывает меня жадным взглядом и спешит уйти.

— Никто не придет… — шепчу в пустоту комнаты. — Никто не спасет, никто не поможет…

Я опять могу рассчитывать только на себя. Помощи не будет.

Аню отдадут в приемную семью, и у меня останется одно занятие — выживать. Держать ухо востро, минимизировать побои, стараться изо всех сил и удовлетворять все желания Войтова, молиться, чтобы не искалечил в очередной из стычек. А ведь он может и насмерть забить!

— Как же мне это надоело…

С Натаном я попробовала жить... Спасибо ему за это, за короткие месяцы счастья.

А выживать я больше не хочу!

«Через несколько дней Аня покинет здание клуба…» — всё крутится в голове обещание Войтова.

Вряд ли девочку заберут у приемных родителей, если меня вдруг не станет.

Мне обязательно нужно выжить до того времени, пока Аню не отдадут на удочерение, но ведь потом это уже совсем не обязательное условие, так? Кому нужна такая жизнь? Уж точно не мне…

Глава 68. Решительный Громов

Тот же день:

14:30

Натан

— Вроде здесь…

Всматриваюсь в перечень контор на стенде в фойе офисного здания.

— «Пандора», — читаю название.

— Оно! — кивает Кирилл.

Идем в угловое помещение на втором этаже. В приемной нас встречает вежливая девушка по имени Анна.

— Вам назначено?

— Не совсем… — качаю головой.

— В таком случае давайте я запишу ваши контакты, и, возможно, на следующей неделе Демьян Давидович сможет уделить вам время… — сюсюкает она, стремясь поскорее нас выпроводить.

— Нас следующая неделя не устроит! — Кирилл нависает над ней. — Нам бы сегодня, а лучше сейчас…

— Простите, но это никак невозможно…

Тут из соседнего кабинета выходит невысокий щуплый мужик и недоуменно смотрит.

— Анна, кто наши гости?

Секретарь тяжело вздыхает.

— Они настаивают на немедленной аудиенции, Роберт Альфредович…

— О как… — Он добродушно улыбается. — Вы по какому вопросу?

Угадываю в нем интерес.

— Меня интересует ваш коллега, некий Демьян Громов, когда-то он занимался расследованием фонда Almighty…

Всякое подобие улыбки разом слетает и с лица секретаря, и с лица этого самого Роберта. Голос его вдруг делается стальным:

— Проходите в переговорную!

Меня и Кирилла сразу же провожают в просторную комнату, где половину места занимает огромный деревянный стол. За него и присаживаемся, а через минуту в комнату влетает брюнет. Он такой же высокий, как и я, но гораздо крупнее в плечах — настоящий здоровяк.

— Демьян Громов, — коротко представляется он.

Мы с Кириллом пожимаем ему руку, объясняем, кто такие.

— А теперь подробно объясните, что вы знаете об Almighty! — требует он без лишних предисловий. Садится напротив и буравит тяжелым, сканирующим взглядом. От такого взгляда хочется отмахнуться, отсесть подальше, но я не делаю этого, повторяю ту же самую историю, которую недавно рассказал Кириллу.

Чем дальше идет мой рассказ, тем мрачнее становится Громов.

— Твари… уроды и твари… у меня под носом…

В какой-то момент он роняет голову на ладони, усиленно трет лицо.

— Им даже сохранили номера?! — спрашивает с нажимом.

— Моей девушке свели тату номер триста тридцать три… — киваю.

— Ну конечно, они свели им тату — главную отличительную черту!.. Оставайтесь здесь, а я кое-кому позвоню…

— Кому именно вы собираетесь звонить? — хмурится Трубачёв. — Дело щепетильное! Это надежный человек?

— Поляков Валерий Валерьевич, начальник отдела уголовного розыска УМВД России по Краснодару. По-вашему, достаточно надежный? — ухмыляется Громов. — Некогда мне что-то доказывать! Раз уж пришли сюда, вам остается довериться. Или же идите своей дорогой, вас никто не держит, а за наводку спасибо!

— Никуда мы не пойдем! — резко рявкаю.

Мой тон не производит на Громова ровным счетом никакого впечатления. От детектива веет какой-то звериной силой и хваткой. С таким не захочешь встретиться в темном переулке. Есть ощущение, что если ему будет надо, пустит пулю в лоб и дальше пойдет. Он продолжает так же твердо и ядовито:

— Я охочусь за этими тварями сколько себя помню… Клуб «Всемогущих» — настоящая гидра! Ты ей одну голову рубишь, а у нее новая вырастает. Еще злее, больше... И этих голов у нее прорва… Прячутся по всему ближнему зарубежью, уже и в Европе развернули активную деятельность. Но снова сделать штаб у меня под носом… Мало их отсюда гнали… Они еще пожалеют!