Господин Изобретатель. Книги 1-6 (СИ) - Подшивалов Анатолий Анатольевич - Страница 269

Кстати, про Хакима и Машу: особенно теплой встречи у Маши с бывшим ее телохранителем как-то не произошло, Хаким склонился в низком, до земли поклоне (мне он так никогда не кланялся), а Маша лишь слегка кивнула с надменным видом. Все же, в Эфиопии сословная пропасть между господами и слугами еще глубже, нежели в Российской Империи. Я потом ее спросил, почему она так с Аглаей не поступает или с Ефремычем. Маша ответила, что Аглая — не служанка, а компаньонка, она получает жалованье дорогими подарками, Ефремыч — мой дворецкий и доверенное лицо, у эфиопскимх расов это обычно дворяне и не всегда — мелкие баляге. Вот к остальным слугам, кухарке, горничной, дворнику, Маша относилась надменно, и они принимали это как должное. Поэтому в Москве Рождество они встречали вдвоем с Аглаей, а слуги сидели на кухне и веселились, и я бы пошел к ним. Видимо, я все же воспитан по другому, князь я фуфловый и никогда настоящим не буду, Маша — другое дело, хоть и эфиопская, а аристократка еще та.

Она мне тут на днях выговорила (хорошо хоть наедине), что я очень уж запанибрата с Хакимом, я ответил, что это в Африке он был Хакимом, а в России — Христофор, на что она мне напомнила, что он вообще-то — кровавый убийца и неизвестно, что еще от него ждать, а ты (то есть, я) его обласкал и приблизил. И это о чем? А очень просто: во-первых Маша отказалась быть посаженной матерью на свадьбе Малаши и Хакима (я-то все равно буду посаженным отцом, я же обещал), во-вторых, мне надоело каждый раз искать извозчика и я купил экипаж, подрессоренный, с закрывающимся кожаным верхом и меховым медвежьим пологом, а также с моими княжескими гербами на черных лакированных дверцах. К экипажу были прикуплены пара лошадок каурой масти, которыми вызвался править Хаким (все-таки я его звал так, Харитон как-то харей отдает, не иначе со зла батюшка имечко подобрал).

Хакиму была куплена черная бурка (чтобы не мерз зимой, сидя на козлах) и такая же папаха, новая черкеска и алый бешмет, благодаря чему со своей черной бородой он смотрелся абрек-абреком и пугал питерских обывателей одним своим видом. Борода у Хакима росла хорошо, несмотря на то, что кожа для новых щек была взята с верхней части груди[1] (а там тоже волос будь здоров) вот он и зарос смешанной растительностью, начиная от густых усов, до окладистой бороды, при этом шрамов внизу видно не было. И вот такому живописному жениху я на целый день отдал коляску, чтобы молодые съездили в деревню за благословением Малашиных родителей, а моя жена с Аглаей в этот день "намылились" тратить денежки по магазинам, и вот не тут-то было — коляски нет, а на извозчике мы не поедем…. Малаша пока живет вместе с горничной в одной комнате, но после свадьбы переедет к Хакиму, хотя, подозреваю, что она к нему туда и так бегает давно. Она убирает в комнатах, но вот как-то Маша заявила, что Малаша плохо справляется со своими обязанностями и ее надо уволить. Выяснилось, что Маша сделала такое заявление с подачи Аглаи, я ей как-то выговорил, за то, что у нее в светелке грязно и беспорядок, мол, могла бы и сама подмести пыль. А Аглая решила вину за собственную грязь свалить на Маланью, но сделала это через Машу, вообразив, что Маша имеет на меня сильное влияние как аристократка на бывшего купца. И вот опять — нате вам, на извозчике мы не поедем, в посаженные матери не пойдем, нам зазорно, просто интриги мадридского двора…

Я не стал выслушивать нотации, этого еще не хватало, и ушел в Зимний, благо был приглашен приходить, когда заблагорассудится и мастерить с Мишкиным авиамодель. Планер мы уже сделали и запустили — он довольно неплохо летал, пока Мишкин не пустил его с крутым набором высоты, подъемной силы не хватило и аппарат грохнулся, сломав центральную рейку. Но это все были ягодки, цветочки наступили позже, когдаприкрутили резиномотор. Модель с первой попытки спикировала в пол и разломилась пополам в районе центроплана, разбросав по сторонам крылья. Пришлось идти в дворцовую мебельную мастерскую. Там нам подправили воздушный винт, вернее сточили лишнее — он был слишком перетяжелен и изгиб винта слабо выражен. После доработки винт стал похож на настоящий пропеллер первых аэропланов — краснодеревщик его даже отшлифовал. А вот центральную балку сделали понадежнее и крепление крыльев изменили. Я объяснил Мишкину про подъемную силу и кривизну крыла, из-за чего эта сила и возникает. После еще пары неудачных попыток, впрочем, не закончившись столь катастрофическими как первая, наша модель пролетела законные тридцать метров.

