По зову долга (СИ) - Шарапов Кирилл - Страница 38

Снаружи снова зазвучали голоса, на этот раз ближе. Рэм отступил в тень, но не торопился активировать маскировочный режим, нечего тратить батарею напрасно. Они звучали все ближе, и Булавин вытянул из ножен свой верный армейский тесак. Те, кто сюда войдут, даже не узнают, что их убило. Но никто не вошел. Голоса начали удаляться, после чего вообще стихли.

В эту ночь Рэм уже никуда не пошел. Обезопасив подходы минами, он расстелил спальник и, забравшись в него, мгновенно уснул. Он даже деактивировал «Призрака», сберегая батарею, поскольку, пусть даже в пассивном режиме, костюм поддерживал некоторые функции, требующие энергозатрат.

Проснувшись, Рэм быстро изучил состояние своего организма, бодрость довольно прилично поднялась, и даже здоровье повысилось на двадцать единиц. Шкала поглощенных душ была заполнена ровно на четверть. Больше всего Булавина интересовало — заполняемость проходила по количеству или качеству? Чем чернее, тем больше, или все же штуками считать — раз, два, три, четыре, закончили? Ну, да ничего, доберется до «вешателей» и выяснит, они там все с черными.

Рэм не стал ждать ночи, в этом больше не было никакой нужды, у него появился сканер, который позволит преодолеть мину, как и костюм, который по незаметности в режиме маскировки превосходил почти все, даже дроны пятого поколения и то не сразу засекали, а тут их вообще не было. Правда, непонятно, откуда взялся «Призрак», который можно считать свежей разработкой.

Быстро позавтракав, Рэм начал готовиться к операции. Чувствовал он себя хорошо, восстановление завершилось, насколько это возможно в походных условиях. «Призрак» оказался не полной комплектации, из него убрали автоматический медициский модуль, сканер и имитатор объектов «свой-чужой», который был положен по штату, и самое плохое — какая-то зараза избавилась от шокера, которым удобно из «тени», так именовался режим маскировки, глушить противника в случае, когда его надо взять живым. Но что поделать? Приходится работать с тем, что есть. Больше нет нужды прятаться, теперь он охотник, теперь он смертельно опасен для врагов. Архонт может сколько угодно играться в защиту всех и вся, если, конечно, Гиран прав, и это причина, а не хитрый план. Сейчас же пора действовать.

Рэм остановился у провала, оглянулся, проверяя, ничего не забыл? Да вроде нормально, чайник — не на плите, свет выключен. Старый рюкзак он зашвырнул в один из лазов, чтобы на виду не маячил. Винтовка, заваленная камнями, относительно надежно спрятана, может, повезет, и он за ней еще вернется, она стоит немало социков. Все, операция «Принуждение к миру» началась, пора отучить «вешателей» чувствовать себя тут хозяевами. И если Архонт не дает команды «фас» боевикам общины, то Рэм в команде не нуждается, он грызет потому, что считает это правильным. Между войной и позором он выбирает войну.

До форпоста «вешателей» Булавин добрался буквально за пять минут, он просто перешел в режим маскировки и прошел по дроге до места, которое он выбрал для начала акции. Первым делом Рэм перепрограммировал мину, которая после активации обманки подпустила его к себе. Часы отсчитывали секунды, все нужно делать быстро, его преимущество — тишина и скрытность.

Первой жертвой оказался молодой парень в самопальной броне, на вид не больше шестнадцати. Как у любого подростка, что тут, что на Земле, у него была яркая странная прическа с фиолетовыми прядями, и не менее яркая одежда. Ну, какой нормальный боец нацепит куртку из красной кожи, а поверх нее броник с надписью «Я тебя люблю»? Сопляк, вставший на путь бандитизма, уже в свои годы имел черную ауру, и награда за него была, как за взрослого, двести социков. Вероятно, он должен был контролировать спуск в шахту лифта и пролом в стене, через который Булавин и зашел, не потревожив ни одного камешка.

Сторож сидел на импровизированной баррикаде и занимался совершенно неуставшим делом — играл в игрушку на своем коммуникаторе. Свои обязанности он свалил на напарника, увидев которого, губы Рэма растянулись в презрительную усмешку. Старый знакомый — дроид — стоял напротив прохода и таращился наружу сквозь Булавина, на его груди появилась свежая заплата, как и на голове. По какой-то причине «вешатели» решили, что восстановить железяку и вернуть прежнюю должность будет хорошей идеей. Рэм посмотрел на часы в интерфейсе, до прихода смены оставалось восемь минут.

