Господин Изобретатель. Книги 1-6 (СИ) - Подшивалов Анатолий Анатольевич - Страница 221

Написал ответ с рекомендацией строить дополнительные цеха для производства противотуберкулезных препаратов, особенно обратить внимание на Тубецид, так как спрос на него будет в 3–4 раза выше, чем на Фтивастоп (бывший ПАСК, а на Диарум дать рекламу в медицинских журналах. Продумать рекламу на АСЦК и провести конкурс на название, но пока рекламную кампанию не начинать, я буду в Петербурге через полтора месяца, а потом приеду в Москву, там и решим — как раз угадаем под сезон простудных заболеваний, когда понадобятся жаропонижающие. А вот для Диарума сейчас — самый сезон, поэтому попрошу провести рекламную кампанию незамедлительно.

Было еще письмо от доктора Синицына, лечащего врача Хакима, где он писал, что справа лицо Хакиму уже сделали и он очень доволен, смотрит на себя в зеркальце и передает мне привет и благодарность. Теперь будут делать левую половину, там будет полегче — меньше площадь дефекта. Справа держится небольшой отек, но это потом пройдет. В письме была небольшая фотографическая карточка — конечно, на месте левой щеки еще была дыра и были видны зубы, но справа — щека была одутловатая, но, в целом, лицо отставного ассасина напоминало армянское — нос сливой и пухлые щеки. Если бы еще борода росла, вообще было бы незаметно, а так придется накладную растительность носить…

В ответном письме поблагодарил доктора и сообщил, как и всем до этого, что писать мне можно на адрес броненосца "Чесма", посыльные корабли доставляют такие письма. Передал привет Хакиму и поздравил его с новым лицом.

Вчера была очередная встреча с Захароффым. Мсье Базиль принес подписанную им бумагу — согласие владельца контрольного пакета акций компании на передачу мне 40 % пая акционерного общества. Сказал, что и получил от Торстена Норденфельда его согласие на продажу условленного пакета за озвученную ранее сумму. Порядок оплаты его устраивает и он хотел бы получить слитки чистого золота в количестве 59 кг.

Меня вполне устраивала такая ситуация, пусть мне пришлось бы доплатить за очистку металла, но вывезти его из России невозможно, а на ввоз в европейских странах тоже могут быть ограничения, так что воспользуемся переводом — это еще два процента минус, но безопаснее. Дело в том, что Александр III, планируя переход на золотой стандарт, начиная с этого года, принял достаточно беспрецедентные меры для накопления золота и введения в широкий оборот золотой монеты, что позволит провести безлимитный обмен ассигнаций на золотые монеты. Пользуясь своим послезнанием, я помнил, что после введения золотого стандарта цена курса ассигнаций по отношению к золоту упадет — то есть за рубль золотом давали два рубля ассигнациями, потом курс стабилизировался на отметке 66,3 копейки золотом за рубль ассигнациями и удерживался на этом уровне вплоть до прекращения размена ассигнаций на золото с началом Первой мировой войны.

Для меня было важным то, что сейчас полностью запрещен вывоз золота как рассыпного, так и в виде слитков и монет за пределы Российской империи. Кроме того на ввоз тоже существовала небольшая пошлина, которую отменят в 1903 г. (здесь это может случиться и раньше, так как такая пошлина не стимулирует приток золота от таких лиц, как я, ввозящих в страну старательское золото). Кстати, из золота, приносимого "вольными сдатчиками" на монетный двор после аффинажа и доведения до необходимой пробы, в это время позволялось чеканить монету, то есть сдатчикам просто выдавали золотые империалы вместо принесенного металла эквивалентно содержанию в нем золота, практически не взимая денег за услуги Монетного Двора.

Вроде парадокс, но на самом деле, так удалось существенно насытить рынок золотой монетной регалией[348]. Все это создало предпосылки для внедрения в оборот золотой монеты, которую раньше обыватели, да и купцы видели редко, а уж крестьяне и подавно держали в руках только медные деньги и мелкое разменное серебро. Конечно и добыча золота в империи в конце XIX века была на уровне 50–60 тонн в год (а это тогда было очень много, Россия была на 3–4 месте в мире, уступая Австралии, САСШ и Африке, иногда обходя последнюю (статистика почему то считала именно весь африканский континент).