На следующие полеты пришли глянуть царственные родители. Я исполнял обязанности авиамеханика, крутя закрутку резиномотора, потом держал винт, а Мишкин кричал: "От винта!", я отпускал винт и прямо с его руки модель взмывала в воздух. Восторгам не было предела, но через некоторое время Мишкин заявил, что самолет — это хорошо ("а олени — лучше", — подумал я), но ведь я обещал ему воздушный корабль. Пришлось строить корабль, я сказал Мишкину, что сначала надо организовать конструкторское бюро. Нарисовали сигарообразный корпус, в нем — три баллонета с водородом (хорошо бы с гелием, но где его возьмёшь). Впрочем, с точки зрения безопасности приземление дирижабля на открытый огонь исключено — свечей в Зимнем уже несколько лет нет. Воздушный винт сделаем побольше и разместим впереди, а резиномотор пройдет вдоль корпуса и будет спрятан под обшивкой.

Император с интересом наблюдал за работой нашего КБ и разрешил пользоваться услугами дворцовой мастерской в полном объеме. Поэтому, составив техническое задание и чертежи, мы с Мишкиным отправились на экспериментальный завод — так теперь назывался дядя Вася, который делал сигарообразный аппарат. Надо сказать, что мастер Василий так увлекся идеей воздушного корабля, что даже приволок откуда-то моток каучуковой "лапши" из которой получился неплохой резиномотор. Баллонеты заправили у продавцов воздушных шаров (собственно, баллонеты и были такими воздушными шарами).

Внизу сигарообразного корпуса закрепили грузы, уравновесив подъемную силу аппарата, так что он просто висел в комнате на высоте полутора метров. Грузы сделали в виде как бы перевернутых надстроек и башен корабля с орудиями, а впереди поставили капитанскую рубку. Наконец слегка завели резиномотор и, привязав крепкий шнур, пустили корабль в свободное плавание. Мишкин с гордостью водил на шнуре свой "летучий крейсер". За эти занятием нас и застал император. Я объяснил ему суть воздушного корабля и как он сделан.

— Скажи, купец, это тоже из твоих снов? Ведь это грозное оружие, как представлю армаду таких кораблей над Петербургом, страшно становится.

— Государь, как ни странно, но гораздо более грозным оружием, которое убьёт таких воздушных монстров, будут самолеты, модель которого ты видел. Конечно, в действие их будут приводить не каучуковые нитки, а бензиновые моторы, а на крыльях стоять пулеметы, они просто продырявят и взорвут воздушных гигантов, превосходя их в скорости и маневренности.

— А сейчас можно построить такой корабль или самолет?

— Нет, государь, таких моторов еще нет, но скоро они появятся, точнее уже появились, но пока они — беспомощные младенцы, но скоро, очень скоро, они наберутся сил и надо быть готовым к этому. Хорошо, если Россия поймет это первой из великих держав.

Мишкину надоело носиться по огромному залу и он подбежал к нам, таща за собой дирижабль с остановившимся винтом, как пойманную рыбу. "ПапА, — закричал он уже издалека, — князь Александр научил меня строить воздушные корабли! Скоро у нас будет свой воздушный флот и я стану его первым адмиралом!".

Пришлось объяснить, что все не так просто, на резиновом двигателе большой корабль не полетит, значит, нужен мощный и легкий мотор, который будет работать на жидком топливе. Но это как-то Мишкина не вдохновило. Тогда зашел с другой стороны.

— Слушая, Михаил, вот сейчас ты пойдешь заниматься с преподавателями. Спроси у учителя физики, как рассчитать сколько нужно водорода и гелия, чтобы поднять десять тонн груза и какой они занимают объем — тогда ты поймешь размер самого маленького воздушного корабля который понесет свой вес, вес экипажа, оружия и боеприпасов. Или если это гражданский лайнер, сколько пассажиров с багажом он возьмет, если вес его собственной конструкции, моторов и топлива будет занимать от половины до двух третей от требуемого.