Рэм обошел дроида и зашел за спину паренька. Тот не дернулся, даже когда Булавин случайно потревожил какую-то железку на полу, которая тихо звякнула от соприкосновения с ботинком. Эх, вот бы его взгрел лейтенант за такой косяк, но сейчас некому прочитать нотацию про разгильдяйство. Левая ладонь крепко зажала рот парня, а нож дважды вошел в неприкрытую шею. Тот дернулся пару раз и затих. Жестянка никак не среагировала на слабый шум за спиной, направление-то считалось для него не приоритетным. Похоже, приказ был прост — никого не пускать, а то, что противник может быть уже внутри, и в голову тому, кто приказывал, не приходило.

Активность дроида закончилась точно так же, как и его напарника — человека. Рэм, зайдя со спины, с силой всадил клинок в висок жестянки, превращая в хлам и центр памяти, и программный модуль. Аккуратно опустив железку на пол, Рэм потратил минуту, чтобы вытащить батарею, источники питания в таких штуках были мощными и стоили очень неплохо. Кроме того, он прекрасно знал, как можно перелить энергию из такой батарейки в костюм. Сунув ее в подсумок на поясе, где еще недавно были магазины к винтовке, Рэм медленно вернулся к мертвому пацану и, деактивировав перчатку, закрыл тому глаза. Все повторилось — разряд, черная энергия, обволакивающая ладонь, и системное сообщение со словами — вы грохнули того-то, получили то-то. Ничего интересного, кроме наград за дроида, опять дали полтинник. За паренька, как и было обещано, две сотни. Так же он выяснил, что шкала душ заряжается все же не количеством, а качеством, мальчишка был, видимо, не таким ублюдком, как Таир, и до половины шкалы метка не добралась. Немного, но все же.

Рэм посмотрел на оружие, лежащее у ног мальчишки, обшарпанный древний плазменный разрядник. Мощная штука, если садануть на полной накачке, накроет метра три квадратных, все внутри выжжет, но очень медленное оружие и под очень короткую дистанцию, стрелять дальше пятидесяти метров бессмысленно. Оставив его валяться на полу, Булавин пошел к лестнице. Причем торопиться не стал, словно чувствуя подвох, похоже, это работала интуиция. И не она не подкачала, кто-то все же был не таким идиотом и поставил мину не на «свой-чужой», а на прерыватель лазерного луча. И снять, как казалось тому, кто ставил, можно только сверху. Вот только визор видел эту сетку без каких-либо проблем, и дыр в ней хватало. Вот что бывает, когда делом занимается дилетант. Булавин оттолкнулся и буквально взмыл над двухметровой преградой, вот только чуть не рассчитал и едва не саданулся головой о балку, торчащую из стены, но обошлось. Деактивация мины заняла секунд пятнадцать, и она пополнила коллекцию, лежащую в рюкзаке. А еще он краем глаза заметил, что за это ему упало пару процентов на шкалу инженерного дела. Глядишь, так и поднимет характеристику, отвечающую за работу со взрывчаткой.

С первым «вешателем», здоровенным бугаем в разведывательном комбезе как тот, что лежал свернутый на дне его рюкзака, Рэм столкнулся на лестнице второго уровня. Здоровенная детина топала вниз, может, снимать мину, может, решила проверить, почему не отвечает пост. Разойтись на неширокой аварийной лестнице, заваленной всяким хламом, было нереально, особенно учитывая габариты бандита. Поэтому Рэм без сомнений пустил в ход пистолет. За мгновение до выстрела здоровяк словно почуял неладное, его руки потянулись к висящему на груди автомату. «Кстати, довольно хорошая модель и не старая совсем», — подумал Булавин, давя на спуск. Пуля прошила череп, не встретив никакого сопротивления. Вот только подхватить бугая оказалось очень не просто, если бы не искусственные мышцы «Призрака», Штопор просто не удержал бы эту тушу. Пристроив очередного покойника на ступени, он протянул руку в деактивированной перчатке, чтобы закрыть глаза, но у того вместо глаз была пара имплантов визоров третьего поколения, хорошо не четвертого, мог бы и засечь слегка зарвавшегося Рэма. Но видимо, глаза не играли никакой роли, стоило пальцам коснуться кожи на лбу, как черная энергия уже обволакивала их.