Чеканка монеты из золота вкладчика в России меня бы вполне устроила, если бы не запрет на импорт золота из страны, я же планирую международные операции с золотом, прежде всего в нейтральных странах, которые не должна затронуть мировая бойня. Именно с этой точки зрения меня и привлекали шведские заводы Норденфельда, за которые я хотел заплатить частью эфиопского золота. В перспективе я планировал купить долю в крупной фармацевтической фирме. Почему не всю фирму и почему не строить завод с нуля? Да потому что имеющаяся марка — бренд уже узнаваема и не вызовет отторжения у покупателей, что было бы, назови я фирму в Швейцарии "Степанофф" или что-то в этом роде. В своем мире я некоторое время после демобилизации работал в крупной компании "Сандоз", которая потом, слившись с другой швейцарской компанией "Сиба-Гейги", превратилась в "Новартис",[349] удерживающий 2–3 позиции на мировом рынке после компаний "Джонсон и Джонсон" и "Авентис".

Поскольку я работал в "Сандозе", то я хорошо знал историю компании, с этого начинался первый тренинг, который я проходил в Австрии в 1995 г. Так вот, эту компанию в 1886 г. основали два человека — объехавший полсвета авантюрист и негоциант Эдуард Сандó, именно так, с ударением на последнем слоге, произносилась его фамилия, а не как говорят в России и Африке — с ударением на первом и акцентируя звонкое "з"[350] и химик Альфред Керн. Керн был талантливым химиком-органиком, специализировавшимся, в том числе, и на анилиновых соединениях, но в моем мире он умрет от сердечного приступа в 1893 г. и Сандо выкупит его пай — общая стоимость фирмы составляла 300 тысяч франков, причем Керн внес треть от этой суммы. Вот для того, чтобы выкупить пай Керна, мне нужен Агеев и деньги в Швейцарии — я хочу выкупить треть будущего фармгиганта, перенести туда производство препаратов по своим патентам и, возможно, начать в недалеком будущем выпуск антибиотиков. Почему я не хочу делать это в России? Очень просто: во-первых, уровень технологии и квалификация рабочих в Европе на порядок выше, чем в России; во-вторых, у меня нет никакой уверенности, что при самодержавном правителе Российская империя не вляпается в мировую войну и революцию. По крайней мере, сейчас я не вижу никаких предпосылок к кардинальному изменению хода истории. Да хоть сотня попаданцев сюда прилетит — их просто "схарчит" царская камарилья и не подавится, слишком уж прогнило все, народ темен и дик и все, несомненно, закончится русским бунтом, бессмысленным и беспощадным. И потом, хорошо, представим на минуту, что я каким-то чудом сохраню Романовых на троне, а оно нужно? Представить что "обновленная" царская Россия выдержит удар нацистов, получит ядерное оружие и запустит человека в космос — это бред из нездоровых для психики романов в области альтернативной истории. Все произойдет так, как и должно произойти, сколько бы "бабочек Бредбери" ни раздавила ржавая колесница Истории, разве что колея ее будет отклоняться в ту или иную сторону. Может быть, мне удастся продлить жизнь доктору Чехову и Антон Павлович напишет еще несколько гениальных пьес, став самым выдающимся российским писателем, но ведь от этого не заплачет горючими слезами Володя Ульянов и не уйдет в земские учителя. Да если и уйдет, найдется другой, кто влезет на броневик с "апрельскими тезисами".

Попробую, конечно, попрогрессорствовать со стороны, используя передовые технологии развитых к этому времени стран, чтобы помочь многострадальной Отчизне, но гарантировать, получится или нет, не могу. "Лакмусовой бумажкой" в этом будет Русско-японская война — хорошо было бы вообще туда не соваться, а если уж придется воевать, то победить "малой кровью".